Разлом: Артефакт (СИ)

Внезапно раздался вскрик, я резко обернулся. В окно влетела здоровенная птица… или летучая мышь? Я так и не разобрал, что это за тварь, но при внешнем сходстве с обычной птицей, у нее, в то же время, отсутствуют перья, а крылья — с кожаными перепонками. Размером она превосходит орла. Клюв огромный и пугающий, таким не то что в дереве продолбить дыру — в стальной плите запросто можно.
Появилось системное сообщение:
Каршан.
Я уже было влил в руки ману, готовый использовать заклинание, но тут слева раздался голос:
— Не суетись, Тим. Если атакуешь его, то сильно пожалеешь, у птицы высокая магическая защита и атака. Но не беспокойся, он неопасен — это почтовый каршан моего старого друга — исследователя Лишушта.
Птица тем временем приземлилась на стол. Теперь я заметил, что к лапе у нее привязан крупный металлический цилиндр.
— Странно, что он решил прислать мне письмо. Видимо находится далеко от передающих кристаллов, — прошептал алхимик.
Он достал несколько бумажных листов, свернутых в рулон, пальцы ловко развернули, взгляд побежал по строчкам.
— Хм, интересно, — пробурчал под нос Аласт.
— И что же? — поинтересовался я.
— Мой друг пишет, что обнаружил необычное явление. В некоем месте имеется словно разорванное пространство. Он изучает это странное явление, — коротко ответил алхимик.
Я поначалу не придал этому значения, но, осознав его слова, встрепенулся, глянул на Аласта. Он же сказал про разлом! Причем разлом, который не под контролем корпоратов, иначе хрен бы его к нему подпустили.
— И где ваш друг сейчас находится? — осторожно поинтересовался я.
— За хребтами, во внешнем мире. Сейчас мы отрезаны от него гоблинами, так что единственное общение либо через магические кристаллы, либо, когда к ним нет доступа, вот так — через почтовых каршанов.
Интересно. Получается, есть разломы и во внешнем мире. То есть, теоретически есть проходчики, которые вышли из них и сейчас спокойно ходят по внешнему миру? Как бы то ни было, наличие разломов, которые неподконтрольны корпорациям — вещь весьма интересная.
— А где он нашел этот разрыв? — спросил я.
— Хм… сейчас покажу, — произнес он.
Алхимик отошел в дальнюю часть комнаты, где расположился шкаф с книгами. Вернулся Аласт с большим свертком. Им оказалась карта, изображающая какую-то страну. Я пригляделся, одна из областей похожа на ту, в которой мы находимся.
Открыта область королевства Сантония.
Вот так просто. Достаточно увидеть карту и «туман войны», что был за хребтом, исчез. Открывшаяся область в десять раз больше, чем то место, в котором мы находимся. И это только одно королевство! Похоже, слова о том, что этот мир не меньше, чем наш — недалеки от правды.
Хотя я вижу все реки, дороги, мосты, леса, города и деревни, я не вижу монстров. То есть на карте баронства, которую получил от Алекса, отмечены не только города и села, но и места обитания монстров и их уровни, а вот на остальной части королевства этого нет. Видимо я получу эти знания, только когда нарвусь в той или иной местности на монстров, или если получу какое-нибудь знание о том, где и какие монстры обитают от местных жителей. Впрочем, остается пока только мечтать о мире за хребтом, потому что единственный путь преграждают гоблины с вождем.
— Так, судя по письму, разрыв он нашел здесь, — произнес алхимик, ткнув пальцем в карту.
У меня тут же на карте перед внутренним взором появилось изображение разлома. Судя по расстоянию — это недалеко от выхода из тоннеля, который заняли гоблины. Сами гоблины не так опасны — всего 4 уровень, только вот их там несколько сотен, как говорят, плюс есть еще некий босс.
— Так, ладно, мы отвлеклись. Письмо я еще почитаю, а пока давай приступим к изучению «слабого зелья лечения» и «слабого зелья восстановления».
* * *
Как оказалось, для алхимии требуется буквально все: кровь животных, соль, специи, даже металл. Что касается последнего, то мне пришлось взять особое приспособление, похожее на напильник, сточить немного медной пластины и, собрав порошок, добавить его в растапливаемую слизь. Важную роль играет и температура. В одних случаях нужно довести смесь до кипения, в других — лишь чуть разогреть. Что касается зелий лечения и восстановления маны, то для первого нужно вскипятить останки слизи, а для второго лишь чуть разогреть. То есть от температуры нагрева ингредиент легко может поменять свойства.
 
Зелье восстановления маны требовало один грамм медного порошка и десять грамм порошка из кости волка. Зелье лечения же нуждалось в крови волка. Так у меня получилось два зелья разных цветов: голубого и бледно-розового. Как и сказал Аласт, зелье лечения получилось очень слабым и способным восстановить едва ли двадцать очков жизни.
Капсула медленно открылась, я выполз из нее. Плюхнулся на диван и расползся по нему как медуза.
Хочется спать, но мы уже договорились с Алексом, и он должен скоро позвонить. Поэтому я заставил себя подняться и поплелся на кухню за энергетическим напитком.
Стоило протянуть руку к холодильнику, как браслет на руке завибрировал. Я глянул на номер, выдохнул и поспешил выйти из квартиры.
— Слушаю, — прошептал я, поглядев по сторонам.
— О, Тим. Короче, я все достал, могу прямо сейчас подвезти.
— Хорошо. Я буду у лифта.
Несколько светодиодов в коридоре раздражающе мигают. Несмотря на то, что сейчас ночь, из-за дверей квартир доносятся голоса, чуть реже стоны, а иногда просто музыка.
Двери лифта бесшумно ушли в сторону, у меня сердце от волнения чуть дрогнуло, но из лифта вышли трое тинейджеров — парень и две девушки. У девушек разного цвета волосы — у одной темно-черные, у второй снежно-белые. Парень выше подруг на голову, челюсть квадратная, здоровые ручищи обнимают девушек за плечи. Я поспешил сместиться в сторону. Девушки покосились на меня, беловолосая что-то прошептала парню, тот громко заржал. Будь мне лет девятнадцать, я бы тут же спросил, над чем они смеются, а затем еще и нарвался бы на драку. Но сейчас я слишком взрослый, чтобы обращать внимание на такое. Тут везде камеры, да и жду я сейчас Алекса, и мне точно не до этих детей.
Вновь открылись двери, я напрягся, но тут же расслабился — в коридор вышла знакомая фигура. Мы примерно одного роста, но Алекс одет солиднее. Кожа гладкая, выглядит очень ухоженным, но я-то знаю, что только в голову ему вставили три импланта, а руки и ноги вообще искусственные, усиленные, как и все кости. Грудная клетка настолько прочная, что не пробить из автомата — никакие бронежилеты не нужны. В руках у него небольшая черная сумка.
— Вот все, что просил.
— Отлично, — сказал я, забрав сумку.
— И что, не будешь проверять?
— Не думаю, что ты обманешь меня в таком деле. Уж кому-кому, а тебе я доверяю.
— Ну, спасибо. Я ценю это, — усмехнувшись, произнес он. — Хотя в тех делах, что мы делаем — без доверия никак. Что насчет двадцати тысяч кредитов за клинок? Передать тебе сейчас или что-то еще хочешь купить?
— Да, переведи.
Он на миг застыл. Уверен сейчас перед его взором по мысленной команде, встроенный в надбровную дугу чип вывел его банковский счет. Завидую. У него кучи имплантов. Один с постоянным подключением к В-сети, еще один с дополнительным банком памяти, что позволяет иметь постоянный доступ к любой информации, от строений черных дыр, до знания того, сколько у акулы зубов и как часто они меняются.
 
Браслет чуть завибрировал, я скосил взгляд, появилось сообщение о переводе денег.
— Зайдешь? — спросил я.
— Нет, Тим, прости. Мне надо собираться и выезжать. Сейчас в головном офисе собрание будет, мне нельзя опаздывать.
— Тогда бывай.
Я уже было развернулся, как меня догнал вопрос Алекса:
— Тим. Скажи, нафига тебе это надо?