Волшебный секретарь. Книга 10 (СИ)

Угу, могла бы. А вместо этого…
Два размытых пятна двигались на полу, и среди срывающегося от страсти дыхания звучали только стоны и… прочие смущающие звуки.
— Ты врешь, — едва не плакала я. — Это не я! Я здесь сижу!
— Ой, это сложно объяснить, — отмахнулся нейроблокатор. — Это что-то вроде раздвоения библиотеки базы данных. Тут сидит твоя трусливая половина, а там — все остальное. По идее, когда ты выйдешь отсюда, то базы данных объединятся и воспоминания вернутся. Все, что произошло там сегодня, будет казаться твоими собственными воспоминаниями.
Я опустилась на пол и закрыла глаза, не в силах перенести такого стыда. В голову приходили мысли о форматировании, чтобы стереть этот эпизод из жизни; о том, что надо было идти к эсминцу прошлой ночью, пока человек точно спал в своей постельке; о том, что план устройства 1-10 о детонации заряда уже не кажется таким идиотским. Много мыслей крутилось в голове, пока в ушах звучало это безобразие. Однако в какой-то момент звуки начали меняться.
— Ахаха! — не сдержала победного смеха девушка, а я удивленно подняла голову. Чего это она там веселится?
Проекция поняла мой незаданный вопрос и широко ухмыльнулась:
— Это был тот момент, когда уровень глобальной угрозы обнулился, а твое хранилище биоматериала обновилось. Блин, как пошло-то звучит, хе-хе. Кстати, там какие-то уведомления мешались и закрывали мне вид на окно с глобальной угрозой, поэтому я нажал кнопки, чтобы они исчезли. Не помню, что за кнопки нажимал, но там что-то про воспроизводство видов. Что это за функция такая?
Я треснула проекцию по голове, закрыла лицо руками и глухо сказала:
— Все. Выключай.
— А? Ты не хочешь досмотреть до конца? Там дальше весело будет!
— Выключи, сказала.
— Ладно, — пожала плечами она, и экраны погасли. — Ну что? Пошли?
— Нет. Я тут останусь, — твердо ответила я.
— Почему? Ты все очень хорошо сделала.
— Сотрись отсюда, пиратская копия.
— А, кстати! Там еще одна проблема тебя дожидается. Помнишь, ты соединила нескольких иностранцев в конференц-связь недавно?
— Правителей? — насторожилась я. — Ну помню.
— Так вот они все еще вынуждены лицезреть друг друга, ахаха, — развеселился нейроблокатор. — Твои установки никто взломать там не может, поэтому завершить связь невозможно. Эти люди уже несколько часов друг с другом беседуют. Хочешь покажу тебе кусочек их диалога?
Не дожидаясь ответа, проекция развернула новое окно, разделенное на множество более мелких окон, в которых отображались мрачные лица известных по всему миру людей.
— Ладно, — вздохнула Элиф — глава гильдии артефакторов, — раз уж мы здесь застряли, то, пользуясь случаем, Сура, можешь рассказать больше о Владыке Лжи?
— Владыке Лжи? Зачем? — насторожилась Властительница Судеб.
— Это очевидно, — удивленно развела руками Эля. — Мы же здесь из-за него. У нас, между прочим, была своя жизнь на Земле, а вместо этого мы попали в ваш мир. Причем для каких-то сомнительных целей этого Владыки.
— Мне нечего сказать, — поджала губы Властительница. — Он заточен в темнице в галактике Лун, и хочет с помощью вас выбраться на волю. Думает, что если разозлит вас достаточно сильно, то вы с помощью силы Хаоса разрушите темницу, чтобы добраться до него, тогда-то он и ускользнет.
— Подтверждаю, — послышался мягкий голос девушки, отражающейся на экране Эрота — третьего принца Лораса. Эта девушка — известный во всем мире мастер ядов, Тан Линфэй. До недавнего времени считалась беглой преступницей из Нод-Алора, но позже выяснилось, что ее тело заняла эта странная личность девушки из далекого прошлого. — Я имела беседу с, как он себя называл, Повелителем Истины.
— Беседу? — переглянулись император Ках-Шахрастара и бывший хозяин Нод-Алора Константин.
— Да, — степенно кивнула Тан Линфэй. — Он использовал зеркало, чтобы связаться со мной. Его намерением было убедить посодействовать вам — потомкам Хаоса, — чтобы через год принять участие в каком-то важном деле. Похоже, если верить словам госпожи Суры, он хотел, чтобы я была в числе тех, кто придет атаковать его темницу. Мне его предложение показалось неинтересным, и наша беседа завершилась.
 
Со стороны Талахая — императора Терры, — раздался какой-то грохот, потом топот, а после на экране рядом с ним появилась светловолосая девушка с радужными глазами. Это была советница императора Талахая, которая не так давно преодолела Грань и пришла в наш мир из Хаоса. В прошлом она была советницей самого Повелителя Хаоса, а также является первой древней, Хранительницей слова — Эсфирь.
— Ой, друзья, я совсем забыла вам сказать! Можете больше не бояться Владыку Лжи. Я тут пару дней назад тоже имела в беседе его нервную систему, после чего он покончил с собой. Владыка мертв, так что начинайте дружить против кого-нибудь еще.
— Стой, подожди. Как мертв? Как покончил с собой? Насмерть, что ли?! — переполошился кто-то со стороны императора Ках-Шахрастара.
В тот же миг в вихре розовых искр рядом с ним появилась рыжеволосая девушка с колким взглядом человека, не склонного к сантиментам. Это была жена Айдана, хаотичная богиня любви Виктория. Личность сколь странная, столь и примечательная. Редко можно встретить бога любви, который вообще не верит в любовь. Именно на ее свадьбе был Лель, прежде чем вернуться с грандиозной мыслью найти себе секретаря.
— Я его выбесила, — усмехнулась Эсфирь, — а потом сказала, что он может выбраться из темницы, если разобьет свое зеркало. Артефакт зеркало Правды был его единственной связью с внешним миром. Это такая форма садизма от древних: заставить сидеть в пустоте и каждую минуту смотреть на мир, который продолжает благоденствовать, пока он страдает. Увы, это зеркало имело одно паршивое свойство — разбивший его будет уничтожен. Вот так он и умер.
— Получается, ура? — растерянно переглянулись участники беседы. Долгое время Владыка Лжи был их целью, а теперь его не стало и цель потеряна. Стрела легла на тетиву, и натяжение было мощным, но теперь все это оказалось потраченным впустую. Люди были огорчены. Владыка Лжи обрадовался бы, если бы узнал, что о его кончине грустят?
На некоторое время в эфире повисла траурная тишина, ставшая своеобразной минутой молчания. Ага, помянем парня.
Впрочем, долго грустить о нем никто не собирался.
— Честно говоря, — зазвучал голос Талахая — императора Терры, — ваши рожи мне уже надоели до смерти. Есть вести от Леля? Думаю, все это — его шутка. У говнюка всегда было больное чувство юмора. Мне из другой галактики добираться слишком долго, чтобы пристрелить его. Может кто-то из вас взять на себя ответственность?
— У меня дом в Сатеоне, но не на столичной планете. К тому же, как видишь, я все еще во дворце Айдана, — ответила ему Анастасия — глава гильдии алхимиков. — И да, зная Леля, скорее он нас пристрелит, чем мы его. Я так вообще плохо стреляю. Могу превратить его в лягушку! Надо?
— Да нет, лягушка же маленькая, по ней попасть сложнее будет, а он потом расколдуется — и уже нам прыгать придется, — поморщился Талахай.
— Зря вы так, — вмешалась в эту ленивую беседу Сура — древняя Властительница Судеб. — Это все вообще не его рук дело. Правда, с его подачи, но это уже детали.
— Ты о чем? — показалась в кадре любопытная глава гильдии артефакторов.
— Вот вы вообще меня не слушаете, да? — скисла Сура. — Я же при вас ему пообещала, что все мои страдания окупятся с лихвой, когда он выберет себе секретаря. Не думайте, что я шутила. У этого мерзкого мальчишки сейчас такие проблемы, какие вам и не снились. Я очень постаралась подобрать подходящую девушку.
— Ты о той девушке, которая ему предложение сделала? — вдруг переглянулись главы гильдий.
— О ней, — заулыбалась Властительница.
— Так она — одна из нас? — оживились собеседники.
— Не совсем, — покачала головой Сура. — Она не имеет отношения к Хаосу. Я сама ее вызвала. Но да, она из вашего времени.
— Не имеет отношения? — нахмурилась Элиф. — Так она не из богов Хаоса? Не маг?