Сны чужих воспоминаний (СИ)

Но он полностью игнорирует этот жест и подходит вплотную.
— Даже не начинай. Тебе это всё равно не поможет.
Я сникаю и с силой втягиваю воздух.
— Я ведь могу заболеть?
— Учитывая, что ты уже приехала на работу? — Он иронично изгибает бровь.
— Ты же знаешь, сколько в мире вирусов. Никогда не знаешь, когда и что подхватишь, — вздыхаю жалобно и для убедительности пару раз кашляю.
Себастьян медленно качает головой. На лице — безграничное сочувствие.
— Тебе всё равно придётся дать показания.
Я со стоном утыкаюсь лбом в широкую грудь мужчины.
— Можно, ты дашь их за меня?
— Меня не было в том подвале. — Его голос звучит мягко, но твёрдо.
— Чёрт! Я же им уже сотню раз всё рассказала. В подробностях, — сетую я. И добавляю глухо: — Не могу больше. Я так с ума сойду.
Вздохнув, он легонько касается губами моего виска.
— Мне жаль, что тебе приходится через это проходить. Но, боюсь, это не закончится, пока Моссов не найдут. Слишком громкое дело. — Склонившись, он нежно целует меня в лоб и отстраняется. — Жду тебя через пятнадцать минут наверху.
— Есть, сэр, — горько усмехаюсь я и понуро направляюсь в сторону душевых.
Я успеваю раздеться, включить воду и намылить тело, когда случается нечто из ряда вон выходящее. Для нас обеих. В женской душевой слышится мужской голос.
— Это всё, что ты можешь предложить?
Моё тело напрягается. Я резко выглядываю из кабинки. Пусто.
— Вы в сумку загляните. Там должно быть не меньше трёх сотен. И украшения. — Голос мне знаком, но я никак не могу понять, откуда именно.
— Судя по виду девчонки, дешёвые побрякушки.
— Вы не смотрите на её вид. Вчера только продала кому-то колье с сапфирами и бриллиантами.
Стоп. Это же про меня. Именно про меня, а не про Кейтлин.
— Кто здесь? — выкрикиваю я. Наспех вытираю тело и медленно направляюсь к раздевалке, по пути заглядывая в каждую кабинку.
— Да врала она, кхашево отродье, — выплёвывает первый голос.
— Не врала, — упорствует второй… Точно, я вспомнила! Это же тот самый старичок, у которого я вечером сняла комнату. От него ещё пахло чем-то сладким. Но кто такой второй и почему они меня обсуждают? Что вообще происходит?
Резко распахнув дверь душевой, я выскакиваю в раздевалку и моментально принимаю боевую стойку. Пусто. Здесь никого нет и не было. Я кричу головой, пытаясь локализировать источник звука.
Мужчина присвистывает.
— Ты смотри, правда золото. — Повисает недолгое молчание. — А теринов всего сотня.
Я плавно отступаю к вешалке. Миг, и я хватаю одежду. В раздевалке по-прежнему пусто, и это заставляет сердце стучать как бешенное. Вполне понятная реакция: я-то знаю, откуда доносятся голоса, а Кейтлин нет. Не знает, но, судя по всему, отлично их слышит.
— Кхаш, — ругается старик. — Может, в подкладку вшиты?
— Разберёмся. В любом случае, этого слишком мало.
Я уже одета и спешу к выходу, на ходу застёгивая рубашку.
— И девчонка.
— Что? — звучит насмешливо.
— Возьмите её. В счёт уплаты долга.
— Ты хоть понимаешь, что предлагаешь? — рычит первый.
— Понимаю. И знаю, что вы этим не брезгуете.
Повисает молчание. Я несусь по коридору, заглядывая за все двери. Паника накатывает волнами, сбивая дыхание. Кейтлин страшно, и этот страх резонирует с моим. Потому что, кажется, я начинаю понимать, о чём именно они говорят.
— Ладно, — слышится голос первого. — Пойду скажу Гэбу, чтобы подогнал экипаж поближе.
— Я провожу…
— Не стоит. Лучше покарауль эту, чтобы не проснулась.
Пауза. Я врываюсь в офис и с разбегу влетаю в объятия Себастьяна. Я не могу говорить. Язык отнялся от ужаса. Хватаю его за предплечья и беспомощно гляжу в глаза.
— Не беспокойтесь. В ней столько сонного зелья, что на лошадь бы хватило.
Слышится хлопок закрывшейся двери и удаляющиеся шаги.
Я распахнула глаза.
  
23
 
Значит, сонное зелье? Что ж, старичка ждал сюрприз. Мой организм, натренированный целым годом ежедневного приёма снотворных средств, был подвержен их воздействию гораздо слабее, чем у обычных людей. К сожалению, воздействию прочих веществ он был подвержен в большей степени. К примеру, зелья очарования, которым вечером так и разило от нового знакомого. Жаль, что я вспомнила запах только сейчас.
 
А вот тот факт, что Кейтлин слышала происходившее в этой комнате, было как минимум неожиданно. Стоило бы узнать, какие именно ингредиенты использовал дедушка Бек… Но сейчас это меньшее, что должно меня волновать.
Я бесшумно поднялась с кровати, отметив отсутствие сумки, и отворила дверь. Коридор оказался пуст, как и уходящая вниз лестница. Очень необдуманно со стороны Бека оставлять меня без охраны. Опустив ногу на ступеньку, я осторожно перенесла вес… И содрогнулась от пронзительного скрипа. Замерла.
— Что такое? — донеслось снизу.
— Дом старый, — пояснил Бек. — Скрипит.
Выяснять, почему они задержались внизу и скоро ли соберутся подниматься, не хотелось. Развернувшись, я двинулась вглубь дома. Не то чтобы он был большим, но я надеялась найти хоть что-то, способное помочь мне сбежать.
К сожалению, все окна этажа выходили на улицу. На ту самую улицу, где меня должен был ожидать загадочный Гэб с экипажем. И что-то мне подсказывало, что если меня заметят выпрыгивающей из окна второго этажа, то догонят с два счёта.
Я с отчаянием выдохнула, оглядывая пространство вокруг. Очень не хватало света, но я подавила желание запустить пульсар. Во-первых, его могли заметить, а во-вторых… Во-вторых, любое использование магии оставит меня без маскировки. А в облике Виолетты я долго прятаться в Молвасе не смогу. Как и покинуть город. Иными словами, пульсар отпадал, и я просто ещё сильнее сощурилась, вглядываясь в окружающее пространство.
И вдруг мой взгляд зацепил какое-то неясное пятно на стене в конце коридора. Маленькое пятнышко чуть выше уровня глаз. Неужели, окно? И, судя по расположению, выходило оно не на ту же улицу, что другие, а в узкий переулок за домом.
— Ну всё, теперь быстро, — донеслось снизу и послышались шаги.
Похолодев, я рванула к окну, стараясь не производить шума. Аккуратно влезла на стоящий под ним сундук…
— Подождите, — вклинился Бек. — А что по цене за девчонку? Давайте договоримся!
Шаги замерли. Сердце запело, и я мысленно вознесла хвалу человеческой жадности. То есть, я понимала, что речь идёт о цене за меня, но… передо мной было небольшое окно, и мне предстояло решить, как выбраться через него наружу. Створка поддалась, но заела. Я принялась дёргать предательский механизм.
— Вот как оценим товар, так сказать, в подобающих условиях, так и договоримся, — хохотнули снизу.
— Нет, позвольте, — проскулил старичок. — Я рисковал, приводя её сюда. А вдруг меня кто-нибудь видел?
— Тогда это будут твои проблемы, — ответили равнодушно.
Заскрипели ступени. Створка поддалась, и я высунулась наружу. Подо мной уходила вниз ровная стена. Зато сверху… Примерно в метре от меня виднелся край крыши, а чуть ниже края чернел провал в стене. Кажется, там не хватало камня.
Мозг отключился. Скрип затих. Я потянулась наверх и ухватилась за уступ.
— Эй, а где девчонка?
И я рванулась вверх. Узкое окно легко пропустили плечи, талию, с трудом пролезли бёдра… А потом я застряла. Кажется, не пускала юбка. Точно. Я умудрилась встать на неё коленом. А с другой стороны, на что мне вставать? Балансируя на грани равновесия, я принялась протаскивать юбку в проём. О Светлый Дух, за что мне это!
— Кхаш! Её нет!
— Свет… Сейчас включу свет.
Мне кое-как удалось протащить ткань через окно, и я встала ногами на раму. Пальцы вцепились в уступ, но меня не покидало ощущение, что они соскальзывают. И неудивительно — от страха ладони стали скользкими и липкими. А ведь если я сейчас упаду, то меня точно никому не продадут. Всего лишь скинут в Молву поломанное тело. Потому что, свалившись на брусчатку головой вниз, вряд ли удастся остаться в живых…