Искупленный (ЛП)

Толпа кричит, когда моя семья выходит на сцену. Ноа держит Марко, который одет в свой собственный костюм Железного человека. Майя и мои родители присоединяются к нему, улыбаясь мне в своих рубашках Бандини. Мама смахивает слезу, стекающую по щеке, а папа обнимает ее за плечи.
Я смотрю вниз на женщину, которую люблю.
— Ты все это спланировала?
— Ну, ты попросил меня помочь организовать сегодняшнее мероприятие.
Толпа начинает скандировать «Железный человек» все громче и громче. Я подхожу к краю сцены, совершенно ошеломленный.
Хлоя дает мне что-то в руки, и я смотрю на это. Это новый гоночный шлем, сделанный на заказ. Символ дугового реактора Железного Человека расположен в центре верхней части, окруженный испанским флагом. Я переворачиваю его и осматриваю заднюю часть. Специальная наклейка с изящным почерком Хлои находится в нижней части шлема.
Может, ты и герой в моей истории, но в их истории ты легенда.
Это один из лучших подарков, которые мне дарили.
Одной рукой я хватаю Хлою и притягиваю ее к себе. Я нежно целую ее губы.
— Спасибо.
— О, пожалуйста! Это ты основал благотворительную организацию. Я только привела их всех сюда.
— Без тебя, со своим безумным планом вторжения в частную собственность, не было бы ни благотворительности, ни тем более мероприятия. Это ты.
Она смеется про себя.
— Может быть, там была кошка, которую нужно было спасти.
— А может, там был человек, которого нужно было спасти, — я смотрю на толпу детей, у которых есть протезы благодаря фонду, который я основал. Достаточно было одного видео, где ребенок плачет, глядя на свою культю, чтобы показать мне, что у меня есть и другая цель, кроме гонок. Родители с трудом могут позволить себе протезы, но если к этому прибавить рост детей, то возникают огромные медицинские счета. С помощью Хлои я создал свой фонд в надежде показать пример.
Я больше не участвую в гонках только ради себя. Я участвую в гонках ради них. Для людей, которым нужен кто-то, на кого можно равняться, кто может показать им, что они больше, чем инвалидность. Чтобы показать им, что мы — новая норма.
Их крики становятся громче, когда я поднимаю шлем в воздух и улыбаюсь.
Время для гонки.
* * *
Вибрация двигателя щекочет мой позвоночник. Запах свежей резины одурманивает воздух, врываясь в крошечную щель в козырьке. Я стою третьим на решетке старта позади моего товарища по команде Бандини и Элиаса, лидера гонки.
Я вернулся. Я делаю крестное знамение и быстро произношу молитву. Двумя слегка дрожащими руками в перчатках я вцепился в руль.
Расслабься. Ты месяцами тренировался с Ноа. У тебя все получится.
Экипажи разбегаются от тротуара. Один за другим загораются пять красных огней. Мое сердце колотится в груди, когда все пять выключаются одновременно.
Я нажимаю на педаль газа. Шины визжат, когда моя машина проносится через решетку. Внутри меня все бурлит, когда я прохожу первую прямую невредимым. Каким-то образом я удерживаю третье место, сразу за Элиасом и моим товарищем по команде Финном.
Я улыбаюсь под шлемом, когда Джеймс начинает говорить в микрофон.
— Отличный старт, Сантьяго. Держи стабильный темп и покажи этим ублюдкам, как выглядит победитель. — он приводит несколько статистических данных, за которыми нужно следить.
Я использую дроссельную заслонку и тормоза попеременно, проезжая первый круг без проблем.
Мне нравится, как колотится сердце в груди. Нравится чувствовать, как шины вздрагивают подо мной, разрываясь на части, когда я прохожу каждый круг. Это вызывает зависимость, когда проезжаешь мимо ревущих трибун.
Я люблю все это. Каждый неровный вздох, вырывающийся из моих легких, каждый изгиб трассы, каждый раз, когда мой товарищ по команде не дает мне покоя, потому что я его обошел.
Круг за кругом я удерживаю третье место, отбиваясь от других гонщиков позади меня. Никто не обходит меня, но этого недостаточно.
Я хочу большего. Для детей, которые пришли поддержать меня, и для женщины, которая была рядом со мной на протяжении всего этого.
 
Я подтягиваюсь к своему товарищу по команде. Мы едем в тандеме по длинной дороге, пока я не обхожу его машину с внешней стороны и не набираю скорость перед его машиной.
— Потрясающе! Вот о чем я говорю! — кричит Джеймс.
Адреналин — мой любимый наркотик. Прилив сил мгновенный, а ощущения ни с чем не сравнимы.
Двигатель грохочет, когда я увеличиваю скорость. Дроссельная заслонка работает как по маслу, и после всех тренировок она стала частью меня самого.
Элиас остается лидером гонки на своем сером автомобиле МакКой. Он обнимает повороты на каждом вираже и держит себя в руках на каждой прямой.
Я нажимаю на газ, и моя машина ускоряется позади него. Его задний бампер уже близко, настолько, что я практически касаюсь его передним крылом.
— Полегче, — добавляет Джеймс по командному радио.
Все в этом деле легко, и именно это делает его еще более веселым. Меня больше не волнует, как попасть на подиум или стать лучшим. Все, что меня волнует, — это получать удовольствие и жить своей жизнью.
Победа — это больше не титул чемпиона. Главное, чтобы я гордился собой, независимо от результата. Похвала других людей теперь лишь дополнительный бонус. Потому что, в конце концов, я потратил слишком много бессмысленных лет, ориентируясь на мнение людей, которые не имели значения.
Элиас не сдерживается на последних кругах. Я еду рядом с ним, и только когда мы достигаем следующего поворота, меня оттесняют на второе место. Он талантлив и умеет защищаться. Честно говоря, я могу кое-чему поучиться у него.
Он проходит финишную черту менее чем за секунду до меня. Я поднимаю кулак в воздух и подъезжаю к трибуне, где собрались все дети, пришедшие раньше. Их крики становятся громче по мере приближения моей машины.
Я закручиваю свой автомобиль на трассе перед ними. Дым поднимается от горящих шин, и толпа приходит в неистовство. Моя улыбка не сходит с лица все это время.
Мне не нужна нога, чтобы участвовать в гонках. Все, что мне было нужно, — это мечта, смелость и крутая подружка, которая снова и снова обличала меня в моем дерьме. Мне нужен был кто-то, кто научил бы меня смириться с тем, что я не сломлен, а потерян.
Жизнь больше не заключается в бесконечной погоне. Это желание замедлить время и наслаждаться каждой секундой, потому что я не хочу ничего упустить.
Потребовалась одна случайная встреча с незнакомкой, чтобы изменить мою жизнь. Один человек заставил меня понять, что я не смогу полюбить кого-то другого, пока не полюблю себя. Одна мечтательница, которая заставляет меня загадывать желания в дневниках, на счастливых звездах или на чертовых одуванчиках.
Одна девушка. Одна любовь. Одна навсегда.
  
Эпилог
 
Хлоя
Две розовые линии. Это все, что нужно, чтобы изменить мою жизнь.
Я трясу палочкой, как будто это может заставить одну из линий исчезнуть.
— Это не чертов планшет рисуй и стирай, Хлоя.
Нет, это просто положительный тест на беременность.
Я. Беременна.
— Срань господня.
Подожди, я больше не могу ругаться.
Боже мой. Я беременна. По-настоящему, реально, на девяносто девять процентов беременна, если статистика на аптечном тесте верна. Я тут же жалею, что купила тест заранее и хранила его в ванной, потому что теперь у меня нет возможности отрицать факты.
У меня будет ребенок от Сантьяго. Я опускаюсь на прохладную плитку в ванной, потому что в данный момент я не доверяю своим ногам.