Позже (ЛП)
А затем снова повернулся к магазину. Я сказал себе, что делаю это только для того, чтобы посмотреть, вышла ли Лиз, но на самом деле, я развернулся вовсе не для этого. На самом деле, я хотел убедиться, смотрит ли на меня Террио. Он смотрел. Он приподнял одну руку, вложил три пальца в ладонь, один - указательный - нет. Затем согнул указательный палец один раз, потом второй. Очень медленно. Типа: Иди сюда, мальчик.
Я пошел к нему, мои ноги, казалось, двигались сами по себе. Я не хотел, но ничего не мог с собой поделать.
- Ты ей безразличен, - сказал Кеннет Террио. - Тьфу, и растереть. Просто тьфу, и все. Она тебя использует, парень.
- Да пошел ты, мы спасаем жизни. - Никто не проходил мимо, но даже если бы кто-то и прошел, он или она меня не услышали бы. Он украл почти весь мой голос, не оставив ничего, кроме шепота.
- Что она пытается спасти, так это свою работу.
- Ты этого не знаешь, ты просто обычный психопат, - все еще шепотом, и тут я почувствовал, что вот-вот обмочусь.
Он ничего не сказал, только усмехнулся. Таков был его ответ. Лиз вышла. У нее в руках был один из тех дешевых пластиковых пакетов, которые тогда продавали в магазинах. Она посмотрела на скамейку, где сидел человек, которого она не видела, а потом на меня.
- Что ты здесь делаешь, Че... Джейми? Я велела тебе идти к машине. - И прежде чем я успел ответить, быстро и резко, словно обращаясь к преступнику, находящемуся в комнате для допросов, задала еще один вопрос: - Он сказал тебе еще что-нибудь?
Что ты заботишься только о том, чтобы сохранить свою работу, - подумал я. - Но я и так это знаю.
- Нет, - сказал я. - Я хочу домой, Лиз.
- Так и случится. Очень скоро. Как только я сделаю одну вещь. Две, вообще-то, мне еще нужно убрать твой бардак из моей машины. - Она обняла меня за плечи (как положено хорошей маме) и повела мимо прачечной. Я бы снова помахал даме, складывающей одежду, но она стояла ко мне спиной.
- Сейчас кое-что устроим. Я уже и не думала, что у меня будет шанс им воспользоваться, но благодаря тебе…
Когда мы подошли к машине, она достала из сумки телефон-раскладушку. Новенький, в упаковке. Я прислонился к витрине мастерской по ремонту обуви и смотрел, как она с ним возится, пытаясь включить. Было уже четверть пятого. Если мама пойдет выпить по бокалу вина с Барбарой, мы успеем вернуться до ее возвращения... Но смогу ли я не проболтаться о своих дневных приключениях? Я не знал, и в тот момент это не казалось таким уж важным. Мне хотелось только, чтобы Лиз побыстрее заехала за угол дома, я подумал, что она могла бы еще немного подышать запахом моей блевотины после того, что я для нее сделал, но она была слишком взвинчена. К тому же надо было что-то решать с бомбой. Я вспомнил все фильмы, которые видел, где часы отсчитывают до нуля, а герой раздумывает, перерезать ли красный провод или синий.
Теперь она кому-то звонила.
- Колтон? Да, это... заткнись, просто слушай. Время вернуть должок. Ты должен мне услугу, огромную услугу, пришло время расплатиться. Я объясню тебе, что ты должен сказать. Запиши, а потом... заткнись, я сказала!
Ее голос прозвучал так злобно, что я сделал шаг назад. Я никогда не слышал, чтобы Лиз так говорила, и понял, что впервые ее вижу в другой жизни. Полицейской жизни, где она постоянно имела дело с подонками.
- Запиши на голосовой, потом перепиши на бумагу, а потом перезвони мне. Сделай это немедленно.
Она ждала. Я украдкой оглянулся на магазин. Обе скамьи были пусты. Это вроде бы должно было быть облегчением, но почему-то облегчения я не чувствовал.
- Готов? Хорошо. - Лиз закрыла глаза, отгораживаясь от всего, кроме того, что хотела сказать. Она говорила медленно и четко. - Если только Кен Террио на самом деле Бомбила... Я отвечаю на звонок и говорю, что хочу это записать. Ты ждешь, пока я не скажу: «Подождите, я хочу это записать». Понял? - Она слушала, пока Колтон - кем бы он ни был - не сказал, что понял. Ты скажешь: «Если только Кен Террио на самом деле Бомбила, то он всегда говорил о том, чтобы закончить там, где начал. Я звоню вам, потому что брал у вас интервью в 2008 году. И сохранил вашу визитку». Ты понял? - Еще одна пауза. Лиз кивнула. - Хорошо. Я спрошу, кто это говорит, и ты повесишь трубку. Сделай это прямо сейчас, время дорого. Напортачишь, и я трахну тебя по-крупному. Ты знаешь, я это могу.
Она положила телефон в сумку. И начала расхаживать по тротуару. Я украдкой бросил еще один взгляд на скамейки. Пусто. Может быть, Террио - то, что от него осталось, - возвращается домой, чтобы взглянуть на происходящее в старом добром «Фредерик Армс».
Из кармана блейзера Лиз донеслось барабанное вступление из фильма «Ходят слухи»[70]. Она достала свой настоящий телефон и поздоровалась. Она послушала, потом произнесла:
- Подождите, я хочу это записать. - Она произнесла это, а затем добавила: - Повторите еще раз.
Как только сценка была разыграна, она закончила разговор и убрала телефон.
- Не так круто, как бы мне хотелось, - сказала она. - Но разве им не будет пофиг?
- Скорее всего, нет, когда они найдут бомбу, - сказал я. Лиз слегка вздрогнула, и я понял, что она разговаривает сама с собой. Теперь, когда я сделал то, что она хотела, я был чемоданом без ручки.
В пластиковом пакете лежали рулон бумажных полотенец и баллон с освежителем воздуха. Она очистила мою блевотину, бросила ее в придорожную канаву (за неправильно утилизированный мусор штраф сто долларов, как я узнал позже), а затем опрыскала машину чем-то, что пахло цветами.
- Садись, - сказала она мне.
Меня отослали прочь, так что мне не пришлось смотреть на то, что осталось от моих обеденных равиоли (что касается уборки бардака, я думал, что она мне это должна), но когда я повернулся, чтобы сесть в машину, то увидел Кеннета Террио, стоящего у багажника. Достаточно близко, чтобы протянуть руку и дотронуться до меня, и он все еще ухмылялся. Я мог бы закричать, но когда я его увидел, я был на выдохе, и моя грудь, казалось, не могла расшириться, чтобы схватить воздух. Как будто все мышцы закаменели.
- Еще увидимся, - сказал Террио. Ухмылка стала шире, и я разглядел сгусток свернувшейся крови между его зубами и щекой. - Чемпион.
26
Мы проехали всего три квартала, и машина снова остановилась. Лиз достала свой телефон (настоящий, а не левый), потом посмотрела на меня и увидела, что я дрожу. Может быть, тогда мне и не помешали бы объятия, но все, что я получил, - это похлопывание по плечу, предположительно сочувственное.
- Запоздалая реакция, малыш. Знаю об этом все. Это пройдет.
Затем она позвонила, представилась детективом Даттон и попросила позвать Гордона Бишопа. Должно быть, ей сообщили, что он занят, потому что Лиз сказала:
- Да будь он хоть на Марсе, соедините меня. Это сверхважно.
Она ждала, постукивая пальцами свободной руки по рулю. Потом резко выпрямилась.
- Это Даттон, Гордо... нет - я знаю, что не вовремя, но ты должен это услышать. Я только что получила сообщение о Террио от кого-то, кому давала интервью, когда еще их давала... нет - я не знаю, от кого именно. Вам нужно проверить «Кинг Куллен» в Истпорте... ведь там он начал, верно. В этом есть определенный смысл, если подумать.
Послушала немного, и произнесла:
- Ты шутишь? Сколько людей тогда было на интервью? Сто? Двести? Слушай, я перешлю тебе сообщение. Я записала его, к счастью, в моем телефоне есть такая функция.
Она точно знала, что есть; она проверила запись во время нашего короткого трехквартального путешествия. Лиз проиграла сообщение и, когда оно закончилось, произнесла:
- Гордо? Ты ведь... черт. - Она отняла телефон от уха. - Он повесил трубку.
Лиз мрачно улыбнулась и продолжила:
- Он меня терпеть не может, но проверит. Он знает, что все будет на его совести, если он этого не сделает.
Детектив Бишоп действительно проверил, потому что к тому времени у них появилась свободная минутка, чтобы покопаться в прошлом Кеннета Террио, и они нашли самородок, который выделялся в свете «анонимной подсказки» Лиз. Задолго до его карьеры в строительном бизнесе и его после пенсионной карьеры в качестве санитара в «Городе Ангелов», Террио жил в городе Уэстпорт, который, само собой, находится по соседству с Истпортом. Будучи старшеклассником, он работал посыльным и кочегаром в «Кинг Куллене». Там его ловили на кражах. Когда попался в первый раз, он был предупрежден. Во второй раз его уволили. Но от такой привычки как воровство, похоже, трудно избавиться. Позже он перешел к динамиту и детонаторам. Хороший запас того и другого позже был найден в камере хранения в Квинсе. Все старое, все из Канады. Думаю, в те дни пограничный досмотр был куда менее тщательным.