Особенности обучения диких котов (СИ)

Вопль сбил с мысли, яркая вспышка из рук профессора, тихий стон. Ансельм валится на каменистую площадку. Профессор ставит щит – мощный, на всех.
- Не буду говорить, что предупреждал. Анатоль, берёшь брата и тащишь в госпиталь. Можно через нашу лекционную аудиторию, если так проще. Немедленно.
Анатоль вздыхает, с помощью Антуана взваливает себе на плечи братца и исчезает в тенях – с Антуаном вместе. От последнего доносится вопль – «Я вернусь!»
Профессор только вздыхает.
- Итак, мои юные друзья, повторяю снова – никакого самоуправства. И если вам говорят, что сначала щит, а потом всё остальное, то так и нужно делать. Осматриваемся.
Леон выдохнул и впрямь осмотрелся. Они стояли на каменистой дороге – определённо у неё было два направления, туда и сюда. Вокруг скалы – немного подсвеченные магическими шарами профессора. Леон подумал и тоже выпустил парочку – пустота. Но кто или что напало на Ансельма?
Антуан проявился прямо посреди купола.
- Сдали в госпиталь, - выдохнул он.
- Что Анатоль? – спросил профессор.
- Остался с братом.
- Правильно сделал. Потом будут отдельно сдавать, бестолковцы, - и профессор понизил голос до шёпота. - А теперь все приготовились, гасим огни и стоим тихо-тихо. Все меня услышали?
- Да… да… да… да… - прошелестело четыре раза.
- Наша задача сегодня – не бить, но смотреть, - профессор поймал в ладонь все выпущенные серебристые шарики и приложил палец к губам.
Пятеро некромантов затаились под защитным куполом – даже и дыхание-то слышно, только если очень нужно его услышать. Через купол были видны очертания скал вокруг и звёзды сверху, и краешек луны из-за ближайшей горки.
Шаги многих ног Леон услышал не сразу, а когда услышал – то не с ходу разобрался, что это. Потом долетел звук трубы – но как будто очень издали… или из толщи камня. И вроде бы даже какая-то команда прозвучала – Леон не разобрал.
Рядом вздохнула Грейс, он сжал её руку.
Из-за скалы выплыло… войско. Вот прямо войско, впереди на конях знаменосцы, и трубачи, и они трубят, но как будто сквозь толщу земли… или толщу лет, понял Леон. Следом тоже верхом двигались рыцари, и металл доспехов тускло поблёскивал в свете поднимающейся от гор луны. Войско приблизилось… обтекло их купол, и двинулось дальше. Леону казалось, он различает даже черты отдельных лиц там, где подняты забрала шлемов. Подковы цокали, но кони не касались земли, плыли в воздухе.
Следом за конными шли пешие, и вьючные лошади тащили повозки. Колёса скрипели, возчики что-то бурчали. А совсем в конце снова ехал вооруженный отряд – арьергард. Они поглядывали на дорогу вокруг и будто принюхивались к окружающему миру, и почти миновали защитный купол, когда последний из отряда зашевелил головой, оглядываясь, привстал в стременах… у Леона громко заколотилось сердце, ему показалось, что стук слышит не только этот вот неживой, но и весь мир. Воин что-то сказал тому, кто спереди, тот тоже прислушался… и покачал головой. Оба тронули пятками бока коней и двинулись дальше.
Когда звук трубы долетел с той стороны, куда ушло войско, профессор выдохнул и распрямился.
- Можно уходить, - сказал он.
- А подраться? – изумился Дион.
- Какой тебе драться, рассвет уже, - усмехнулся профессор.
Ничего себе они тут застряли! Но и правда, небо над горами с одной стороны стремительно светлело. Перед тем, как шагнуть в аудиторию, Леон огляделся в сером свете… и увидел рядом, на обочине, пирамиду из человеческих черепов. А с другой стороны – ещё одну.
Так, хватит. Грейс за руку – и возвращаемся.
В аудитории распаковали, у кого что было – горячий отвар, арро, крепкую настойку Леона, бутерброды.
- Молодцы, подготовились, - похвалил профессор.
Леон протянул ему флягу, тот принял с поклоном, оглядел, глотнул.
- Отлично, молодой человек, делаете успехи. Что ж, мы все живы и благополучны, я надеюсь, что наши неосторожные коллеги тоже – сейчас уточним. На будущее напомню – если я что-то говорю, то это неспроста. Стоять против войска Дезидерия впятером, даже всемером – несусветная глупость, а вот посмотреть на них – шанс был. Впрочем, против войска полковника Армандо Переса – всё то же самое, но эти сегодня не показались.
 
- А могли? – уточнил Леон.
- Могли. И даже подраться между собой могли, то ещё зрелище, - профессор зябко повёл плечами. Итак, что видели, рассказывайте.
Они наперебой принялись рассказывать – и про звук трубы, и про призрачные знамёна, и про скрип тележных колёс, и как последние двое принюхивались к их куполу… И Леон добавил про пирамиды черепов.
- Конечно, будут пирамиды, - отмахнулся профессор. – Их же там никто не хоронил, вот и лежат.
- А кто напал на Ансельма? – спросила Грейс.
- Призрачный волк.
Что? Какой такой призрачный волк? Откуда?
- Понимаете ли, там вначале водилось зверьё – волки, лисы, даже кабаны. Конечно же, всех давно съели. Вот они там и бродят, и нападают не хуже призрачных людей.
Волк, оказывается, переходил дорогу в том месте, где они высадились, и Ансельм, вместо того, чтобы защититься и затаиться, долбанул по нему. И получил в ответ.
- И что с ним теперь? – спросила Грейс. – С Ансельмом, не с волком.
- Сейчас узнаем, - профессор достал зеркало и вызвал кого-то. – Доброе утро, вас беспокоит профессор Саваж. К вам ночью поступил студент с повреждениями от нежити, - дальше он что-то слушал, Леон не расслышал, как ни старался. - Даже так? Благослови вас господь. Заглянем завтра, то есть уже сегодня, непременно, - и отложил зеркало.
- И что там? – спросил Антуан.
- Для нашего оболтуса нашли самого настоящего мага жизни. Так что дня три – и будет на ногах.
Все выдохнули.
- И что, прямо пойдёт сдавать туда один? – нахмурилась Грейс.
- С Анатолем, - усмехнулся Дион.
- Мы сходим туда ещё раз, - ответил профессор. – Дома заполнить таблицу по этому виду нежити, название – отряд героя Дезидерия. А сейчас – всем спать. Сегодня разрешаю сходить на общие предметы, и всё. Встретимся завтра.
Леон быстро написал Анне – всё в порядке, скажи там, и на лекцию приду. А потом они с Грейс шагнули в общежитие, там быстро разделись, постояли пару минут под душем – и упали спать.
У них ещё есть на это благое дело целых два часа.
  
70. Текущее положение вещей
 
Жак де ла Мотт подал руку супруге, и они шагнули в портал. Вышли в холле у Саважей, поздоровались с Жаном и Марион. В доме было тихо – пасхальные выходные, почти вся прислуга отпущена по домам, внуки уметелили в Массилию – и у де ла Моттов, и у Саважей, и вся их остальная шумная компания.
Традицию неформальных сборищ после тяжёлых испытаний Саваж завёл ещё в бытность ректором. Поначалу они были совершенно хаотическими – в его кабинете, под некромантским суровым замком, не только глушащим звуки, но и отбивающем всякое желание сунуть свой одарённый магический нос и посмотреть, что это происходит в кабинете ректора. А желающие нет-нет, да и находились.
Или вот ещё однажды сидели поздним вечером, почти ночью, в библиотеке. Тогда отбились от очередных попыток реформирования магического образования, библиотекарь госпожа Оливия освободила большой стол, расставили канделябры, зажгли на них магические огни, расположили тарелки с добытой где-то и как-то едой, и бутылки. Снаружи происходил очередной студенческий бал – стены тряслись от громкой музыки, по коридорам стаями летали магические огни, в полутёмных аудиториях пили что-то, обладающее странными расцветками и запахами, и о компонентах тоже не факт, что нужно было что-то знать, в укромных углах обнимались парочки. А за высокими дверями с грозной светящейся надписью «Закрыто» тихо радовались победе уставшие в хлам преподаватели.
Но в последние годы всё было чинно – Саважи просто приглашали к себе. Как сегодня.
В небольшой столовой уже восседала Арианна Гобер, наверное, Саважи выдернули её из гущи подготовки «Феерии», и правильно, человеку нужно отдыхать, а организатору – отдыхать вдвойне. У окна беседовали Роже де Рьен-Лоран и Дени Дьюи, а Луи де Роган что-то выспрашивал у Анастаса Фурми. Наверное, что-то о сыне? Молодёжь – Риалетти, Скорцо и Маргарита Арно – смеялись за столом. Благостная картина.