Инферно (СИ)

— Ну что, с Богом? — полувопросительно полуутвердительно произнес, ни к кому конкретно не обращаясь, полковник. Затушив окурок о панель переполненной пепельницы в дверце автомобиля, он сказал Берестову. — Давай. Твой день…
Без излишних вопросов майор взял микрофон стационарной автомобильной «Моторолы».
— Внимание. Циркулярно. Ответьте первому.
Сквозь шум помех через некоторое время прорвались доклады командиров групп о готовности действовать. Все подтвердили, что первого слышат и готовы к приему информации.
— Внимание, работаем!
Несколько лаконичных «принял» и «понял» возвестили о начале штурма баз «Феникса» по адресам, указанным в посмертном послании Деда.
— Все, парни пошли, — сообщил Александр, протягивая гарнитуру Апраксину.
— Ладушки, — неопределенно сказал полковник, протянул руку и, перестроив фиксированные частоты радиостанции, произнес:
— Непрядва — первому.
— На приеме…
— Мы пошли.
— Мы готовы.
— Удачи!..
Через некоторое время все было закончено. Вопреки ожиданиям, операция прошла гладко. Не считая нескольких отдельных попыток оказать сопротивление, бойцы СОБР и ОМОН взяли под контроль искомые адреса без сбоев в графике, то есть за две — три минуты с момента подачи сигнала Берестовым.
Сам Александр со странным чувством шел по спортивному залу «Оздоровительного комплекса» лавируя меж лежащими на полу молодыми людьми с закинутыми за голову руками и раздвинутыми ногами. Периодически ему приходилось обходить возвышавшихся здесь и там безликих парней в бронежилетах и сферах, внимательно оглядывающих своих «подопечных» во избежание возможных попыток бегства или сопротивления офицерам-дознавателям оперативно-следственной группы, приступившим к своей рутинной, но необходимой работе.
В дальнем углу зала деловитые люди в штатском и накинутых жилетках с надписью ФСБ на спине, укладывали обнаруженные в подвальном помещении оружие, боеприпасы и невзрачные, похожие на куски мыла тротиловые шашки, каждая из которых могла унести жизни не одного и не двух человек. Как и предсказывала юная похитительница, старший этой группы не стал отрицать свою принадлежность к «Фениксу», как, впрочем, и все задержанные. После определенной психологической обработки он сам показал замаскированный стенной сейф, в котором были обнаружены требуемые документы.
Шестерку он нашел лежащим у самой кучи оружия под присмотром командира одной из групп СОБР. Преодолевая желание отвесить добрый пинок «старому знакомому», Берестов взял его за шиворот и, хорошенько встряхнув, поставил на ноги.
— Я поговорю с мальчонкой… — сказал придвинувшемуся парню в маске, указав взглядом на дверь в подсобное помещение.
— Подстраховать? — осведомился боец.
— Спасибо. Мы с ним старые знакомые. Поладим.
Заведя «старого знакомого» в помещение и едва прикрыв дверь, Берестов швырнул его вперед. Парень перелетел через стол и приземлился в дальнем углу комнаты. По его виду Александр понял, что дальнейшие «уговоры» не требуются, Шестерка поплыл, подтвердив его первое впечатление. «Молодец, среди овец, а на молодца и сам овца» — безо всякой жалости подумал майор, и сказал:
— А ты и впрямь шестерка. Только слабых пинать горазд.
— А я ни причем, это все Стас.
— Это который Стас? Он в парке был?
— Нет, он такой мелочевкой не занимается. Приедет, скажет, что делать и уедет.
— Как его найти?
— Не знаю. Он всегда сам нас находил.
— Вас это кого.
— Ну меня…
— Себя на вы?
— Нет.
— Тебя как зовут, Шестерка?
— Игорь.
— А по батюшке?
— Петрович.
— Ты вот что, Игорь Петрович. Облажался ты по полной… Я парень злой, могу и понервничать. Не доводи до греха. Давай обстоятельно, с чувством, с толком, с расстановкой. Кто и зачем в парке этот спектакль организовал?
— Это Стас. Он сказал, что надо оперка, вас, то есть, подставить, что бы нос куда не надо не совал.
— Куда я сунул нос?
— Наших двух девок зацепили. Татуировками их интересоваться стали. Стас сказал надо на живца взять. Он сказал, как все сделать.
 
— То есть? Что ты должен был сделать?
— Я должен был найти подходящих людей и напоить, сгоношить развлечься. Он сказал, что вы через день бываете в этом парке, там вас легко встретить, не сегодня так завтра.
— Ну и…
— Я нашел. Я их давно знал. Придурки конченные. Пришли в парк, пили пиво. Потом мне дали сигнал, что вы появились.
— Каким образом?
— Радио.
— А… Ну, ну. Ври дальше.
— Не вру я… Мы пацана того зацепили. Все как по науке, он еще верещать не стал, а тут вы, как по маслу…
— Что вы должны были сделать?
— Задержать до тех пор, пока снайпер не отработает.
— А что ж не удержали?
— Да это я знал. Эти лохи не в теме были. Струхнули, когда вы про ФСБ… Пока клювом щелкали вы с пацаном ушли.
— А что, снайперу много времени надо? По-моему нашего разговора достаточно было, что бы шлепнуть.
— Ну, во первых не шлепнуть, а ранить. Тяжело ранить, но не смертельно. Может быть снайпер место выбирал, куда стрелять, может еще что, не знаю.
— А просто шлепнуть? Снайперу? Не судьба? Без спектаклей и изысков? Или для него вам крестик на моем теле надо было нарисовать, чтобы не промахнулся?
— Не мои заморочки. В идеале надо было во время драки порезать, или арматурой череп проломить. Стрелок так, на подстраховке.
— А, понятно. — Задумчиво произнес Берестов, решив для себя, что на самом деле ему ничего не понятно, и загадок стало еще больше…
— Ну, потом сигналят, что вы возвращаетесь. Девку прислали, из наших. Мне поступила команда продолжать, но уже в ином ключе. Она этих придурков успокоила, а я приложил ей по темечку. Орать, правда, самому пришлось. С девкой перестарался.
— Ты ее знал раньше?
— Нет. Но это обычная история. У нас кроме своей группы никто никого не знает. Только старшие. Тем более она с нами недавно…
— В смысле?
— Стас сказал присмотреть. Ей недавно татуху накололи. Видимо одноразовая… В смысле после акции того… — Шестерка демонстративно провел ладонью по шее.
— А тату колоть зачем? Раз все равно того?
— Это что бы не заменжевался человек в нужный момент. Что бы все честь по чести, типа свой, и все за него стоят. Она должна была свою роль сама играть, причем четко.
— А уговорили как?
— Это не мой уровень. Я только конкретно, что говорят, то и делаю.
По забегавшим глазам парня, Берестов понял, что он знает больше, чем говорит. Придвинувшись к нему, майор, хрустнув пальцами, небрежно произнес:
— Раздражать начинаешь. Можешь уйти на штрафной круг.
— Да я…
— Не ври мне, зашибу. Зол я на тебя. Знаешь, что меня чуть не прибили в парке?
— Я же говорю, только ранить должны…
— Вот благодетель. Я тебе сейчас тоже только один глаз выдавлю. Из благодеяния. Чтобы один остался и мог смотреть на мир новым, честным взглядом. Лет через 25. После зоны. Статья 208 УК Российской Федерации. Членство в незаконном вооруженном формировании.
Видно было, что Шестерка не знал, что за 208 статья. Ему было все равно, что 208, что 228. Однако такая конкретизация возымела свое действие, в особенности упоминание предполагаемых 25 лет лишения свободы.
— Правда не мой уровень, — испугано проговорил парень, инстинктивно прикрывая рукой ближайший к Берестову глаз, — я совсем случайно услышал…
— Что ты слышал, — отодвигаясь от Шестерки сказал Берестов, поощрительно кивнув, — вот видишь, можешь когда захочешь…
— К ней тетку подпустили, пока предки в отъезде были. Нашу, из взрослых. Вот она и постаралась. Девка больна была. Ей обещали деньги на операцию. Денег нужно было много, у ее паханов не было, а без операции загнулась бы рано или поздно… Можно было в темную, но она должна была после дела заяву накатать, что вы ее того, ну короче трахнули…
— А убрали зачем? Если должна была заявителем быть?
— Не знаю. Я это и так случайно услышал. Стас с одним типом трындел. Высокий такой, клювоносый.