История пятого мора (СИ)
— Элисса. Серый Страж.
Она поклонилась. Теган вернул поклон. Алистер, глядя на них, мигом почувствовал себя неотесанной деревенщиной, добавил.
— У тэйрны Кусланд… неприятности и я надеялся, что Эамон сможет ей помочь.
Если бы взглядом можно было испепелить, Алистер повторил бы судьбу Андрасте. На его счастье, он давно разучился переживать из-за таких мелочей, поэтому лишь мстительно усмехнулся.
— Боюсь, Эамон сейчас едва ли в состоянии кому-то помочь. Но я всецело к вашим услугам, миледи… Если все мы доживем до завтрашнего утра.
— Так, — посерьезнел Алистер. — Рассказывай.
Теган начал рассказывать, и с каждым его словом Алистер все отчетливей понимал, что дело дрянь. И что сам он просто не представляет, как теперь поступить. Здравый смысл вопиял — впятером они не смогут сделать ровным счетом ничего. А если положат его и Элиссу, деревня погибнет все равно и неминуемо. Как наверняка уже погиб Лотеринг, до которого добрались порождения тьмы. Идет война, потери неизбежны. Он сам, уходя с отрядом на Глубинные тропы знал: случись что — разыскивать их никто не будет, на это нет ни сил, ни средств. Проставят напротив очередного списка имен в своих гроссбухах "пропал без вести, предположительно погиб", чтобы довольствие на покойников не выделять — и вся недолга. С другой — слишком многим друзьям стали эпитафией эти слова.
— Теган, мы на минуту, с твоего позволения.
Он отвел своих в сторону, оглядел, не зная, с чего начать.
— Сдается мне, ты хочешь переложить решение на нас, — вылезла Элисса.
И пропади оно все пропадом — она была права. Неугомонная девка все поняла раньше него. Правильного выхода нет, как ни поступи — покоя не будет: положит ли он здесь своих или оставит деревню, оправдываясь высшим благом либо меньшим злом. Неважно.
— Я даже чуть-чуть завидую Тегану, — продолжала девушка. — Для него выбора нет: это его люди, и он должен их защищать.
— Происхождение накладывает обязательства? — хмыкнул Алистер, оттягивая неизбежное.
— Именно, — добавила вполголоса: — Жаль, что это не мои люди.
Правильного ответа нет и не будет — и грош цена ему как командиру, если он переложит выбор на плечи своих людей, "советуясь". Разве что совесть будет спокойной. При случае можно будет и осудить, как Дункана тогда…
— Алистер, — окликнул его Теган. — не надо. Пять бойцов не изменят ничего, даже если двое из них Стражи. Мор важнее.
Он должен развернуться и уйти. Должен. Мор важнее.
— Я остаюсь. Те, кто с этим не согласен, могут уйти, пока до вечера есть время.
— Я пошел за тобой сражаться с Мором, а не защищать деревенщину от нежити, поднятой черным колдовством, — сказал Стэн.
— А разве мы сражаемся с Мором не для того, чтобы защитить — в том числе и эту деревенщину — от чудовищ, порожденных черным колдовством?
— Мы должны помочь этим людям! — вмешалась Лелиана. — Я остаюсь.
— Опасно это будет. Глупо рисковать за быдло. Но — забавно может выйти. Я остаюсь.
— Стэн?
— Ты командуешь.
— Значит, с нами, — решился Алистер, только сейчас сообразив, что он все же заставил свою команду выбирать самостоятельно. Какая, к гарлокам, корона, четыре человека под началом, и он уже оплошал. Что ж…
— Элисса.
— Я не знаю.
Он ожидал чего угодно, кроме этого.
— В смысле?
— В смысле… Будь это мои люди — все было бы однозначно. Не иди за нами Мор — тоже. Но если мы не справимся, останавливать порождений тьмы придется орлесианцам. Одна деревня. Весь Ферелден. Неплохой выбор.
— Как ты можешь так говорить? — возмутилась Лелиана.
— Могу. Меня всю жизнь учили, что прежде всего долг, — она помолчала. Подняла голову и широко улыбнулась, точно разрешив хитрую загадку. — С другой стороны, лишь Создатель знает, не попадет ли нам недели через две в котел какая-нибудь поганка, и более бесславного конца можно не представлять.
Морриган фыркнула.
— Неужто кто-нибудь из нас настолько глуп, чтоб гриб съедобный с ядовитым перепутать?
— Я — запросто, — усмехнулась Элисса. — Это занятие для простолюдинов.
Алистеру на миг показалось, что вот сейчас она покажет Морриган язык — но то ли девушка сдержалась, то ли у него самого чересчур разыгралось воображение.
— Я с вами.
Алистер кивнул.
— Теган, ты укажешь моим людям, где их место, или мне самому посмотреть, что мы можем сделать?
— Вы сошли с ума, и все же — спасибо. — Теган невесело улыбнулся, и Алистер увидел, как же он измотан. И еще — младший брат Эамона действительно собирался погибнуть этой ночью. Нет, он будет сражаться до конца, но "умереть сражаясь" — все, что ему осталось. Или он полагал, что осталось.
Потому что Алистер вовсе не собирался оправдываться перед Создателем за то, что привел на смерть тех, кто ему верил.
— К вашим услугам, — он изобразил поклон. Получилось вроде ничего. — Тогда я сам.
Они устроились в местном трактире, потребовав жаркого и пива.
— Морриган, ты единственная из нас понимаешь в колдовстве, — сказал Алистер. — Как можно убить то, что уже мертво?
— Порвать те связи, что из Тени протянуты, чтоб мертвым управлять… Но это долго и с толпою я не справлюсь. Двумя-тремя, не боле, — она задумалась. — Можно сжечь…
— Человеческое тело горит плохо.
— Согласна. Заморозить и разбить. Я зачарую оружье ваше, чтоб от одного удара холод сковал все члены врага и… дальше все понятно. Но только ваше — больше не осилю.
— Отрубить руки, — сказал Стэн. — И голову. Без них сражаться нельзя.
— Ты делал силки, — сказала Элисса. — Могут они удержать, хотя бы пока не получится зайти сзади и отрезать голову?
— Понятия не имею, — сказал Алистер. — Я солдат, а не охотник, а на что способен оживший мертвец и вовсе представить не могу.
— Я поищу охотников, — сказала Лелиана. — И вообще… поразузнаю. Потом расскажу.
— Хорошо. — Алистер оглядел своих. — Тогда пока солнце не встанет в зените, побродите по округе, подумайте, что еще можно сделать. Потому что… Теган держится только на упрямстве, это видно. Он…
— Он сдался, — сказала Элисса. — Он считает, что исчерпал все возможное и готов погибнуть с честью. Но мы не можем этого себе позволить.
— Да… Кстати, хорошо что напомнила. Когда начнется заваруха, ты останешься в церкви рядом с Теганом. И позаботишься, чтобы он выжил, если твари прорвутся за дверь. Это вторая по важности вещь. Первая — сохранишь договоры.
Элисса вскинулась было, осеклась. Миг спустя ее лицо утратило всякое выражение.
— Ты уверен, что мужчине примерно втрое старше меня нужна моя защита?
— Двадцать пять лет назад Теган сражался только на турнирах, — хмыкнул Алистер. — Не думаю, что за то время, пока я не был в Рэдклиффе, многое изменилось.
Стэн положил ладонь на плечо девушке.
— Кто-то должен сражаться, когда всех остальных уже нет. Битва без надежды и славы, потому что слагать истории о том, что погиб, до последнего защищая детей и женщин, будет некому.
Элисса криво улыбнулась.
— Вдохновляет, ничего не скажешь. Что ж, командуешь ты, Алистер. Но, похоже, ты так ничего и не понял.
— Я понял. Но один Страж должен остаться в живых и донести договоры до места. В церкви безопасней всего. И командую я.
— Как прикажешь.
— Тогда у вас есть время до полудня.
Выходя из трактира, Алистер подумал, что если он переживет эту ночь, Элисса, кажется, убьет его сама. Ну и пусть. Хоть один Страж… Он тихо выругался, осознав. Дело было не в том, что Элисса — Серый Страж. Дело было в том, что она — это она. Замечательно, ничего не скажешь.
========== 12 ==========
Лелиана вернулась спустя полтора часа, приведя с собой эльфа. Рассказанное им совершенно Алистеру не понравилось, но эти заботы можно было отложить перед лицом более насущных. Гораздо важнее оказалось то, что во всякого рода ловушках и капканах эльф разбирался отлично. А еще Лелиана сказала, что в складе на пристани стоит с дюжину бочек горного масла — приготовили купцам, которые в это время года приплывают по озеру на ладьях и развозят потом товары по прибрежным селеньям, откуда потом те расходятся едва ли не до самого Денерима, а то и за границу. Только купцы в этот раз не пришли. То ли неспокойно слишком стало, то ли просто не до того. Алистер довольно хмыкнул — план начал вырисовываться. Еще бы сообразить, из чего понаделать ловушек, чтобы не сгорели вмиг. Спустившись по тропе к церкви, Алистер обнаружил снующих туда-сюда мужиков из ополчения. Больше всего это напоминало муравьев, нашедших рассыпанную крупу и цепочкой волокущих добычу в муравейник. Только "добыча" сияла на солнце свеженачищенной сталью.