Инструкция для дракона (ЛП)

— Талит.
Дагмар понятия не имела, что это значит, пока не вмешалась Морвид.
— Прости. Талит, дочь Халдана. Это Дагмар Рейнхольд. Рейнхольды с Северных земель.
А-а-а, так Талит — её имя. Талит снова сосредоточила свой смертельно-опасный взгляд на Морвид.
— Рейнхольды на юге?
Глаза Морвид опасно прищурились.
— Насколько мне известно, нет.
— Тогда не переводи тему! — закричала она.
— Я и не перевожу! — закричала Морвид в ответ.
Аннуил внезапно села, положила руку на живот и истошно закричала. Женщины тут же перестали ругаться.
— Боги, Аннуил. Что с тобой? — спросила Морвид.
Аннуил перевела на женщин зелёные глаза и усмехнулась:
— Ничего. Просто хотела, чтобы вы обе заткнулись. Вы перед варваром выставляете нас в дурном свете. — Тишина, которая последовала за этим, мягко сказать, была неловкой. И длилась порядка тридцати секунд. А затем Морвид издала смешок и за ней последовали все остальные. Казалось, они никогда не остановятся. Даже когда вошёл Гвенваель, осмотрел их, вышел и хлопнул дверью, они продолжали смеяться.
  
Глава 19
 
Гвенваель вернулся в комнату Дагмар через несколько часов, когда был уверен, что его сестра и супруги его братьев ушли. Дагмар лежала на кровати, которая была слишком мала для неё, лицом вниз. Её волосы, которые сейчас были чистыми и благоухали, свисали с края и почти касались пола. Её чистое тело прикрывал только халат. Одна маленькая рука кулачком прижата ко рту, другая покоилась у бедра, ладонью вверх. Очки лежали на столике, на другом конце комнаты. Дагмар даже чуть-чуть похрапывала.
Гвенваель подошёл к кровати и присел у головы Дагмар. Он протянул руку, аккуратно убрал волосы с её лица и улыбнулся от того, какой невинной она выглядела. Совсем не как та маленькая, умеющая манипулировать варварка, которая путешествовала с ним несколько дней.
— Дагмар. — Гвенваель произнёс её имя тихо, нежно, поглаживая пальцами щеку. Ему нравилось ощущение её кожи под кончиками пальцев. — Дагмар, — снова тихо позвал он. А когда она не ответила, закричал: — Дагмар!
Она резко проснулась, повисла головой и грудью за краем кровати, распахнула глаза, готовая к атаке.
— Я не вру!
— Прости, дорогая, — снова тихо произнёс Гвенваель. — Я тебя разбудил?
Дагмар закатила глаза и снова рухнула на кровать.
— Уходи.
— Нет. Ты меня разозлила, и я жажду отмщения.
— Ты жаждешь… Что ты делаешь?
— Устраиваюсь удобнее, — объяснил Гвенваель, забираясь на кровать, подползая к Дагмар и ложась поперёк её спины. Оказавшись в нужной позиции, он буквально рухнул телом поверх Дагмар, получив удовольствие от того звука, с каким воздух покинул её лёгкие.
— Слезь с меня!
— Не слезу, пока ты не извинишься и заставишь меня почувствовать себя лучше. Гораздо лучше.
Дагмар попыталась выбраться из-под него, но Гвенваель не сдвинулся с места, всем весом давя на неё.
— За что мне извиняться?
— За то, что выставила меня посмешищем перед горячо любимыми родственничками.
— Не понимаю, о чём ты. — Гвенваель начал раскачиваться туда-сюда, прижимаясь пахом к заднице Дагмар. — Прекрати! Прекрати!
— Возьми слова обратно.
Последовало долгое молчание, а затем Дагмар издала звук, подозрительно похожий на хихиканье.
— Нет. — Она завизжала, когда Гвенваель снова начал раскачиваться. Наконец, когда он поднялся, Дагмар сползла с кровати и рухнула на пол. Затем развернулась и потуже запахнула халат. — Держись от меня подальше, больной ублюдок!
Гвенваель встал на четвереньки и пополз по кровати.
— Извинись.
— Никогда.
— Зверь.
— Осквернитель.
Стоя коленями на краю кровати, Гвенваель потянулся к Дагмар. Она снова завизжала и предприняла очередную попытку бегства. Соскочив с кровати, Гвенваель опять попытался её поймать. И у него это получилось… вот только в руках остался лишь халат. Он поднял его вверх.
— Посмотри, что у меня есть.
Дагмар резко остановилась и развернулась к нему. Правой рукой она прикрывала грудь, а левой — промежность.
 
— Отдай!
— Я так не думаю.
— Гвенваель, отдай халат.
Он повесил халат на руку и уверенно выпрямился.
— Нет, миледи, думаю, у меня другие планы…
— Гвенваель. — Дагмар ждала продолжения, когда он замолк. — Что с тобой?
Он тяжело дышал, смотря на её тело. Дагмар многое прикрывала руками, но всё же…
— Боги, женщина, что ты скрываешь?
Дагмар оглядела себя.
— Ничего. В смысле, всё, что знаю, я рассказала Морвид и Аннуил…
Гвенваель покачал головой.
— Я не о том. Об этом. — Он двинулся к ней, и Дагмар начала быстро пятиться назад. — Мы точно должны найти тебе одежду, которая восстановит справедливость.
— Я не понимаю, о чём ты говоришь.
— Не двигайся, — рявкнул он, и Дагмар тут же прекратила пятиться.
Гвенваель медленно обошёл Дагмар, жадно поедая её взглядом.
— Во имя разума, что ты делаешь?
Гвенваель за её спиной медленно опустился на колени.
— Получаю удовольствие.
Когда Дагмар ощутила, как что-то потирается о её задницу, всем телом вздрогнула.
— Ты только что… — Она прочистила горло. — Ты только что поцеловал мою… эм… ягодицу?
Гвенваель не ответил, а когда Дагмар ощутила, как он лениво ведёт тёплым языком по бедру, отскочила.
— Что ты делаешь? — спросила она, повернувшись к нему лицом.
— Если ты снова развернёшься, узнаешь, — промурлыкал Гвенваель.
— Я не могу… Мы не можем… Знаю, что мы ходим вокруг да около, но… эм…
Гвенваель встал, и Дагмар сделала шаг назад.
— Всё в порядке.
Дагмар осознала, что дышит так часто, словно снова пробежала по главной дороге к Остромолоту.
— Я не собиралась паниковать. Просто… я не привыкла…
— Тсс.
Гвенваель двинулся к ней и Дагмар снова начала отступать.
— Не двигайся, — приказал он. И она послушалась.
Гвенваель накинул на её плечи халат, просунул сначала одну руку в рукав, затем вторую. После чего запахнул халат и туго повязал пояс.
— Так лучше?
Дагмар нервно выдохнула.
— Да.
— Я причиняю тебе неудобства?
— Нет.
— Хочешь, чтобы я ушёл?
Она сглотнула.
— Нет.
Гвенваель взял её за руку, подвёл к кровати, на которую встал коленями, и потянул Дагмар, пока она не встала так же.
— Знаешь, Дагмар, не всё нужно принимать так серьёзно, — заявил он, когда они оказались на коленях друг перед другом. — Не нужно анализировать и разбирать каждый момент жизни или смерти.
Она поморщилась.
— Я стараюсь быть не такой дотошной.
— И к счастью, у тебя это получается. Но не стоит устраивать здесь игры, в которые вовлечены целые королевства. Здесь только мы… и мы можем делать всё, что захотим.
Дагмар поняла, что он прав. Она сейчас была не в крепости отца, здесь не было её братьев, которые могли беспрепятственно войти в любое время. Не было золовок, которые подслушивали у двери — не то чтобы это беспокоило — или подсылали слуг за информацией. Дагмар была за тысячи миль от замка, в месте, где никто ничего о ней не знал. Дагмар ощутила, как её охватывает восхитительная, порочная дрожь, и осторожно произнесла:
— Мой господин, у меня нет твоей раскованности. Но есть… честь. Которую нужно защищать.
— Честь? — Гвенваеля на некоторое время это поставило в тупик, а затем выражение его лица прояснилось и он медленно, осторожно принял правила игры Дагмар. — А, да. Твоя драгоценная честь. Этой ночью ничего не надо защищать. Не со мной.
Гвенваель опустил голову и начал приближаться к губам Дагмар. Она отвернулась, прижала руки к груди Гвенваеля, пытаясь оттолкнуть, хотя по этим движениям было заметно, что она хочет продолжения. Но он не позволит ей увернуться. Гвенваель схватил Дагмар за волосы, вынудил повернуться к нему лицом и снова начал склоняться к губам. Он скользнул языком ей в рот, взяв полную инициативу на себя начал ласкать и дразнить и Дагмар отчаянно застонала, вцепившись в его рубашку. В поцелуе не было никакой торопливости, никакого отчаяния. Гвенваель просто в своём темпе брал то, чего хотел… и Дагмар ему позволяла. Она потерялась в этом поцелуе и не поняла, что Гвенваель снова распахнул её халат, пока его ладонь не накрыла грудь. Ошеломлённая такими прикосновениями, Дагмар инстинктивно попыталась отпрянуть, но его хватка в волосах удержала её на месте. Она не могла сбежать. В этот момент на этой постели у дракона был полный контроль над Дагмар. И сильная дрожь, что била тело, сама за неё всё поведала. Ей нужен этот момент, эта передышка от ответственности. Долгожданный перерыв, который не имел никакого отношения к тому, чего она хотела или к тем, кого защищала. Сейчас было важно лишь удовольствие.