Разлом: Артефакт (СИ)

«Что делать? Бежать? Нет, не получится. Уже не получится».
— О, я вижу страх в твоих глазах. Ты осознал, что сделал что-то плохое.
Совсем как Юджи: тоже смотрит спокойно, тоже спокойно говорит, но с таким же спокойствием и убьет. Такой же могущественный и жестокий.
«Просить о прощении. Молить о нем. Клясться в верности! Сделать для него что-то, чтобы вымолить прощение — вот правильный путь!»
— Я создал этот кристалл, создающий энергию хаоса, но почему-то, несмотря на все мои расчеты, у него не получалось создать тут достаточную концентрацию. А ведь это место планировалось для создания очередного центра хаоса. И это был мой эксперимент. Ты столько ценного запорол своими действиями! Ну, что будем делать? Что молчишь, герой из иного мира, которого призвал глупец Сол в отчаянной попытке спасти свое творение?
Надо просто опуститься на колени и просить пощады, предложить всего себя ради того, чтобы компенсировать убытки.
«Давно ли я таким стал? Давно ли начал опускаться на колени перед силой, даже если был прав? Все, что хотел — очистить кладбище от мертвецов, ведь они оживают и убивают людей. Разве я сотворил что-то плохое? Почему должен теперь извиняться и более того, пытаться компенсировать? Потому что тогда, возможно, сохранят жизнь? Не факт, что так и будет. Черт, когда я стал таким слабым и дрожащим со свою жизнь? И ладно бы у меня было ради кого жить, но у меня нет никого: ни семьи, ни жены, ни детей. Я влачу жалкое существование, пытаясь отдать долг наркоторговцам, а теперь еще и этот Бог хаоса появился».
— Так испугался, что молчишь? Я спрашиваю, что будем делать?
Ноги готовы подкоситься, но я стиснул зубы, сжал кулаки. Внутри все дрожит и сжимается, руки наливаются тяжестью и не желают подниматься. Стиснув челюсти до скрипа в зубах, я поднял руку, направив раскрытой ладонью в сторону парня. Брови его выгнулись дугой.
— Что ты собираешься…
В этот миг перед ладонью возникла ледяная глыба, а через миг метнулась в Бога хаоса, не дав тому договорить. От страха и осознания того, что сделал что-то запретное, что-то, от чего мне точно не поздоровится, почва чуть не ушла из ног. Только усилием воли удалось не дать себе упасть, а наоборот, что есть силы рвануться вперед.
Глыба не долетела до Абаддона. Он резко ударил кулаком, раздался треск, во все стороны брызнули осколки льда, а пространство наполнилось легким белым туманом — мелкими размером с пыль льдинками, что медленно стали оседать.
Я почти проскользнул. В тот момент как Бог хаоса расколол глыбу, я оказался справа от него. Я успел сделать пару шагов, оказавшись у него за спиной, а в следующий миг пальцы Абаддона вцепились в шиворот рубахи. Ткань резко натянулась, сдавила горло, раздался треск, словно кто-то разорвал наволочку, меня рвануло назад. Воздух засвистел в ушах, я увидел, как стремительно уменьшилась фигура Абаддона. В спину с силой ударилась металлическая решетка. Дверь с легким писком открылась. Меня со всей силы приложило об пол, я прокатился несколько метров. Под телом раздался легкий хруст стекла.
Получено 150 урона.
Хотелось свернуться калачиком, застонать от боли, в надежде, что мучитель сжалится, но знаю, что это не поможет. Притвориться же мертвым — тоже не вариант, в реальной жизни, всегда делают «контрольный выстрел в голову». Так что, хрипя от боли, я заставил себя разогнуться.
Осколки кристалла больно впились в ладони, я с усилием поднялся на дрожащих ногах. Перед глазами двоится, а в ушах стоит легкий писк.
— Ого. Ты не убил Эксага! Удивительно. Я-то думал, чего это такой слабак смог так легко уничтожить кристалл? А ты даже не заходил, закидав его заклинаниями. Я думал, обычный человек всегда захочет получить сокровище, а не уничтожит его на расстоянии. Странный ты, — раздался издалека голос.
Абаддон медленно вошел в помещение. Слева я услышал шум, быстро обернулся. В трех шагах от меня застыл рыцарь в полном доспехе. Только приглядевшись, понял, что это просто доспех, внутри никого нет, в пустоте на уровне глаз горят две зеленые точки.
 
— Нравится? Я вложил в доспехи искусственную душу и назвал его — Эксаг. Мой шедевр. Охранник кристалла, который появляется, стоит кому-то зайти в комнату. Все сделано так, чтобы любой любопытный искатель сокровищ, даже если бы нашел это место, то уже не выбрался бы отсюда.
— Если тебе был так важен этот кристалл, то почему сделал к нему проход? — прохрипел я. — Просто создал бы небольшое помещение под землей.
— Ты прав. Я бы так и поступил, но дело в том, что это место уже существовало. Так что я решил не утруждать себя дополнительной постройкой, а просто использовать уже существующее. Не думал, что его кто-то найдет.
— И все же создал охранника.
— Да. Всякое бывает. Даже если кажется, что место никто не найдет, все равно нужно перестраховаться. Ты, оказывается, не так уж и глуп, но и не умен. Если бы был умным, то сразу бы пал на колени и просил о прощении.
Именно это я и намеревался сделать, но меня, похоже, переклинило. Достало все! Корпораты, выжимающие соки, а потом выбрасывающие на обочину жизни, давая жалкие триста кредитов, чтобы я доживал остатки жизни. И делают они это не от заботы, а из-за того, что если не сделают, то люди, лишившись средств к существованию, могут попытаться свергнуть их власть. Да, скорее всего это не получится, но экономические последствия и расходы на подавление восстания будут такими, что уж лучше просто выдать триста кредитов каждому безработному. Достали банды и, в частности, Юджи. Ставят себя как хозяева жизни, считая, что имеют на это право. Имеют право убить любого, ограбить или заставить выплачивать деньги просто потому, что что-то не нравится. Рассказывают про какие-то бандитские законы, но все они сводятся к одному — кто сильнее тот и прав. Причем, если корпораты придерживаются хоть каких-то законов и приличий, то закон бандитов один — их желание. Хотя и те и другие — мерзавцы те еще.
Достало все это! Моя слабость и могущество других. Мое жалкое существование и богатство других. Как меня все это доконало! Если встану на колени и буду просить прощения, то все так и останется.
Перед взором стремительно, подобно вспышке молнии, пронеслась вся жизнь: серая и унылая, наполненная бесконечной работой, склонением перед сильными, сетованием на трудности, смирением перед обстоятельствами. Ничего не поделаешь, придется подчиниться — вот та мысль, что посещала меня всегда. А затем прошли воспоминания последних дней: Юджи, долг, Ласка и ее борьба за выживание и то, что для корпорации она как еще один актив, который приносит доход.
— Хер вам, — прохрипел я.
— Что? — спросил Абаддон.
— Хер вам всем. Достали! Достала эта жизнь, достали вы все, мнящие себя Богами! — со злобой, чуть ли не выплевывая слова, произнес я.
Во мне появилась ярость. Забытая, старая, когда был еще молодым и безбашенным, когда не существовало авторитетов.
— Вот значит как. Это твой ответ? Выбираешь смерть?
— Да, только твою! — крикнул я.
В воздухе появилась ледяная глыба, она метнулась к Богу хаоса, я же прыгнул в сторону, создавая небольшой огненный сгусток. Бог хаоса даже не шелохнулся, а вот доспехи с вложенной в них душой, стремительно сместились, закрыв собой Абаддона. Меч с силой ударил сверху, два ледяных обломка улетели в разные стороны, так и не задев Бога хаоса, но я и не рассчитывал, что что-то получится. Огненный сгусток отправился в сторону противника в тот же миг, как Эксаг закрыл собой хозяина. Он так и не долетел до Абаддона, ударившись о невидимую преграду. В месте удара в разные стороны разошлись слабые радужные волны, а над головой Абаддона появилась циферка «5» синего цвета.
 
Бог хаоса скосил взгляд, его рука быстро направилась в мою сторону. Я не успел даже дернуться. Яркий синий луч прочертил пространство, ударил в грудь. У меня было чувство, будто в место попадания вбили раскаленный добела здоровенный гвоздь. Перед глазами вспыхнуло солнце, тело пронзила боль, было чувство будто у меня раскалились кости.