Любить нельзя расстаться (СИ)

- Вильем, - выдохнула девушка и широко раскрыла глаза, в которых лель увидел россыпь ярких звёзд, каскадом рассыпающихся на мириады ослепительных искр. Наташа постанывала и выгибалась ему навстречу, ища его губы, будто хотела напиться живительной влаги, которая напоит её тело незабываемыми исступлённо-восторженными ощущениями.
Рука леля нежно погладила внутреннюю сторону её бёдер, нажимая на самую чувствительную точку тела. Наташа закусила губу; её взгляд потребовал большего. Лель без слов понял любимую и накрыл её тело своим.
- Люблю, - прошептал он жене на ушко.
- Люблю, - распахнулась перед ним Наташа на пике высшего блаженства. Она вскрикнула, царапая плечи и спину мужа. Девушка-лада как росток потянулась к любимому, как натянутая струна, готовая вот-вот зазвенеть, рассыпавшись вибрирующим звуком на высокой ноте оргазма. Он всё чаще накатывается сладострастными волнами заставляя сотрясаться всем телом, и Наташа ещё крепче вжимается в твёрдые рельефные кубики на животе Вильема, издавая протяжные чуть глуховатые стоны. Перед глазами вспыхивает яркий свет, который слепит всё ярче при каждой растекающейся по телу волне. Крик из её груди вырывается на пике блаженства, эхом отражаясь под высоким сводом потолка:
- Вильем!
Лель рычит, впиваясь в её губы жадным поцелуем. Тело его конвульсивно сжимается, проливая семя в лоно жены. Вильем тяжело дышит и тело его обмякает, когда он ложится с боку, прижимая к себе Наташу.
- Моя, - утыкается он в её волосы и целует, стараясь выровнять дыхание.
Наташа непроизвольно закусила нижнюю губу и сжала колени, стараясь не смотреть на Вильема. В животе до сих пор разливалось сладкой томление, отчего голова девушки всё ещё находилась в полусознательном состоянии. Лель краешком глаза бросает на неё страстные взгляды, и всё понимает, от чего его жена непроизвольно краснеет, но продолжает прижиматься к его обнажённой груди. Вильем улыбается только ему одному знакомым мыслям.
- Всё хорошо, малыш? – он мягко касается пальцами её подбородка, приподнимая его кверху.
Она смущённо отводит взгляд, пряча улыбку. От Вильема пахнет иначе, чем от Эмиля и эта новизна до предела обостряет чувства девушки-лады.
С Эмилем она была другая. Будто источающий тонкий аромат бутон розы с перламутрово-розовым цветом, он тянулся вверх готовый вот-вот распуститься навстречу сияющему солнцу. Но бутону как будто не хватало чего-то, чтобы предстать во всей своей красе и пышности. И вот обретя вторую любовь в лице Вильема, Наташа как роза распустилась алым цветом атласных лепестков, являя себя во всём великолепии, которое несколько лет таилось в её душе и теле, не находя повода, который способен пробудить в девушке-ладе поистине прекрасный образ и душу. Наташа с каждым поцелуем вливала в Вильема свою любовь, свою душу, и он это чувствовал, отвечая девушке взаимностью. Так когда-то было и с Эмилем, но девушка-лада подсознательно чувствовала, что должен быть ещё кто-то, чтобы излить накопившуюся в ней нерастраченную до конца любовь и отдать, наконец, созревшее тело и душу, жаждущие ласки.
Уставшие, но счастливые они уснули только под утро, крепко прижимаясь, друг к другу. Разум и человеческая логика, выстраиваемая Наташей на протяжении всей человеческой жизни – дала сбой. Полигамия – семья втроём, для неё стала обыденной вещью, как, впрочем, являлась и для всего Небесного народа.
***
Две недели медового месяца пролетели как один день. Наташа забыла обо всём на свете, купаясь в любви и счастье, которых она ждала так много лет и о которых не смела, мечтать когда-то. Девушка-лада буквально тонула в объятиях и ласках своего нового мужа. Со стороны казалось, что она просто забыла о своей семье, но это было не так. Вильем, используя свой природный дар, настолько обворожил жену своим сногсшибательным обаянием, окутав её сознание ментальным воздействием, что девушка прибывала в лёгкой прострации, будто кроме них никого больше не существовало. Лель хотел сделать Наташу счастливой, хотя бы на время медового месяца. Но это была не единственная причина: Вильем обещал брату, что Наташа на время забудет о нём.
 
Днём Вильем водил Наташу по достопримечательностям Лос-Анджелеса, а ночью до изнеможения страстно любил, и она отвечала ему взаимностью. За эти две недели они побывали во многих местах. Как и обещал лель, сначала он сводил Наташу на Ольвера-стрит – колоритный мексиканский рынок, где проходили всевозможные фиесты, шествия и музыкальные праздники. Там они пробыли целый день. 
Голливуд-боул – концертный зал под открытым небом на Голливудских холмах, произвёл на Наташу неизгладимое впечатление! «Адажио» Дэвида Гарретта Альбиони, исполненное на скрипке в сопровождении оркестра, ещё долго будоражило её воображение. Мелодия то, поднимаясь на высокой ноте смычка то, опускаясь плавными звуками, ласкала слух. Наташа даже пару раз всхлипнула, а вернувшись, домой, попросила Вильема найти в интернете этот концерт. Под чарующие звуки музыки, на подъёме нежных чувств, которые пробудила в ней скрипка, она отдавалась мужу ещё с большим жаром, улетая в заоблачные дали непередаваемых, острых ощущений.
Диснейленд – прославленный парк развлечений, тоже не оставил Наташу равнодушной. Это сказочное место, где живут герои Диснея и возвышаются волшебные замки, и где существуют целые нарисованные города. Наташа как маленькая девочка с восторгом рассматривала всё это великолепие, прося Вильема сфотографировать её чуть ли не с каждым экспонатом или сказочным героем, в коих переодевались актёры. Блеск в глазах жены и восторг на её лице, многое говорили Вильему – она была счастлива, чего он и добивался.
В музее мадам Тюссо на следующий день всё повторилось. Вильем, не переставая щёлкал фотоаппаратом, стараясь заснять жену со всеми известными личностями, выглядевшими как живые. Иногда они просили посетителей и фотографировались вместе, чему Наташа была очень рада.
С музея коллекции автомобилей Петерсена, что так заинтересовала Вильема, Наташе пришлось уводить мужа чуть ли не силой от столь вожделенной техники. Виданное ли дело провести шесть часов среди сверкающих лаком раритетов и новомодных авто, так и манящих леля опробовать их на деле. Уходя из музея, Вильем тяжело вздохнул и пообещал вернуться ещё раз, чтобы узнать, а по возможности и купить понравившиеся автомобили.
Наташа с Вильемом ещё посетили несколько музеев, в которых выставлялись картины, скульптуры и предметы декаративно-прикладного искусства. Всё это было интересно девушке, ведь она первый раз была в Лос-Анджелесе, поэтому не посетить Голливудскую «Аллею славы», было бы уж совсем неправильно. Ряд тротуаров по обеим сторонам улицы на протяжении пятнадцати кварталов, более 2500 пятиконечных звёзд вмонтированных в плиты тротуара, не произвели на девушку-ладу должного впечатления. Она какое-то время разглядывала и даже читала имена знаменитостей, но недолго. Разнообразие исторических мест, а так же увеселительных заведений привлекли её внимание. Погуляв по бульвару пару часов, Наташа с Вильемом зашли в ресторан под названием «Tocaya – Venice», где подавали вегетарианские блюда. Вечером, когда солнце склонилось за горизонт, супруги вернулись домой.
На следующий день они впервые отправились к океану, в местечко под названием Лагуна-бич. В специализированном магазине Вильем купил доску для сёрфинга и два гидрокостюма для подводного плавания.
- Решили заняться дайвингом? – поинтересовался продавец, упаковывая костюмы.
- Да, вот жене решил показать подводный мир океана, - ответил Вильем.
- Какие акваланги предпочитаете? Для профессионального или любительского дайвинга? – широким жестом продавец обвёл многочисленные костюмы, демонстративно висевшие над прилавком.
- Пожалуй, обойдёмся без них, - снисходительно улыбнулся мужчине лель.
- Но как же так? – растерялся продавец. – Без аквалангов у вас не получится насладиться подводным миром!
- У нас всё получится, не правда ли, малыш? – Вильем легко поцеловал Наташу в висок и, подмигнув мужчине, они вышли из магазина.