Небо в огне (СИ)

Всё внутри леденело, стоило подумать о том, что теперь ждёт Филатовых. Что Космосу и Белому чудом удалось выпрыгнуть из взрывающейся машины. Не мучить себя видениями страшного исхода не получалось, а чаяния, не так давно занимавшие голову Лизы, словно растворились в воздухе. Было и нет!
Успел ли Пчёла заехать в цветочный по пути в аэропорт? Торопился, везде боялся опоздать, но про завет отца забыть же не мог! Что подсказывал циферблат?
Час назад. Всего-то!..
Своя вечность!
А что же сейчас? Пчёлкин скоро улетит в Берлин, прихватив с собой несколько красных гвоздик и маленький багаж. Позвонит Лизе, как только окажется в гостинице. Как и обещал, так у них заведено с каждой его заграничной поездкой. Он уже без пяти минут как у стойки регистрации стоит, не иначе. Чего ещё ждать?
Или же не нужно таить глупой надежды на то, что кто-то из делового окружения не донес Виктору, что на его ближайших друзей совершено покушение. Он чудом не оказался в той же злополучной иномарке, разминулся по случаю. И если Космос и Саша отделались незначительными травмами после падения на заснеженную дорогу, то за здоровье Фила оставалось неустанно молиться, уповая на профессионализм врачей.
Победит ли мастер спорта в сокрушительной битве? Скоро ли это произойдет? Есть шансы?
Не делал ставок на будущее и понурый Кос, помимо всего прочего задетый тем, что Лиза не послушала его, пренебрегая мерами предосторожности в час, когда он волосы на голове своей буйной рвать готов. Космос ясно обозначил, что жене нужно ждать его в квартире отца вместе с дочкой, но в моменты отчаяния её неугомонное сознание не всегда можно было загнать в угол. Ведь Лиза влетела в больницу вместе с Томой, не отходя далеко и тогда, когда подруга слушала увещевания Саши. Фил без сознания, а Томе сложно поверить, что всё будет хорошо, но Белов настраивает её на лучшее, сам без особого успеха сохраняя условное спокойствие.
Горе накрыло Филатову с головой, а её лицо, прежде неизменно приветливое и лучезарное, сделалось сплошной гримасой ужаса. Страшное случилось. И Лизе трудно понять, из-за чего судьба первым делом била по тем, кто завсегда считался надёжным тылом и самым верным другом.
Дурная насмешка?
И кто следующий?..
Но долго размышлять не получается, потому что Космос резко обрывает уединение Лизы. Он зачем-то обнимает её прямо на глазах у подручных Белова, снова совершая успешную попытку возвести вокруг своей любимой женщины хрустальный шар. Лиза, убедившаяся, что Космос невредим, готова ответить на его призыв, но лёгкая дрожь, сковавшая мужчину, и которую он так неуклюже пытался от неё скрыть, выдавала с головой. Неуловимая нить разделяет пару, и Холмогорова не может до конца довериться родным рукам, осознавая, что Космос никуда от неё не делся. Вот он, свой! Но…
О чём ты молчишь, Вселенная?
Её Небо.
Алмазное, грозовое, переменчивое. Но свое. И огнём полыхает незримо.
— Плохи дела, Лиз, — с тяжелым чувством сказал Космос, стоило Лизе отодвинуться, чтобы приложить ладони к его пылающему лицу, — концов не найдем, лажа. Уверена, что хочешь здесь быть?
— Сразу за Томкой после твоего звонка поехала, — по-другому бы не получилось потому что Лиза страшно напугалась не только за мужа, но и его друзей, которые с детства были близки и ей, — а в остальном — без вариантов. Принято, Космос?
— Принято, а что тебе ещё возразить, женщина? — хотелось бы Холмогорову потрясти головой, захлопнуть веки, а после очнуться, понимая, что беда с Филом ему привиделась. — Ты послушаешь?
— А оно надо, Кос?
— Зарёкся с тобой спорить!..
Лиза не хочет подробно рассказывать мужу, что в спешке пришлось обманывать все разрешенные скоростные режимы и коварные погодные условия. Дети остались спешно брошенными на Юрия Ростиславовича, которому ничего толком не объяснили, а на полпути Филатову и Холмогорову всё-таки настигло бесстрашное ГАИ, с которым пришлось договариваться при помощи парочки зелёных бумажек с портретом одного из американских президентов. Что до человеческого горя доблестному гайцу?
 
Но главное, что Тома оказалась возле Фила. Первая грань неизвестности позади, пускай дальше не становится легче: Тамару не пускают к мужу. Узел боли завязывается туже, поражая своим уродством и грозя свалиться несусветной карой на непокорные головы. А Лиза стоит рядом с Космосом, отгоняя от себя мысль, что следующей жертвой судьбы могли бы быть они. Смотрит на стёртые в кровь мужские руки, проводит подушечками пальцев по выразительным скулам и душа трепещет счастливой птицей.
Обошлось!
Нехорошие мысли, неудачные сравнения, потому что состояние Фила — беда общая, соединяющая. Однако Лиза не может не смотреть на Космоса преданными глазами, в которых затаилась не только любовь, но и бесконечное беспокойство за незаменимого человека. Своего.
— И не страхово было вдвоём в метель мчать? — Лиза и Тома приехали быстро, и Холмогоров абсолютно уверен, что жена плевала на правила дорожного движения. Вся в мужа удалась. Но его это не удивляет. Не первый год женат.
— Вашего посыльного отправили к чертям собачьим, когда из подъезда выбегали. Удивлен? — Лиза с опаской огляделась по сторонам, стряхивая со лба непослушную золотистую прядь. — Рожа малоприятная. И тут в предбаннике зоопарк не лучше…
— Да и хрен бы с ними, — Холмогоров с удовольствием бы отправил жену домой, но смысла бодаться не видел, — сиди рядом с ней, успокой там, поддержи, а с пехотой не заговаривай особо. Лиз?..
Смерив Космоса усталым взором своих голубых льдин, Лиза хочет возразить, что указы здесь ни к чему. Кроме того, её бесконечно смущает то, что Холмогоров общается односложно, но вовсе не из-за случившегося, а из-за задумчивости, свойственной, когда чего-то очень ждёшь. Настолько сильно, что трубка, сжатая в мужской ладони, может сломаться под давлением, утратив свое целевое назначение.
Вселенная молчит!..
— Послушай, не разводи суету, не то во главе стало, — рука зачесалась отвесить дурному подзатыльник, но Лиза внушает себе, что сейчас нет места их всегдашним семейным склокам, обида за которые проходила за пять минут. — Космос?..
— Не то? — на секунду вспомнился отсутствующий Пчёла. С какого-то хера!
Лиза держит незримую оборону, но из последних сил. Космос, коротко посмотрев на неё, снова задаётся мрачным вопросом, от которого и самому хочется залезть в петлю.
Пчёла и есть предатель?..
Лиза не поверит, Холмогоров опасается обронить своё предположение.
И Саша отметает виновность жука, а Кос другой схемы в этом случае не находит.
Пчёла!..
Нет больше кандидатов. Кому ещё сулит выгоду смерть сразу троих игроков? Чтобы добро, нажитое совместными усилиями, к рукам без боя прибрать, а не довольствоваться своей долей, которой всегда будет мало. И кого Пчёлкин мог предупредить о том, как удачно сети расставил? Лизу, что ли, которой с какого-то хрена сочувствовал? Да молчал бы в тряпочку, насекомое, чтобы не спугнуть большой куш! Пчёла не глуп, представлял же, что известное Лизе через считанные минуты становилось известным Космосу. У них вообще не было друг от друга тайн, а если кто-то и пытался скрыть правду, то быстро раскалывался. По лицам всё читалось без подсказок, по глазам.
Космос не брал в расчет мимолетные вещи, которые хотел бы оставить при себе. И не представлял, каким ножевым они могут к нему обернуться. И в какой момент…
Но черт возьми!..
Где носило Пчёлкина, когда по всем гласным и негласным законам его хитрая туша должна была давно оказаться в этой больнице?
— Тебе точно к врачу не надо? Ты посмотри на себя! — Лиза щелкнула пальцем перед глазами Коса, от чего он невольно двинул плечом. Нервно.
— К докторам меня рано, не бойся, — свободной от телефона рукой, Космос удерживает Лизу около себя, ловя утерянное внутреннее равновесие. Неосторожные выражения Космос оставит для других, а рядом с алмазной солнце светит и через самые черные облака. Для него. И он снова настроен на беседу. — Отцу позвонила? Как Арька?