Азраиль. Спустись с Небес! Том 1 (СИ)

Долгая история. Но главное вот что; разница между истинной Аурой и Аурой, генерируемой болью, состоит в том, что вторая — в основе своей лишь временное явление.
Егор, не понимая, стоит ли говорить сейчас — пока я сосредоточен на сгоревшей почве — робко заговорил:
— Да всё подряд узнать хочет, — отозвался он, вспоминая. — Как ведёшь себя. Бьёшь ли Лизу. Многие интересуются, что собираешься делать с людьми, что Тельдора порешали. Но пока... никаких выпадов с твоей стороны особо не видно. Поэтому и слежка продолжается.
Вот как...
Прикрыв глаза, я прочертил на почве ровную линию, положил ладонь по центру отрезка — и заговорил:
— Я могу упасть в обморок, если не справлюсь с энергией, — спокойный, будто отрешённый голос заставил Пыськина встрепенуться. — И, если такое произойдёт, следи за тем, чтобы никто меня здесь не заметил. А затем сразу звони Лизе. Когда буду в отключке, лучше меня не трогать — иначе кончишь очень и очень плохо.
Егор нервно кивнул, отшагивая.
Вот и посмотрим, насколько моя нынешняя Аура готова к этому процессу. Главное — не вырубиться.
— Б-базара нет, номер её знаю, — заметил он странным тоном. — Но... тогда скажи, что делать-то собираешься?
Я хмыкнул, не открывая глаз.
— Пока не вижу смысла раскрывать все козыри. Ни перед тобой, ни перед Робертом. Но раз уж мы тут делимся интересной информацией, скажу так... — мои глаза хищно вперились в лицо наркомана. — Если номер Лизы останется в твоём мобильнике до завтрашнего дня, печать на твоём лице автоматически возникнет без моих на то усилий.
Парень оступился, раскрывая глаза шире.
— Да ладно? Удалю, вопросов нет. Так... а что мне братанам передать? — он глядел на меня. — Сказать, что не знаю тебя?
Я кивнул, понимая, что пара сотен рублей — и этот тип выложит всю информацию Роберту Бисфельду.
— Знаешь что-нибудь об Эмилии Орловой? — спросил я, ощущая, как боль природы медленно впитывается в мой неокрепший разум.
— Э... нет, вроде. Слышал что-то про её смерть, конечно. На этом всё.
Как раз-таки на этом далеко не всё.
— Если это всё, что ты выведал, можешь отойти, — бросил я, внезапно сменив тон на более грубый. — Метров двадцать, не меньше. Убежишь — пожалеешь. Подойдёшь ближе — испытаешь то же самое.
Егор не стал спорить — отвернулся, напряг плечи, руки и мозг, как будто решил подсчитать для себя ровно двадцать метров — и зашагал, нашёптывая что-то вроде «раз, два, три...».
Итак, вернёмся к боли — я избавил себя от любых мыслей, концентрируясь лишь на боли. А затем... сжал кулаки.
— А, да, ещё кое-что, — заговорил тот с расстояния. — Андропова знаешь... Кирилла Михалыча? Говорят, он прибыл из Московии сегодня вечером.
Последнее я уже не слышал...
Кончики пальцев внезапно окрасились в тёмный, высасывая боль из местности. Затем — волной, как разбегающийся круг по воде — погоревшие деревья начали терять ту черноту и сухость, что окружала их.
Трава внезапно из погоревшей стала густой, ярко зелёной, а коры деревьев приобрели нормальный вид — такой, будто никогда и вовсе не подвергались пламени. Мимо меня пролетела много лет назад сгоревшая бабочка. Егор Пыськин, стоя на нужном расстоянии от меня, изумлённо распахнул глаза, глядя на некогда похоронно-траурные деревья, что в пару мгновений восстановили свой прежний вид.
Только пальцы?..
Мои потемневшие пальцы безжизненно обвисли, сминая и разламывая своей тяжестью вновь ожившие стебли. Жилы пронзила тёмная энергия.
Без силы ты навсегда обречён подчиняться таким, как Роберт. И никакие вероятности здесь не нужны. Вот только...
Я верну свой камень любой ценой... во имя Нейлы. Во имя Феликса.
После излишнего количества Ауры в моём теле наступила слабость, в глазах потемнело, а пальцы перестали слушаться, но... Нет, я не потерял сознания, ибо понимал, что опаздывать на самолёт нельзя. Лишь поднялся на подкашивающиеся ноги и...
— Андропов, говоришь? — устало поглядел на Егора, что не осмелился послужить опорой. — И что ему нужно?
— Да, но... — усмехнулся тот, продолжая недоумевать от происшедшего в лесу. Теперь вместо уничтоженной пламенем почвы вокруг была лишь живая трава и не менее живые деревья. — А... не расскажешь, как ты это сделал?
 
Как я это сделал?
Ха.
Так же, как и с Андаманом. Правда, в точности до наоборот.
Теперь я убедился лично. Аура, что жила во мне в прошлом, сохранила абсолютно все свои свойства. Я всё ещё был способен добраться до уровня Богов. Именно эта особенность моей Ауры отличала близких к Богам от обычных людей.
— Так что ему нужно? — повторил я.
— Я пока не выяснил, но, — Егор всё ещё был под бешеным впечатлением. — Говорят, его позвал сам Евгений Рыльский.
Вот как... впрочем, с Андроповым я уже справлялся в прошлом. Поэтому он так и остался без моего внимания.
Не думаю, что с ним возникнут какие-то проблемы.
***
Второе Небо. Поселение Крах. Штаб-квартира Тёмного ордена.
— Думаю, с ним возникнут какие-то проблемы.
Кирилл Михайлович Андропов наконец оторвался от отделённой от тела головы Петра Шульского и покосился на искалеченное лицо главы Тёмного ордена Евгения Рыльского.
Сломанный нос, перемотаны рёбра, а язык... опух так, будто его укусила здоровенная пчела.
— Это рука профессионала, господин Рыльский. — добавил он, выпуская в воздух клуб дыма. — Я, как действительный тайный советник Императора, часто повидал подобное на своей службе, потому уверен... эти порезы выполнены не на уровне Дельта-распада... думаю, Альтар Блэк — настоящий профессионал своего дела, раз смог убить двух S-ранговых бойцов так искусно.
Рыльский скривил опухшие губы и тут же поморщился от стрельнувшей в челюсть боли. Кто же знал, что эти идиоты наткнутся на Красный орден?
— Он убил моих людей, господин Андропов, — процедил тот и шепеляво, и гнусаво одновременно. — Я обещал, что буду обращаться к имперцам только в крайнем случае... так вот, этот крайний случай настал.
Андропов закатил глаза и молча покачал головой.
Порой имперцу казалось, что любовь к карточным играм служит неким якорем в его безупречной карьере. Работа в столице, высокий чин, роскошь и поистине крупные дела порой приходилось оставлять в угоду обещаниям, отданными когда-то давно, в нетрезвом виде.
Андропов затянулся дорогой Имперской сигаретой, выпустил тёмное смоляное облако — и заговорил.
— И что ты предлагаешь, Рыльский? — его взгляд устремился в лицо старика. — Созвать в поселение Крах всю Имперскую делегацию прямиком из столицы? Устроить суд Альтару Блэку за то, что прикончил двух бывших заключённых?
— Не нужно, — гнусаво протянул Рыльский. — Просто посади Блэка за решётку. Его и всю эту группировку мошенников. С остальным я справлюсь сам.
Кирилл Михайлович Андропов, действительный тайный советник и представитель Империи, должен бегать за какими-то мелкими сошками вроде Блэка только потому, что когда-то проиграл в карточной игре.
Надо же... какой позор.
Впрочем, если Альтар Блэк способен на такое... наблюдать за ним нужно основательно. Империи не нужны выскочки вроде этой, а потому будет лучше, если Андропов покажет Красному ордену его место.
— Я найду этого человека, — кивнул Андропов, шагая к окну. — Однако больше никаких звонков, Евгений. Карточный долг исполнен, а я... уже не тот статский советник, которым был когда-то. Сейчас моя работа стоит гораздо дороже.
— Да, я... — Евгений не договорил. Он внезапно осёкся, будто проглотил ком в горле.
А затем замолк и действительный тайный советник. Волна Ауры, что секунду назад прошлась по помещению, буквально заставила обоих замолчать.
— Что это было?
Их взгляды тут же обернулись в окно и обратились на верхушку несколько лет назад погоревшего леса. Он был расположен в паре сотен метров от офиса Тёмного ордена, однако... виден был невооружённым глазом.
...чернота спадала, а зелёные листья будто разрастались, полностью восстанавливая сгоревшие деревья.