История пятого мора (СИ)

Он как раз снова подумал о том, что если Создатель и впрямь милосерден, то он не позволит ей очнуться: два раза подряд одно и то же явный перебор, когда его окликнул знакомый голос.
Каким чудом она держалась на ногах, Алистер так и не понял. Бледная, висок выбрит, уже порозовевший рубец перехвачен швами. Глаза, обведенные уже пожелтевшими синяками, которые случаются от сильного удара по голове, ввалились, губы в трещинах и корках, в вороте ставшей слишком просторной рубахи торчат ключицы. Лучше бы ей полежать еще хотя бы несколько дней, а еще лучше — и вовсе не очнуться. И все же Алистер эгоистично обрадовался тому, что снова не один.
— Алистер… это правда?
Алистер хотел было поиграть словами, уходя от ответа, но это оказалось малодушным и недостойным… да и слов, по правде говоря, не осталось. Поэтому он просто молча кивнул. Прикусил губу — невыносимо было видеть, как опустились, сутулясь, плечи и разом помертвело лицо.
— Значит, Ферелдена больше нет.
О чем это она? Если верить ведьмам, Логейн сохранил войска, а орда порождений тьмы еще не… Алистер все же прокусил губу до крови, поняв: между Мором и людьми всегда стояли Серые Стражи. И не только потому, что все они были отменными воинами и умели чуять чудовищ. По большому счету, сразить рядовых порождений тьмы не так уж сложно. Но убить Архидемона мог только Серый Страж. Ордена больше нет. А значит, Орда безнаказанно прокатится по этим землям, и лишь дойдя до Орлея встретит тех, кто сможет остановить ее раз и… по крайней мере, до нового Мора.
— Я надеюсь… — голос девушки звучал еле слышно, — что Фергюс со своими разведчиками погиб в Диких Землях. Что он никогда не узнает про Орианну и Орена…
А потом рассмеялась зло и жестко, так, что Алистер вздрогнул.
— "Это будет битва, как в древних легендах. Король, скачущий с отважными Серыми Стражами против мерзкого бога тьмы!", — ее голос упал до шепота. — Создатель милостив к его величеству. Он не увидит, что Мор сделал с его землей и людьми, которые ему присягали…
Она замолчала. Молчал и Алистер. Наконец, Элисса с видимым усилием подняла голову, распрямила плечи.
— Прости, что тебе пришлось это выслушать. Это было недостойно и неподобающе.
Она пошатнулась. Алистер подхватил девушку на руки. Торопливо опустился на бревно, на котором сидел до того, как пришла Элисса, устроил ее на коленях поудобней, обнял, баюкая.
— Не надо. Не надо так… с собой.
Она ткнулась носом ему в ключицу.
— Ты не понимаешь. Всего… сколько там времени прошло… Я думала, что самое страшное уже случилось. А оказалось — все еще хуже. И очень хочется просто отпустить вожжи и… просто свихнуться. Перестать сознавать.
— И все, что тебя держит — фамильный гонор, — мягко усмехнулся Алистер.
— Да… Родителям бы это не понравилось.
— Значит, не будем их расстраивать. — Алистер погладил ее по голове, стараясь не задеть свежий рубец.
Элисса помолчала. Потом подняла голову.
— Алистер… теперь уже, наверное, все равно, так что можно спросить… кем тебе приходился король Кайлан? Вы слишком похожи для простого совпадения.
— Любопытная. — Он легонько щелкнул девушку по носу. — Теперь, наверное, действительно все равно. Единокровным братом.
— Вот оно как… Выходит, ты теперь наследник… Только наследовать скоро станет нечего.
— Да упаси Создатель, — не на шутку испугался Алистер. — Видал я ту корону… Надеюсь, ты не начнешь трепать об этом на каждом углу?
— Кому рассказывать-то? Воронам? Да и… Серых стражей нет, Ферелден обречен.
— А вот это мы еще посмотрим, — сказал Алистер. Скорее, из чувства противоречия, нежели осознанно: просто признать, что все действительно кончено казалось невыносимым. Все, что угодно, только не сидеть, сложа лапки и ждать смерти. Если уж она неизбежна, тогда, хотя бы, надо поступить так, как подобает воину… Демоны его раздери, это "недостойно и не подобает", оказывается, заразно.
Элисса выпрямилась, озадаченно на него глядя.
— Ты серьезно?
— Я вижу здесь двух Серых Стражей.
 
— И что мы можем — вдвоем?
— Пока не знаю, — признался Алистер. — Разве что явиться пред очи Архидемона, бряцая мечами, и надеяться, что он умрет от смеха, глядя на это дело. Но мы что-нибудь придумаем.
— И, кажется, в этом я могу вам помочь, — раздалось из-за спины.
— Госпожа Флемет. — Элисса торопливо соскочила с колен Алистера и склонилась в поклоне. — Я не успела поблагодарить вас.
— Пустое, девочка, — усмехнулась старуха. — Отблагодарите, когда остановите Мор.
Она протянула Алистеру пожелтевшие листы пергамента.
— Морриган отыскала их на останках лагеря… по моей просьбе. Иногда перо дороже меча.
Алистер пробежался взглядом по строчкам, посмотрел на ведьму. Укладываться в голове прочитанное не хотелось.
— Что это? — Элисса потянула у него из рук пергамент.
— Кажется… это армия.
Элиса выхватила листы у него из рук, впилась взглядом в руны. Прочла один лист, другой, третий, снова вернулась к первому. Подняла совершенно ошалевшее лицо, улыбнулась:
— Что ж… поздравляю, ваше высочество.
— Еще раз так меня назовешь, и я утоплю эти бумаги в болоте.
Элисса стала очень серьезной.
— Алистер… Происхождение, кроме привилегий — множества привилегий, надо признать — предполагает еще и обязанности.
— Я — сын посудомойки, — осклабился Алистер. — Так что видал я и привилегии и обязанности… сама знаешь, где. Обещала не трепать языком, так не заставляй меня пожалеть…
Ему снова пришлось подхватить девушку на руки.
— И вообще, пойдем-ка, отлежишься сперва. Как говаривал Дункан "голодный, грязный и больной, ты труп вернее, чем герой". На ногах не стоит, а туда же — Ферелден спасать.
— Но…
— Он прав, девочка. Несколько дней ничего не решат. Или ты хочешь перечеркнуть все мои старания?
Элисса тихонько вздохнула.
— Я была не права. Приношу свои извинения.
========== 6 ==========
Элисса уснула, едва Алистер донес ее до постели. Выйдя во двор, он тихо выругался. Нечем заняться? Да дел выше головы, стр-р-радалец хренов!
Собственный меч он привел в порядок в самом начале — скорее, по въевшейся в нутро привычке, нежели осознанно. Но клинками Элиссы все это время не занимался никто, и Алистеру заранее становилось дурно от мысли, во что превратилась за это время сталь, покрытая едкой кровью чудовищ, и сколько сил понадобится на то, чтобы вернуть ее в приличный вид.
Потом настал черед доспехов. Ведьма, невесть каким образом вытащив их из рушащейся башни, умудрилась даже не позабыть про Алистеров щит. Но отчистив и оглядев оба доспеха, Алистер снова ругнулся, и пошел просить у Морриган, которая, собственно, и вела хозяйство, шило и дратву — с металлом без инструмента все равно ничего не поделать. И еще тонкий шнур для силков.
И только собравшись в лес он сообразил, что все это время его, здорового — по крайней мере, последние несколько дней — мужика, кормили и обихаживали, а он и пальцем не пошевелил, чтобы как-то помочь. Дров хотя бы наколол, что ли… Так стыдно ему не было с тех пор, как одна из сестер застала взрослеющего ученика подглядывающим с дерева за женской купальней. Правильно Морриган рожицу кривила, ой, правильно.
Ставить силки Алистер научился еще в детстве, когда ходил в ночное с конюхами эрла Эамона. Сколько лет прошло, а помнится, как сейчас — и руки не забыли… Он как раз устраивал последнюю петлю, когда в кустах зашуршало. Распрямиться Алистер не успел — в грудь ему ударило что-то тяжелое, уронило навзничь, вышибив дух, и захочешь крикнуть — не выйдет. Что-то мокрое и скользкое заелозило по лицу. Алистер, окончательно ошалев, бестолково рванулся, кое-как сбросив с себя чудовище, потянулся к мечу. Чудовище радостно загавкало.
— Живой, зараза этакая! — восхитился Алистер. — И нашел ведь! Пойдем, провожу к хозяйке.