Экстремальная археология (СИ)

— Господин Рамир, а что там, с другой стороны?
— Как это что? — усмехнулся тот и потрепал меня по макушке: — Ты ведь сам всё знаешь. Там живёт Бабайка. Он любит милых мальчиков с синими глазами.
«Козла тебе облезлого, а не милого мальчика», — подумал я, но вслух, разумеется, произнёс иное, пытаясь купить аристократа на «слабо»:
— Эх, вы просто шутите. А я бы многое отдал, чтобы хоть одним глазком за эту дверь заглянуть. Жаль, что её нельзя открыть.
Тот поморщился, но продаваться не торопился:
— Зачем тебе это, Гунт?
— Как это зачем? Да вы представьте, что будет, когда я всем пацанам расскажу, что побывал за этой дверью.
Аристократ рассмеялся:
— Я бы, на их месте, тебе не поверил.
— Эх, — вздохнул я. — Вы правы, не поверят. Но всё равно хочется посмотреть. Жаль, что дверь закрыта. Её, наверное, лет триста не открывали, и уже никто никогда не сможет открыть.
Рамир улыбнулся с превосходством, а наёмники при этом синхронно хмыкнули, намекая на крайнюю степень моей наивности.
— Гунт, не надо преувеличивать, — заявил аристократ. — Триста лет, это смешно. Так ты очень сильно хочешь посмотреть?
— Ну да.
— Уговорил. Давай я покажу тебе, что там, за ней.
— А вы можете? — делано изумился я. — Дверь же закрыта. Её, наверное, нельзя открывать. Там опасно.
— Мальчик, для нас, Данто, в этом городе опасного нет. И невозможного тоже не существует. Как и закрытых дверей. Всё, что ты здесь видел, это наше.
— И эта дверь? — восхищённо выдохнул я, надеясь, что не переигрываю.
Рамир кивнул:
— Разумеется. Её, кстати, кроме нас никто не сможет открыть. А если попробует взломать, пожалеет. Ладно, спрошу ещё раз: ты очень сильно хочешь посмотреть, что за ней?
— Да-да, конечно, — закивал я.
— Тогда ты должен кое-что мне пообещать, — гадливо усмехнулся аристократ.
— Что вы хотите?
— Когда ты будешь у меня в гостях, я кое-что у тебя попрошу. И ты с радостью согласишься выполнить мою просьбу. Без возражений. С радостью. Только так.
— Что за просьба? — наивно уточнил я.
— А вот это будет сюрприз. Приятный, — улыбка преобразилась в хищный оскал. — Так мы договорились, Гунт?
— Да, господин, договорились.
Рамир полез за пазуху и вытащил восьмиугольную бронзовую звезду на длинной цепи, заявив при этом:
— Особый ключ. Работает только в руках у истинного Данто.
Я не сомневался, что он привирает, выпячивая свою значимость, но оспаривать утверждение, разумеется, не стал.
Звезда идеально совпала с металлическим символом по центру двери. При этом послышался басовитый лязг, чёрные доски дрогнули.
Аристократ ухватился за ручку, потянул. И створка поддалась.
Я попятился, изображая крайнюю степень нервного напряжения. А Рамир, распахнув дверь на всю ширь, спокойно шагнул через порог, пренебрежительно бросив:
— Заходи, Гунт.
Один из наёмников, посмеиваясь, толкнул в спину:
— Шагай-шагай. Бабайка заждался.
Зайдя, я изумился. На этот раз неподдельно. Было от чего.
Коридор продолжался и дальше. Столь же широкий и высокий. Только заворачивал вправо под прямым углом. Вот только непохоже, будто здесь веками не ступала нога человека. Вдоль стен сложены десятки ящиков и бочек, стоят стеллажи, набитые мешками, кувшинами и бутылками. Посредине в линию, уходящую во мрак, свалены тонны слитков разных металлов, брусков и досок самой дорогой чёрной древесины, корзины с какими-то минералами. Попахивало рудным двором и одновременно продовольственным складом.
Да это и есть склад. Причём не заброшенный. Болтливый вор прав, древнее место действительно используется столь банально.
— Ну что, увидел Бабайку? — под смех наёмников спросил Рамир.
Я, изображая смесь удивления и разочарования, пролепетал:
— Это что, не та дверь?! Вы пошутили?!
— Нет, Гунт, никаких шуток. Это и есть та самая дверь.
— Но... но как же... — я выразительно указал на развалы мешков, ткань на которых даже запылиться не успела.
— А вот так, — насмешливо ответил Рамир. — Здесь у нас самый надёжный склад во всём городе. Воры из Нижнего скорее удавятся, чем полезут в место, которым их с рождения запугивали. Мы поддерживаем репутацию Чёрного колодца, потому что это выгодно. Даже в резиденцию не раз проникали воришки, но сюда никогда.
 
— Так это всегда был склад? — разочаровано уточнил я.
— Нет, здесь склад появился недавно. Раньше сюда действительно соваться побаивались. В Чёрном колодце водятся стриги. Неприятные твари, отрепье их называет призраками. Глупые люди, что с таких взять. Для моей семьи и даже не для самых сильных воинов это не противники, для обычных омег да, опасно. Вот и держали это место за дверью, на всякий случай. Но как началась свара со степняками, поняли, что впустую пропадает прекрасное хранилище. Дальше, вон там, — аристократ указал во мрак. — Поставили магический барьер. Нашёлся наёмник с подходящим навыком. Стригам не пробраться. И вот теперь у нас здесь отличный склад, в который не лезут воры. А ещё в подземелье полезный климат, в нём даже мясо не портится, просто сохнет. Прекрасно рыба вялится, очень удобно хранить специи и дорогие продукты. Сам понимаешь, как возросла их ценность из-за осады.
— Барьер не пропускает только стриг? — старательно подпуская в голос панику, уточнил я.
— Да. Стриг, и подобных им частично эфирных созданий. Человек пройдёт спокойно, а им через него не перебраться. Здесь бояться нечего, а на другой стороне никого кроме светящихся тварей нет. Я их не боюсь, а вот тебе следует опасаться.
— Если не боитесь, можно на него посмотреть... на барьер? — спросил я, чуть ли не взмолившись.
Рамир посмотрел с недоумением:
— Зачем тебе это, Гунт? Ты и так много увидел. Нас ждёт прекрасный обед. И не только обед.
— Ну... раз уж я здесь... Вдруг стригу получится увидеть? Никто, конечно, не поверит, но так хочется.
Рамир буравил меня задумчивым взглядом секунд десять, после чего едва заметно кивнул и нехотя произнёс:
— Я запомнил тебя там, в фонтане. Я тогда ещё заподозрил, что ты любишь острые ощущения, вот только не думал, что настолько. Но это, возможно, даже к лучшему. Я ведь могу тебе с ними помочь.
Аристократ гадливо ухмыльнулся.
Я бы тоже охотно ему помог с острыми ощущениями. С острейшими. При помощи Жнеца. Этот спектакль мне изначально противен, а сейчас, в шаге от цели, уже подташнивает. Но поддаваться нельзя.
— Ладно, Гунт, уговорил. Чего не сделаешь ради таких милых глаз. Пойдём, посмотришь. Это недалеко.
— Господин, — напрягся один из наёмников. — Я слышал, что на нижних ярусах Колодца водятся очень сильные стриги. Таких только дверь с зачарованным металлом и чёрные стены держат. Они даже из-за барьера могут дотянуться.
— Глупости. Страшилки для плебеев. Серьёзные стриги никогда не поднимаются на верхние ярусы. Иди-иди Гунт. За мной иди, ничего не бойся.
Наёмники всем своим видом выражали несогласие, но спорить с представителем правящей семьи не стали. А я уже из последних сил изображал робкого недотёпу, готовясь ускользнуть от них самым простым способом.
Умных книг за последние года полтора мною прочитано немало. И до этого тоже с ними дружил. Плюс наслушался рассказов матери, взявшей на себя обучение аристократическим премудростям.
Я немало самых разных бестиариев изучил и потому прекрасно знал, что такое стриги. Рамир прав, серьёзным воинам, достигшим высоких ступеней просветления, бояться нечего. Если знаешь, как их уничтожать, и не ротозей, проблем не будет.
Проблема тут в другом. Даже самые мелкие стриги обладают неприятными контролирующими умениями. И чем выше ступень твари, тем больше их набор и сильнее воздействие. Всё равно недостаточно сильное, чтобы серьёзно воздействовать на приличных воинов, зато на рядовых омегах работает прекрасно. Даже не обязательно находиться рядом, по слабакам твари способны издали отрабатывать.