Нахал (СИ)

Когда я поднимаюсь по ступенькам, мой телефон начинает вибрировать у меня в руках. От нервного перенапряжения даже на смотрю на экран, снимаю трубку и с отдающейся в груди вибрацией выдыхаю: — да.
— Ты я смотрю совсем с ума сошла, — говорит Вика, — почему я от Сучкова должна узнавать, что ты к своему муженьку вернулась?
— Вик, прости — делаю выдох от того, что разочарование гложет грудь, — я не успела тебе позвонить.
— Собирай свою задницу, я заеду за тобой через час, выпьем кофе и поболтаем.
Я не успеваю отказаться, как Вика скидывает вызов.
Черт со всем! Мне нужна передышка.
Я собираюсь быстро, поэтому выскочив из дома, ещё мнусь минут двадцать переступая с ноги на ногу.
Вика приезжает на такси. Я сажусь на заднее сидение автомобиля и обнимаю подругу.
— Как дела? Я не знаю, что у тебя в голове подруга, но мне кажется ты поспешила.
— Вик.
— Ничего не говори, я и так обо всем догадалась.
Мы приезжаем в кафе и заказываем по бокалу вина вместо кофе.
Вика не спускает с меня глаз, а я кручу ножку бокала опустив глаза в пол.
Она дёргает мою руку на себя и содержимое бокала выплескивается из краев окрашивая белую скатерть бордовыми пятнами.
— Я не могу по-другому. Он очень плохой человек, если я уйду от него, то он может навредить кому — ни будь, я этого не хочу.
— Почему не рассказала обо всем Максу? Он бы принял меры? Он явно в твою сторону неровно дышит.
— Нет, и ты пожалуйста ничего не говори. И глупости это все Вика, он выбрал ее, и я не буду лезть в их отоношения.
Вика лишь хмыкает, делает глоток вина и отставляет бокал в сторону.
— Он сразу же после похорон уехал.
Я вздрагиваю поднимаю голову и боюсь ее дальнейших слов.
— К Кате, уехал к ней.
Больной укол прямо в сердце разрывает грудь. Я пытаюсь не заплакать, и моргаю несколько раз, стараясь справиться с эмоциями.
— Завтра огласят завещание, он должен был дождаться.
— Насчёт этого я не знаю ничего, мой даже словом не обмолвился. Сказал только, что на Максе лица не было когда он провожал его в аэропорт.
Поболтав с подругой ещё час я возвращаюсь в этот злосчастный дом, боясь, что Кирилл заметит мое отсутствие.
В доме стоит гробовая тишина, поэтому на носочках держа свои туфли в руках, я пробираюсь в свою комнату и запираю дверь.
Вдох… выдох…
Телефон вибрирует в сумочке, и я порывшись в ней и найдя аппарат, беру трубку.
— Здравствуйте Фаина, — хриплый голос на том конце провода мне незнаком.
— Здравствуйте, — произношу я.
— Я Леонид Викторович, семейный адвокат Тумановых. Завтра в десять утра будет оглашено завещание, ваше присутствие обязательно.
— Мое? — Переспрашиваю я, — но зачем?
Я не понимаю для каких целей он мне позвонил. С покойным, я практически не общалась. То, что он кивал мне головой, когда спешил на работу, вряд ли назовёшь общением.
— Так пожелал Андрей Викторович, поэтому я вас буду ждать в вашем доме, в его кабинете, не опаздывайте.
Мое утро ничем не отличается от предыдущего. Собрав свои волосы в высокий хвост и надев простое чёрное платье чуть ниже колена, я выхожу из комнаты.
Спускаюсь вниз и натыкаюсь на снисходительный взгляд Кирилла.
Леонид Викторович, сидя на краю дивана пьёт кофе маленькими глотками, а напротив него расположилась Луиза с коварной улыбкой на губах.
— Мы кого-то ждём? — Спрашивает она, — по-моему уже все в сборе. Фаина, ты что встала так рано? Займись тогда обедом.
— Фаина тоже приглашена, — как ни в чем не бывало говорит адвокат, делая маленький глоток из чашки.
Я ощущаю как два взгляда одновременно падают на меня. Холодный и уничтожающий Кирилла и непонимающий и удивлённый его матери.
— Фаина не кровный родственник, ей не за чем присутствовать на оглашении завещания, — пищит возмущённо Луиза.
— Так распорядился покойный, — отвечает ей Леонид Викторович.
— Ну и славно, — Произносит Кирилл, — тогда все в сборе, пройдемте в кабинет.
— Нет не все, ждём еще кое — кого, — говорит адвокат, облокачиваясь на спинку дивана и выставляя вперёд ноги.
 
— Кого? — Спрашивают они синхронно.
— Скоро узнаёте!
Я разглядываю полку со стоящей на ней статуэткой балерины, и пытаюсь унять дрожь в коленях. Надеюсь, на то, что Макс вернётся, но понимаю, что скорее всего адвокат ждет не его. Он умчал к своей девушке и ему плевать на все наследство. Это в духе Макса. Он давно отошёл от всех дел и судя по тому, что носил дорогие часы и ездил на крутой машине, в деньгах он особо не нуждался.
На смену кратковременной вспышке радости приходит отчаяние.
К тому времени, как часы показывают половину десятого, я вся себя извела. Смотрела на дверь и боялась того, что он не появится. Кириллу было не до меня. Он расхаживает по комнате то и дело бросая взгляд на циферблат наручных часов и заметно нервничает. Луиза же наоборот, болтает без умолку рассказывая Льву Викторовичу какую-то, по ее мнению, занятную историю.
— На многое не надейся — хрипит над ухом голос Кирилла, — если мой отчим что-то и завещал тебе, то это скорее всего мусорное ведро в уборной.
Я лишь кривлю рот, но вступать с ним в дискуссию не собираюсь.
— Мне безразлично, и я не надеюсь даже на мусорное ведро.
— Правильно, Фаина не надейся.
Стоит ему сказать эти слова, как входная дверь неожиданно распахивается. Я как в замедленной съёмке поворачиваюсь и впиваюсь взглядом в до боли родную фигуру. Макс в деловом костюме, делает шаг внутрь и брезгливо осматривает присутствующих.
Паника рвёт меня на части. Мне хочется рвануть к нему, повиснуть на его шее, вздохнуть запах его рубашки. Хочется, чтобы он обнял меня и постоял, пока тревога в моей душе не утихнет.
Он даже не смотрит на меня, кивает адвокату и смотрит исподлобья.
— У меня практически нет времени, самолёт через четыре часа, — говорит он холодно, — давайте начнём.
Глава 39
Макс
Она смотрела на меня так, как будто хотела прожечь в моем пиджаке дыру. Я честно пытался не реагировать, не видеть ее горящего взгляда и, если бы не знал, что она замужем, подумал бы что у неё жесткий недотрах.
Все собрались у отца в кабинете и единственное, что беспокоило меня, это жесткий стояк в штанах.
Хотелось развернуться и крикнуть: «-хватит так на меня смотреть.»
Я все ещё продолжал злиться на неё за то, что ворвалась в мою идеальную жизнь и разеб…ла все в щепки.
Я пытался возобновить отношения с Катей, кончил только потому, что ей пришлось очень долго потрудиться. А в голове одна только мысль: «это не моя лисичка». Я не понимал, почему она въелась в мою голову и почему я искал ее даже в своей девушке?
Сейчас она кусала губы и следом их облизывала, а я боролся с собой, пытаясь не наброситься прямо здесь на неё и на разложить на столе.
Адвокат отца что-то там зачитывает, а я бросаю взгляд на ее грудь и мать твою, на ней нет лифчика! Ещё немного и дым из ушей пойдёт. Мне нужно сосредоточиться и валить отсюда, куда подальше. Обещал Кате, что только на день задержусь и вскоре мы будем вместе.
— Все движимое и недвижимое имущество помимо родового дома, я завещаю своему сыну, Туманову Максиму Андреевичу …
Он что-то ещё зачитывает, а я в немом шоке выплываю из своих мыслей.
Кирилл вскакивает с места, сука Луиза охает на весь кабинет.
— Не может быть! — Кричит Кирилл с перекошенным выражением лица, — он обещал завещать все мне, его сына не было с ним рядом. Он был не в себе, в состоянии аффекта, это он его заставил.
Кирилл тычет в меня пальцем, а я сам если честно в шоке. Мне его бизнес нах. р не нужен. Я тысячу раз говорил отцу, что никогда не уйду в строительство. Мне не нужны ни его деньги, ни имущество.
— Подождите пожалуйста, я ещё не все огласил, — произносит Леонид Викторович с покрасневшим до корней волос лицом.
Кирилл молча сел на место продолжая прожигать меня яростным взглядом, а я лишь выдавил из себя улыбку. Чертов урод!