Леди Феникс, или Обещанная темному дракону (СИ)

Проверять я не стала, метнулась в сторону, когда сирин спикировала вновь. По ощущениям, она со мной играла, потому что стоило добежать до следующего факела, меня сдуло силой воздушной волны от ее крыльев. А от новой атаки я спряталась в шатре: заползла в него на четвереньках. Факелов здесь не было, камешков с палочками тоже, чтобы там огонь развести, но хоть какая-то передышка!
Крак!
И крышу шатра просто оторвало вместе с палками. Я же осталась под открытым небом. Вот тебе и гарантия от производителя!
Но пока сирин раздирала когтями шатер, я перепрыгнула тюфяки и добежала до погасшего костра. Здесь точно должно быть то, чем добывают пламя. Толчок в спину был настолько сильным, что я кувыркнулась прямо в потухший, обгоревший хворост или то, что от него осталось. Едва не взвыла от золы, что обожгла ладонь.
Вовремя прикусила губу, потому что… Я обожгла ладонь! Зола! Пепел? Магия? Я не знала, что это такое, но оно по-прежнему было горячим, как действующий вулкан. Снаружи погасший, а внутри бурлящий пламенем. А кто у нас не любит огонек? Правильно! Птичка-истеричка, по совместительству несостоявшаяся певица.
Я перевернулась на спину и взглядом отыскала сирина. Она зависла над одним из шатров, кровожадно скалилась и выпускала-втягивала когти-ятаганы.
— Ты ничего не забыла, курица? — поинтересовалась я, повысив голос.
— Э-р-э? — крякнула Сирин, склонив голову набок.
— Пока ты за мной бегаешь, войско приходит в себя. А среди них маги! Они сейчас вернутся и мигом тебя общипают!
— Э-э!
— Вот тебе и «Э», тупица.
Ее перекосило так, что я при всем желание сейчас не могла бы назвать ее красивой. Злобная стерва. Но далеко не курица, потому что сирин взволнованно кудахнула в сторону леса, быстро опустилась на верхушку шатра, отчетливо скрипнувшего под ней, и завела свою песенку в стиле «ремонт у соседей».
Я под эти вопли подползла ближе к костру. Чуть-чуть. Еще чуть-чуть. И когда сирин, закончив коротенькую арию, метнулась ко мне, раскрывая крылья и обнажая когти, бросила ей в лицо целую пригоршню обжигающих осколков.
Чудовище взвыло об боли, отшатнулось, перышками стряхивая мои снаряды. Получалось плохо: огненная пыльца попала ей в глаза, и сирин крутилась в воздухе, сбитая с толку и вопящая. Крутилась она, крутилась, а потом как вспыхнет ярким костром!
— Ничего себе, — пробормотала я. А что, так можно было? Это я сделала? Я теперь Даша-победительница!
Но вышедший к костру Алекс тут же разбил мою минуту славы.
  
Глава 10
 
Сирин горела ярко, но недолго. Пару минут, и женщина-сова осыпалась на травку пеплом.
То ли меня это фееричное зрелище так поразило, то ли беготня по лесу, но все, что я придумала, это сказать:
— Снова обвинишь меня в том, что из-за меня уничтожил ценный экземпляр?
И сдула прядь волос, выбившуюся из косы в процессе битвы с сирином. Надеюсь, получилось воинственно, потому что на лице мага не дрогнул ни один мускул. Он протянул мне раскрытую ладонь, а я решила, что не гордая, и ухватилась за нее. В конце концов, у меня до сих пор тряслись коленки после всего произошедшего.
Алекс дернул меня вверх. Так, что я буквально врезалась в него. Но тут же резко отстранился, принялся зажигать факелы в лагере. Ну как принялся: создавал огненные шарики и отпускал их на волю, а они уже находили, где вспыхнуть.
— По-другому души воинам не вернуть, — поймав мой красноречивый взгляд, он снизошел до объяснения.
— То есть, твою душу она высосать не успела? Ты вообще где был? В лесу? Пришел в себя, когда она перестала петь?
— Слишком много вопросов, не находишь?
— Нормально. Меня третий раз за неделю убить пытаются, имею право.
Он прищурился:
— Третий раз, говоришь?
— Я первая спросила, — не растерялась я. Будем считать, что я от нервов несу полную чушь. Я ее и несу. До сих пор сердце дрожит. Вместе с коленками, ага.
— Сирин для обряда не нужна.
А если бы нужна была, то души воинов не в счет? Но я вспомнила слова Саймона о том, что я понравилась Алексу, и он убил из-за меня василиска. Из-за своих побратимов он убил сирина. Все логично. Я вообще была рада появлению мага. Одна я бы с женщиной-совой не справилась.
 
— Тогда почему ты не спалил ее раньше? Не мог?
— Я отлучился ненадолго, а Саймон решил повеселиться.
Значит, я оказалась права насчет того, что Алекса не было в лагере.
— Уверена, он бы сам справился, если бы не снял аллет.
— Откуда такие подробности? — припечатал меня взглядом маг.
Намек ясен! Все бы ему уличить меня в чем-то недостойном леди. Хотя можно ли вообще остаться леди после того, как я вскочила посреди ночи, потом побегала по лесу и каталась по земле? Судя по выражению лица Алекса, я одним своим видом позорю всех леди мира.
— Я это выяснила, когда пыталась помешать ему уйти к сирин. Сейчас Саймон вернется, и сам все поймешь.
— Уже вернулся, — заявили за моей спиной. Я даже подпрыгнула от неожиданности, оглянулась на подошедшего к нам Саймона. С этими нападениями реально заикой можно стать! — Благодарю, Алекс.
— Не за что.
— Действительно не за что. Если бы ты был здесь, никто бы не пострадал.
— Я здесь сейчас, и никто не пострадал.
Между мужчинами разве что искры не вспыхивали. На какой-то миг я искренне испугалась, что Саймон сейчас загорится, как недавно женщина-сова.
Обошлось. Но почему-то его тяжелый взгляд переместился с Алекса на меня.
— Значит, сирин. А вы, леди Дария, утверждаете, что смогли проснуться от ее пения?
— Я и не засыпала.
— На вас не подействовала колдовская песня сирин?
— Сама удивилась, — пожала я плечами. — Наверное, на женщинах она не работает.
— Или вы с ней заодно.
— Что?!
Вот чувствовала, что вопрос с подвохом. А еще, что мужчинам доверять нельзя. Если от мага еще можно было такого ждать, то от Саймона — нет. От Саймона и от окруживших нас воинов. Они, конечно, по-прежнему были без оружия и одеты в то, в чем ушли за сирин, но с жесткими хмурыми лицами. Мне бы радоваться, что все живы, но что-то не радовалось!
— Ваше появление подозрительно. Мы встретили вас, когда за вами гнался василиск. Теперь песня сирин. Я и мои воины путешествуют по лесам Гигельдаса вот уже несколько месяцев, но такой концентрации чудовищ я еще не встречал. Либо вы притягиваете монстров, либо вы сами монстр.
Я даже поперхнулась от такого предположения. Ну какой из меня монстр? Монстр — это про высасывание душ, как в случае с сирином, или про поедание тел, или что там едят василиски. А я никому ничего плохого не делала! Разве что принцу Бладлейну сердечную рану нанесла отказом стать его возлюбленной. Или феникса тоже можно считать чудовищем?
Может, я что-то о себе не знаю? Что-то действительно неприятное или даже жуткое. Если быть честной, мне вообще ничего о себе не известно. Например, откуда у меня эти знания про сиринов? Я в прошлой жизни с ними уже встречалась и выжила после этой встречи? Или не выжила?
Б-р-р! Мороз по коже от всего этого, и еще от мужских взглядов. Очевидно, все воины решили последовать примеру Алекса и раскатать меня взглядом по земле.
Они что, действительно считают меня чудовищем?
Таким, как эта недоженщина-недосова?
На секундочку сдавило грудь от обиды на Саймона. На Саймона и на всех, кто еще несколько часов назад показывал мне трюки, дарил букетики. Я же их спасала! Да кто мне поверит? Если верить Алексу, я вовсе ничего не сделала. Так, погоняла эту курицу по лагерю. Сжег ее маг, и меня сожжет, если не придумаю, что ответить.
Наверное, я сильно устала. От всех этих приключений, от миров, от монстров. Захотелось попросить ведущего, чтобы этот квест закончился. Чтобы все это оказалось сном. Это обвинение стало какой-то последней каплей. Потому что как еще объяснить, что на глаза навернулись слезы? Я их смаргивала и судорожно искала в себе слова, но не находила.