Позже (ЛП)

Я мог бы свистнуть и попытаться призвать эту тварь. Но если я это сделаю, придет ли она к парню по имени Джейми Конклин? По-моему, это было слишком большая честь для ребенка, который еще три года не сможет получить водительские права.
- Мама?
- Что?
- Ты думаешь, я достаточно взрослый, чтобы завести подружку?
- Нет, дорогой, - не отрываясь от рукописи, ответила она.
- А когда я стану достаточно взрослым?
- Как тебе двадцать пять?
Она засмеялась, и я засмеялся вместе с ней. Может быть, подумал я, когда мне исполнится двадцать пять или около того, я позову Террио и попрошу его принести мне стакан воды. Но если хорошо подумать, все, что он принесет, может оказаться ядом. Может быть, просто для того, чтобы поприкалываться и поржать, я попрошу его встать на голову, сделать шпагат или пройтись по потолку. Или я мог бы его отпустить. «Прекрати гудеть, кузен»[89]. Конечно же, для этого не нужно ждать, пока мне исполнится двадцать пять, я могу это сделать в любое время. Только я этого не хотел. Пусть он некоторое время побудет моим пленником. Этот мерзкий, ужасный свет превратился в светлячка в банке. Посмотрим, как ему это понравится.
В десять часов вечера включили электричество, и все начало налаживаться.
45
В воскресенье мама предложила навестить профессора Беркетта, чтобы узнать, как у него дела, и заодно забрать кастрюлю.
- А еще мы могли бы принести ему круассаны из «Хабера».
Я ответил: звучит неплохо. Она позвонила профессору, и он сказал, что будет рад нас видеть, поэтому мы сходили в пекарню, а потом поймали такси. Моя мать отказывалась пользоваться «Убером». Она говорила, что это не Нью-Йорк. «Тэксис» - вот это настоящий Нью-Йорк.
Я думаю, что чудеса исцеления продолжаются даже в старости, потому что профессор Беркетт пользовался только одной тростью и перемещался по квартире довольно живо. Вряд ли он еще раз примет участие в Нью-Йоркском марафоне (если вообще когда-нибудь участвовал), но он обнял маму прямо у двери, и я уже не боялся, что он рухнет лицом вниз, когда будет пожимать мне руку. Он пристально посмотрел на меня, я слегка кивнул, и он улыбнулся. Мы поняли друг друга.
Мама суетилась на кухне, раскладывая запеканку, кусочки масла, круассаны, и крошечные корзинки с джемом, продававшиеся вместе с ними. Мы поели под косыми лучами утреннего солнца. Это была приятная трапеза. Когда мы закончили, мама переложила остатки запеканки (а это была большая ее часть; я думаю, старики мало едят) в пластиковый контейнер и вымыла тарелку. Она поставила тарелку в сушилку, а затем извинилась и пошла в туалет.
Как только она ушла, профессор Беркетт перегнулся через стол.
- Ну как?
- Он был в коридоре, когда я вчера утром вышел из лифта. Я, не задумываясь, бросился вперед и схватил его.
- Он был там? Этот Террио? Ты его видел? Или чувствовал? - Все еще наполовину убежденный, что это происходит только у меня в голове. Я видел это по его лицу, но кто мог его винить?
- Ага. Но это уже был не Террио. Существо внутри, этот свет, пыталось вырваться, но я его удержал. Было страшно, но я знал, что если отпущу, мне будет плохо по-настоящему. Наконец, когда существо увидело, что Террио исчезает, оно…
- Исчезает? Что ты имеешь в виду?
В туалете спустили воду. Мама не вернется, пока не вымоет руки, но это не займет много времени.
- Я сказал ему то, что вы велели мне сказать, профессор. Что он должен явиться ко мне по первому же свисту. Что настала моя очередь преследовать его. Он согласился. Я заставил его произнести это вслух, и он это сделал.
Моя мать вернулась прежде, чем профессор успел задать еще какие-то вопросы, но я видел, что он выглядел встревоженным и все еще думал, что вся эта стычка происходила только у меня в голове. Я его понимал, но все равно злился - ведь он кое-что знал о кольцах и книге мистера Томаса, - но, оглядываясь назад, я его понимал. Вера - это большое препятствие, которое нужно преодолеть, и я думаю, что для умных людей это препятствие еще выше. Умные люди многое знают, и, возможно, это создает иллюзию, что они знают все.
 
- Нам пора, Джейми, - сказала мама. - Мне нужно закончить рукопись.
- Тебе всегда нужно закончить рукопись, - сказал я, и она рассмеялась, потому что это было правдой. И офис агентства, и ее домашний кабинет были постоянно завалены высокими стопками книг. - Прежде чем мы уйдем, давай расскажем профессору, что произошло вчера в нашем здании.
Она повернулась к профессору Беркетту.
- Это было так странно, Марти. Все предохранители в здании внезапно сгорели. Все сразу! Мистер Провенза - он просто супер-мастер - сказал, что, должно быть, произошел какой-то скачок напряжения. Он сказал, что никогда не видел ничего подобного.
Профессор выглядел удивленным.
- Только в вашем здании?
- Только в нашем, - согласилась она. - Ну же, Джейми. Давай уже уйдем и дадим возможность Марти отдохнуть от нас.
Выход был почти точным повторением входа. Профессор Беркетт пристально посмотрел на меня, и я слегка кивнул.
Мы понимали друг друга.
46
В тот вечер я получил от него электронное письмо, отправленное с айпада. Он был единственным из моих знакомых, кто использовал приветствие, когда посылал мэйлы, и писал настоящие письма, а не такие вещи, как «Хав р ю[90]», «РОФЛ» и «ИМХО».
Дорогой Джейми,
После того как вы с матерью уехали, я провел кое-какие исследования, касающиеся обнаружения бомбы в супермаркете Истпорта, что мне следовало сделать раньше. То, что я нашел, было интересно. Элизабет Даттон не занимала видного места ни в одном из выпусков новостей. Большая часть заслуг досталась саперам (особенно собакам, потому что люди любят собак; я думаю, мэр даже выдал собаке медаль). Элизабет упоминалась только как «детектив, получивший наводку из старого источника». Мне показалось странным, что она не приняла участия в пресс-конференции после успешного обезвреживания бомбы и не получила официальной благодарности. Однако ей удалось сохранить работу. Возможно, это была единственная награда, которую она хотела, и ее начальство посчитало, что она её заслужила.
Учитывая мои исследования по данному вопросу, плюс странное отключение электричества в вашем здании после твоего противостояния с Террио, плюс другие детали, о которых ты мне сообщил, я не могу не верить тому, что ты мне рассказал.
Я должен добавить еще одно предостережение. Мне не понравилось выражение уверенности на твоем лице, когда ты говорил, что настала твоя очередь его преследовать, или что ты можешь просто свистнуть, и он придет. Может быть это и так, НО Я НАСТОЯТЕЛЬНО ПРОШУ ТЕБЯ НЕ ДЕЛАТЬ ЭТОГО. Канатоходцы иногда падают. Укротители львов могут быть растерзаны дикими кошками, которых они считали полностью прирученными. При определенных условиях даже самая лучшая собака может развернуться и укусить своего хозяина.
Мой тебе совет, Джейми, оставь его в покое.
С наилучшими пожеланиями от твоего друга, 
проф. Мартин Беркетт (Марти)
PS: Мне очень любопытно узнать точные детали твоего экстраординарного опыта. Если ты придешь ко мне и поделишься, я выслушаю с большим интересом. Я предполагаю, что ты все еще не хочешь обременять свою мать этой историей, поскольку, похоже, дело пришло к успешному завершению.
Я сразу же ответил. Мой ответ был намного короче, но я постарался составить его так же, как он, как обычное бумажное письмо.
Дорогой профессор Беркетт,
 
Я бы с удовольствием это сделал, но не могу до среды из-за поездки в Метрополитен-музей [91] в понедельник и волейбольного соревнования, - мальчики против девочек, - во вторник. Если среда подойдет, я приду после школы, примерно в 15:30, но я могу задержаться только на час или около того. Я скажу маме, что просто захотел проведать вас, и это правда.