Мой ледяной принц (СИ)

— Как ты думаешь, ей хорошо там? На небе? — спросила меня Миша. — Ведь она попала в Рай, я знаю это.
— Думаю, Мэри наслаждается своим покоем. Но тебе тоже нужен покой. Поедем, — настойчиво сказал я.
Миша молча кивнула, и мы, взявшись за руки, медленно направились к «Мустангу».
  
ГЛАВА 33
 
На следующий день Миша попросила меня сходить с ней в парк. Мы расстелили на все еще редкой, но зеленой траве одеяло, легли на него и молча смотрели на мрачное, покрытое серыми облаками небо, но спустя час ветер разогнал облака, и нам пришлось спрятаться под одеяло. Так мы и лежали, на молодой траве, под своим бежевым одеялом.
Взглянув на свои руки, я увидел, что тусклые лучи солнца, пробивающиеся сквозь светлое тонкое одеяло, сделали их наполовину такими, какими они были на самом деле: дряхлыми. И не только руки, но и мое лицо, потому что, взглянув на меня, Миша вдруг нахмурилась.
— Тебе неприятно видеть меня таким? — спросил я ее.
— Да, потому что я думаю о том, что стану такой же. И это пугает меня. Я не хочу быть уродливой и дряхлой старухой! — прошептала она, но прикоснулась к моей щеке и погладила ее.
— Но станешь, и этого нельзя изменить, — тихо сказал я, сжав ее ладонь в своей.
— К сожалению. — Миша вздохнула и подняла на меня пристальный взгляд. — Скажи, а тебе нравится быть вампиром?
Я был удивлен ее вопросом и не мог понять, откуда в ее голове взялись такие мысли.
— Никогда не задумывался об этом, — честно ответил я. — Но откуда этот неестественный вопрос?
— А будь у тебя выбор, кем родиться: вампиром или человеком, что бы ты выбрал?
— Остался бы вампиром. А ты?
***
— И я, — солгала я.
Если бы только у меня был такой шанс — выбрать, кем быть!
«Но, если бы я была человеком, то не смогла бы быть с Фредриком. Он презирает людей. Я — вампир и должна гордиться этим… Принимать это как должное» — Мне нужно было переубедить себя. Ради моего Фредрика
— Я хочу учиться охотиться, — решительно заявила я.
— Уверена? — серьезно спросил Фредрик.
Меня отвращала даже мысль о том, что я должна буду убивать, но мне необходимо было пересилить в себе жалость и любовь к людям.
— Да, уверена. Начнем сегодня же, — твердо сказала я.
— Я рад, — улыбнулся он.
— Я тоже, — опять солгала я.
— Начнем в полночь.
— Замечательно.
Когда стемнело, мы свернули одеяло и пошли домой.
Чем ближе приближалась полночь, тем больше я нервничала, а Фредрик становился все серьезнее, и, чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей о приближающейся охоте, я спросила его, не он ли подстроил автокатастрофу мажора Роба.
— Я хотел убить его, но не успел, — ответил на это Фредрик. — Слышал, у него отказали тормоза?
— Да, и он улетел в пропасть, — добавила я. — Значит, его смерть — чистая случайность?
— Именно, — усмехнулся он. — Единственное, что я сделал, — убил тех двух шлюх.
— Правда? — Я была поражена его поступком. — А я думала, что они просто уехали!
— Они заслуживали наказания. Их кровь была на редкость дрянной и разбавленной алкоголем. Я даже не стал пить ее, а просто убил их.
Смотря на Фредрика широко раскрытыми глазами, я поражалась тому, что он сделал для меня. Он не стерпел того, что те гадкие женщины издевались надо мной. И он ничего не сказал мне, молчал, чтобы я не чувствовала себя обязанной ему.
— Знаешь, кто ты? — с восхищением спросила я.
Фредрик удивленно улыбнулся.
— Ты мой ледяной принц. Мой айсберг.
— Теперь это звучит как комплимент, — усмехнулся он, притягивая меня к себе.
Я прильнула к нему и поцеловала его.
— Ты рассказал о нас своим родным? — спросила я.
— Конечно. Они очень удивились твоему возрасту и тому, что ты — сестра Марии. Они тоже думают, что я обесчестил ее, и не могут понять, как Мрочеки простили меня. Но, кажется, новость о том, что я нашел свою половину, обрадовала их. Блудный сын перестал слыть беспечным, но все еще остался негодяем.
 
— Но мы расскажем им всю правду! — весело сказала я.
— Конечно. Они безумно хотят познакомиться с тобой.
— О, нет! Я не готова! Мне страшно!
— Поверь мне, они не такие страшные, как ты считаешь, — улыбнулся Фредрик.
— Но я не готова… Это ведь так важно, а я…
— Ну, хорошо, раз ты сопротивляешься личному знакомству, мы просто пригласим их на нашу свадьбу, лет так через двести.
— Хорошая идея, — совершенно серьезно сказала я.
— А теперь вернемся в настоящее. Тебе нужно переодеться во что-то темное и удобное. — Фредрик посерьезнел. — Уже половина двенадцатого. Ты готова?
Я не могла поверить в то, что сегодня убью человека и выпью его кровь. Это никак не укладывалось в моей голове.
— Да, я полностью и морально готова. Вернусь через пять минут, — тихо сказала я и поднялась в свою комнату.
Все мысли куда-то исчезли. Куда-то вон из моей головы.
Когда я надела черную тунику с длинными рукавами, черные джинсы, кеды, скрутила волосы в пучок на затылке и посмотрела на себя в зеркало, мне стало не по себе. Мне даже показалось, что мое отражение подмигнуло мне и улыбнулось хищной улыбкой. Я моргнула, и это наваждение прошло: должно быть, это мое беспокойное воображение выдало мне такую картину.
Во всем доме вдруг погас свет.
Глубоко вздохнув, я попыталась мысленно настроиться на охоту и спустилась к Фредрику.
Он окинул меня хмурым взором и вздохнул. Сам он вообще не переодевался.
— Я должна быть красивой: красивой убийцей, — пошутила я, но внутри у меня все дрожало.
— Пожалуйста, будь серьезной: мы идем не на прогулку, — строго сказал Фредрик. — Первое убийство — это всегда травма, поэтому будь готова к этой неизбежности. Договорились?
— Я серьезна, как никогда! — Мне было неприятна его строгость. — Поверь мне!
— Тогда начнем. Надень эти перчатки.
Фредрик и я надели черные кожаные перчатки, и мне вдруг стало смешно оттого, что я, одетая в черное, и в перчатках, стала похожа на вора-домушника. Но я сдержала улыбку, боясь, что Фредрик опять будет отчитывать меня за несерьезное поведение в такой важный момент.
Он взял меня за руку, и мы стали подниматься по лестнице.
— Но я думала… Зачем… — с непониманием глядя на Фредрика, начала я.
— Мы пойдем по крышам, — спокойно сказал он.
Мы зашли на большой, пахнущий плесенью чердак.
«Он рехнулся? Зачем бегать по крышам, если есть улица и тротуары?» — удивилась я, наблюдая за тем, как Фредрик беззвучно открывает окно чердака.
Открыв окно, мой парень выглянул в него и затем обернулся ко мне.
— Иди сюда, — позвал он меня. — Нам нужно перепрыгнуть на крышу соседнего дома.
— Ты ничего не забыл? Я еще не умею прыгать так далеко! — возмущенно воскликнула я, подойдя к окну и увидев, что соседний дом располагается метрах в двадцати от нашего.
— Не шуми, пожалуйста, а просто наблюдай за тем, как это делаю я. — Фредрик встал на подоконник и, словно растаяв в воздухе, вдруг появился на крыше соседнего дома, но потом снова оказался рядом со мной.
— Теперь ты. Попробуй, — настойчиво сказал он.
— Но я боюсь! — Меня охватила паника.
«Я совсем не готова прыгать! И убивать тоже! Зачем только я попросила его об этом?» — лихорадочно подумала я.
— Что с тобой? — озадаченно спросил Фредрик, заглядывая в мое лицо. — Ты не в себе.
— Я не смогу так… — прошептала я.
— Сможешь, ведь ты — вампир, и это у тебя в крови, — настаивал он.
Фредрик поднял меня на руки и поставил на подоконник, но я боялась отцепиться от футболки любимого.
 
— Фредрик! — чуть не плача пролепетала я.
— Будь серьезней. Ты сама попросила научить тебя охоте, но я вижу, что учиться ты не хочешь, — тихо, но строго сказал он.
— Хочу… Прости меня! — выдавила я из себя.