Любить нельзя расстаться (СИ)

Прошла неделя и двор изменился до неузнаваемости. Траву скосили, оставив ровный зелёный газон. Плодовые деревья и ягодные кустарники обрезали, отремонтировали и покрасили беседку, подняли и укрепили качели, восстановили колодец. Да и дом заметно изменился. Вильем с Эмилем заново покрыли крышу красной черепицей, вставили окна и перебрали полы. Система отопления была налажена, как и всё остальное. Со дня на день ждали машину с новой мебелью, которую заказал Эмиль, съездив в город.
Быт налаживался, и Наташа стала подумывать о визите в посёлок, о чём она однажды сообщила мужьям.
- Ты уверенна, что хочешь видеть, что стало с посёлком? Насколько мне известно, жителей в нём почти не осталось. Многие дома заколочены, вся молодёжь подалась в город, остались одни старики, да и те, кому некуда ехать, - попытался отговорить жену Эмиль.
- Может, кто из знакомых остался? – тяжело вздохнула Наташа и посмотрела на Вильема, ища у него поддержки.
- Милая, все кого ты раньше знала – давно умерли, - с сожалением произнёс Вильем. – Если кто и жив то им примерно сейчас уже под сто лет, люди редко доживают до такого возраста.
- Но всё же, - настаивала Наташа, - может, кто-нибудь жив.
- Хорошо, - сдались лели, - через пару дней съездим, если ты так хочешь. Вот только закончим ремонт, немного осталось.
- Мы тоже поедем. Хотим посмотреть, где раньше жила мама, - первым в комнату зашёл Сергей, а за ним и все остальные дети.
- А вот подслушивать нехорошо, - пожурил сына Вильем.
- А мы и не подслушивали, - округлил тот глаза, - вы просто громко говорите.
- Ок. Вместе так вместе, - согласился Эмиль.
***
Наташа стояла напротив полностью разрушенного дома. Крыша обвалилась, да и от стен осталось немного, обнажив одиноко торчавшую печную трубу; весь двор зарос высокой травой. Это место, да и дом тоже, практически стал неузнаваем. Девушка-лада вздохнула и обхватила себя за плечи, шмыгнув носом.
- Детка, хочешь, мы восстановим дом? – Эмиль подошёл и обнял жену, разглядывая руины.
- Нет, - всхлипнула она.
- Почему? Этот же дом дорог тебе, я знаю.
- Ты сам говорил, что прошлое надо оставлять и жить дальше.
- Верно, малыш, - Вильем подошёл и встал рядом.
Сзади послышался лошадиный топот и скрип телеги.
- Тпруу, - крикнул хрипловатый женский голос.
Вся семья Кейнов оглянулась и увидела женщину, сидящую в телеге и ловко управляющая лошадью.
- Кто такие? – зычно выкрикнула она, слезая с телеги.
- Здравствуйте, - поприветствовала женщину Наташа.
- Здравствуйте, - окинула их женщина подозрительным взглядом.
- Мы недавно приехали. Особняк, что находится в финском саду, знаете?
- Ну, знаю. Только это не особняк уже, а так, развалины, - подбоченилась женщина, не выпуская на всякий случай из рук длинный кнут. – А вы что же хозяева этого дома?
- Ну, в каком-то роде, - замялась девушка. – Он нам по наследству достался. Мы его отремонтировали и намерены пожить в нём какое-то время.
- А документы на дом у вас есть? – подбоченилась женщина и недоверчиво сузила глаза.
- Конечно. Приезжайте к нам мы всё вам покажем, - уверенно произнесла Наташа.
- Ладно, верю, - примирительно кивнула женщина. – А я председатель этого совхоза – Ирина Владимировна.
- Очень приятно, - протянула Наташа руку. Рукопожатие у председательши оказалось крепким, как у мужчины. – А это…, - обернулась девушка к своей семье и запнулась.
- Мы братья и сёстры, - не растерялся Вильем. – Наташа, Эмиль, Натаниэль, Эмина, Сергей, Николай и я - Вильем, - быстро представил он всех членов семьи.
- А то и видно, очень похожи друг на друга. В совхозе-то что делаете? – кивнула председательша на руины дома.
- Здесь когда-то жила наша родственница – Шведова Мария Михайловна. Не знали такую? – спросила Наташа.
- Не припомню что-то. Я приехала сюда ещё девчонкой тридцать лет назад, в этом доме на тот момент уже никто не жил, - печально вздохнула Ирина Владимировна.
- А кто-то из стариков сейчас живёт в Куликово? – задала Наташа давно волнующий её вопрос.
 
- А кто вас интересует? Спрашивайте, я местных всех знаю.
- Татьяна Петрова, в девичестве Никконен. Или Надежда Шац, - с замиранием сердца спросила Наташа.
- Надежда Шац, - задумчиво повторила женщина и отрицательно покачала головой: - Не припомню такую. А вот бабушку Таню - знаю. Она с внучкой своей – Светланой, живёт рядом со старым клубом. Только плоха уже бабушка, вот-вот Богу душу отдаст, - закатила она глаза и перекрестилась.
- Жива! – почти выкрикнула Наташа.
- Ну да, - пожала плечами женщина, не понимая такой радости в голосе молодой девушки.
- Спасибо вам, - Наташа порывисто обняла опешившую Ирину Владимировну и повернулась к семье: - Пошлите, навестим Татьяну.
- Пожалуйста, - недоумённо произнесла женщина глядя в след молодым людям. – Странные какие-то, - пробормотала она.
***
В калитку непрерывно звонили и женщина лет сорока с раздражением выкрикнула:
- Ну что трезвоните, сейчас открою! – она скинула охапку дров в общую кучу и, отряхнув передник, направилась к калитке. – Кого ещё нелёгкая принесла?
Приоткрыв дверцу, она выглянула наружу и окинула взглядом группу парней и двух девушек.
- Вам кого?
- Извините, а Татьяна Петрова здесь проживает? – вежливо поинтересовалась Наташа.
- Здесь. А она вам зачем? Бабушка болеет нечего её тревожить. Вы из соцзащиты? Если есть, какое дело, говорите мне.
У Наташи от волнения пересохло в горле. Лучшая подруга её детства и молодости жива!
- Нет, мы не из соцзащиты. Понимаете мне надо с ней увидеться и по возможности поговорить.
- Зачем? Кто вы? – недоверчиво окинула она их взглядом.
- Так вышло, что мы с вашей бабушкой хорошо знакомы, - осторожно ответила Наташа.
- Вы хотите сказать, что вы хорошо знаете, друг друга? – усмехнулась Светлана. – Откуда? Моя бабушка уже лет двадцать из дома не выходит, как дед умер. А вы слишком молоды, чтобы знать её раньше, - покачала она головой.
- Скажите своей бабушке, что её хочет видеть Наташа Шведова. Пожалуйста.
- Ну, хорошо, - смерила женщина её изучающим взглядом. – Только пока в дом не пущу, ждите здесь.
Калитка захлопнулась и женщина, бормоча себе под нос, направилась в дом.
- Только бы Танюха в памяти была, - подняла Наташа кверху глаза, сложив ладони.
Минут через пять калитка вновь открылась и с удивлённым лицом женщина пригласила их внутрь.
- Странно, но бабушка вас знает. Мало того она очень обрадовалась, узнав кто к ней пришёл, - женщина ничего не понимала, но решила это выяснить позже.
- Спасибо. Куда пройти? – у Наташи от волнения слегка подрагивали руки. Слыханное ли дело, подругу полвека не видела!
- Заходите в дом. В прихожей сверните налево, там бабушкина комната, - указала женщина рукой направление.
Наташа поднялась на крыльцо и обернулась:
- Подождите меня пока во дворе, - попросила она свою семью.
Она тихо вошла в комнату и, не доходя до кровати, остановилась. При виде немощной старушки лежавшей на кровати возле окна, в горле встал ком. Справившись с первым волнением, Наташа поздоровалась:
- Привет, подруга.
Старушка на кровати приподнялась и посмотрела в её сторону подслеповатым взглядом. Губы Татьяны растянулись в улыбке, и её лицо просветлело.
- Привет, Наталья. Проходи, не пугайся только. Давно жду тебя. Думала, что ты уже забыла обо мне.
Наташа прошла и опустилась на рядом стоящий стул.
- Ну как ты, Тань?
- Нормально, - махнула та ослабевшей рукой. – Вот готовлюсь к встрече с Саней.
- Давно он умер? – девушка-лада беспокойно заёрзала на стуле, не сделала ли она, подруге больно, спросив об этом?
- Десять лет назад, - тяжело вздохнула старушка, украдкой стирая со щеки набежавшую слезу. – Как будто вчера было.
- Сочувствую тебе.
- Да ладно! Ты-то как? – вновь улыбнулась Татьяна. – Вижу всё такая же молодая. Как же с тобой случилось такое? Ладно, не буду тебя мучить, знаю, не скажешь правды.