Сны чужих воспоминаний (СИ)

Кот заурчал громче, и мужчина зашипел, оглядываясь.
— Вот что мне мешает сдать её кому-то из стражников, а? — проворчал он, уже чувствуя, как внутренне сдаётся. — Не могу же я тащить в дом кого попало. Я же не благотворительная организация.
— Фет… — сорвалось с губ девушки, и он замер, как громом поражённый. — Замолчи.
И он действительно замолчал, ошарашенно глядя на девушку. Она по-прежнему спала, и, кажется, даже не думала просыпаться. Но… Она назвала его по имени. Ему же не послышалось? Это точно было его имя. Но как она узнала? Он ни разу, никому в Терии не называл своего имени. А конкретно эта Бетти должна была знать его как Филиппа. Но…
Память услужливо подкинула эпизод, когда девушка пробкой вылетела из переулка, в котором находился Калеб. Неужели она как-то связана с его братом? Означает ли это, что брату известно о том, что Фет жив?
Окинув последним взглядом окрестности, мужчина вздохнул и закинул на плечо сумку девушки, запихнув туда зонтик. А потом почти без усилий поднял её саму.
Все ответы на вопросы можно было получить позже. Но для начала предстояло привести её в чувство. А делать это лучше всего в тёплой комнате. Предварительно сбив температуру.
  
Утро
   
36
 
Река становилась всё спокойнее. Меня уже не качало, и шум в ушах постепенно сходил на нет. Правда, что-то по-прежнему тарахтело совсем рядом со мной, но этот звук был совсем не похож на шум воды. Открыв глаза, я уставилась в потолок.
Первым делом отметила, что точно нахожусь не в школьном общежитии. И даже не в лазарете. И поскольку тарахтение не прекращалось, я повернулась на звук.
Рядом со мной спал кот. Чёрный кот с белоснежными усами. Словно почувствовав моё внимание, он перестал урчать и поднял голову. Сладко зевнул и уставился на меня. Я на него.
И тут я вспомнила! Вспомнила всё: Калеба Мосса, жизнь в квартире Теодора Штейна, побег через крыши и уединённая комната в подвале госпожи Эрато. Горящие страстью глаза отца… Который теперь мне не отец. И ливень, ива, Молва…
Я же хотела сбежать! Я должна была уйти из города до рассвета. Быстрый взгляд на окна — солнце едва поднималось над горизонтом. Я успевала? Должна была успеть!
Соскочив с кровати, я поискала глазами обувь… И замерла, осознав кое-что ещё. Я лежала в постели. И из одежды на мне была лишь ночная сорочка. Но кто-то ведь меня в эту постель уложил. И сменил одежду. Но кто?
Словно вторя моим мыслям, дверь за спиной отворилась, заставляя застыть от ужаса.
— Уже проснулась? Какая ты ранняя пташка.
Я скривилась и затравленно обернулась. На пороге стояла Матильда с подносом. И мне бы поздороваться, поблагодарить за одежду, но с губ сорвалось совершенно другое:
— Не называйте меня пташкой.
— Значит, ты действительно была у Пенелопы, — вздохнула она, ставя поднос на стол. — Давай-ка поговорим.
Она взяла стул и села рядом с кроватью. Я же залезла обратно в постель и прикрылась одеялом. Нет, я не прониклась к женщине внезапным доверием — просто босые ноги мёрзли от контакта с холодным полом.
Вопросы, которые задавала Матильда, доверия не прибавляли. Я старалась отвечать односложно, не выдавая лишней информации. Конечно, я была благодарна за тёплую комнату. Но что у меня попросят взамен?
А вопросы тем временем становились всё более откровенными, словно намекая, что именно станет платой за столь своевременное гостеприимство. Плавали, знаем.
— Скажи, когда ты была у Пенелопы, тебя кто-нибудь… Трогал там? — прозвучало наконец. И я не выдержала.
— Делайте со мной что хотите, но я ни с кем не буду заниматься… этим. Лучше умереть.
Пожалуй, вышло слишком громко. Потому что после того, как я это сказала, повисла пауза. А затем, в тишине, из коридора послышались шаги.
— Я вовсе не… — начала Матильда, но не успела закончить. Дверь распахнулась, и в комнату стремительной походкой вошёл Фет.
При виде мужчины, я подобралась и повыше натянула одеяло.
— Значит, проснулась, — бросил он.
 
— Я всё сказала! — отрезала я. — Не прикасайся ко мне.
Мужчина опешил. На миг замер, а потом на лице появилось бесконечное раздражение.
— Ты что себе напридумывала? Я, вообще-то врач. Существо бесполое.
— Ты ненастоящий врач, — сорвалось с губ прежде, чем я успела подумать.
Дело в том, что врач — слово из другого мира. А вот то, что Фет ненастоящий… Это была любимая отговорка Кейтлин. Она использовала её каждый раз, когда мужчина проявлял излишнюю заботу. А также в ответ на утверждение, что он якобы бесполое существо.
Безобидная фраза, вылетевшая совершенно без участия мозга, заставила Фета побледнеть. А через секунду мужчина напрягся и опасно сощурил глаза.
— Так-так-так, — протянул он. — Значит, мне не почудилось. Ты правда назвала моё имя?
Я сглотнула. Вся его поза заставляла бояться его до чёртиков.
— Филипп? — уточнила я без особой надежды. О каком моменте он говорит? Когда я могла назвать его по имени?
— Нет, другое имя. — Мужчина качнулся вперёд, делая шаг к кровати.
— Не трогай меня!
Мой громкий окрик заставил его застыть. Я сама не заметила, как пальцы сжались в кулаки, а тело перетекло в позу, из которой удобнее всего прыгать. Вперёд, в сторону — без разницы. Главное, чтобы меня не схватили. Не сжали запястья, заведя за голову и не давая пошевелиться. Не зафиксировали руки, сжимая грудь.
— Бетти, ты что? — прозвучало испуганно. Матильда подалась вперёд, стремясь меня обнять, но я шарахнулась в сторону.
Всё вновь замерло. Не замер только кот, до сих пор прятавшийся возле стены. Он поднялся на лапы, обошёл меня ленивой походкой, не прекращая урчать. И примостился у меня на коленях. Я удивлённо проследила за его перемещениями и снова подняла настороженный взгляд на Фета. Градус напряжения спал. Я уже не была готова в любой момент сбегать через окно в одной ночной сорочке.
— Я не собираюсь тебя ни к чему принуждать, — сдавленно произнёс мужчина. — Обещаю.
Я сощурилась. Обещание — это, конечно, хорошо, но… Всегда хочется иметь определённые гарантии.
— Клянись, — потребовала я. — Поклянись, что не будешь ни к чему меня принуждать и не причинишь мне вреда.
И вытянула руку. Конечно, ни один здравомыслящий человек не будет вот так разбрасываться клятвами. Но Фет не отсюда. Он может просто не знать.
— Клянусь, — прошипел он, пожимая мою ладонь.
— Что вы… — ахнула Матильда, но поздно. Наши руки на миг окутались зеленоватым свечением. Клятва была принята. Мои губы растянулись в ехидной улыбке. Я выпустила мужскую ладонь и расслабилась.
— А вот теперь поговорим, — выдохнула я.
  
37
 
— Что ты сделала? — рявкнул Фет.
Я оскалилась. Формально, ничего страшного не случилось. Просто теперь я могла быть уверена, что хотя бы этот мужчина для меня безопасен.
— Что это сейчас было? — вскипел он, кидаясь ко мне, чтобы хорошенько встряхнуть. — Говори!..
Как и ожидалось, у Фета перехватило дыхание, он схватился за горло и закашлялся. Пальцы разжались, выпуская мой ворот. Я судорожно выдохнула и как можно спокойнее расправила складки закрытой сорочки.
— Ловко ты его… — восхищённо протянула Матильда. — А ты, Филипп, откуда такой взялся?
Мужчина зашипел, пока не в состоянии говорить.
— Нет, я догадывалась, что ты не от мира сего, но чтобы настолько… — продолжила она, не обращая внимания на свирепый взгляд.
— Вы даже не представляете, насколько правы, — хмыкнула я. И сразу посерьёзнела. — Я благодарна вам за помощь, но мне надо срочно покинуть город. Я хотела сделать это до рассвета, но, возможно, ещё успею.
— И что, даже не поблагодаришь за спасение? — прохрипел Фет, приваливаясь к столу. Его глаза всё ещё гневно сверкали, но страшно мне уже не было.
— Спасибо, что спас, — пожала плечами. — Но не стоило. У меня всё было под контролем. — Я перевела взгляд на Матильду. — И мне правда пора. Ещё час — и будет поздно.