Мара (СИ)

— Я хочу извиниться. Вчера я был не прав. Я не должен был тебя целовать без разрешения. Мара, пожалуйста, не отводи взгляд. Я, правда, хочу, чтобы ты меня простила. Я не хотел ни в коем случае оскорбить тебя.
Я отвернулась. Боже, ну, почему извиняется он, а краснею я?!
— Я действительно сожалею. Если тебе станет лучше, то можешь побить меня.
— Правда? — повернулась я. — А может лучше проклятье какое-нибудь наложить, а?
Я заметила, как его брови чуть приподнялись. Удивлен? Так тебе и надо! Сам виноват.
— Ты разве колдуешь?
— Все ведьмы колдуют. Так почему бы и нет?
— Мара, я…
— Ты не должен был этого делать! — не смогла сдержаться я.
— Я знаю, прости. Я виноват. Я…
— Мне нужно идти, — не стала слушать я его оправдания.
Выдернув руку из его захвата, я спустилась в лазарет. Там было тихо и безлюдно. Только на дальней кровати расположилась Тира.
— Привет, — улыбнулась я.
— Мара! Привет, я рада, что ты зашла.
— Как вы тут? Как Инар?
— Лучше. У него даже жара больше не бывает. Ты настоящая волшебница!
— Да я-то здесь причем?
— Это ты его спасла. Я тебе очень благодарна.
— Я рада.
Малыш лежал рядом с матерью и спал. Он действительно выглядел лучше. Жара не было, и выглядел он вполне здоровым.
— Мара, а как остальные?
— Не знаю, — тихо ответила я. — И пока понятия не имею, что можно сделать. Думаю, нужно найти доказательства, что последние распоряжения Алии не выполнялись, но что-то мне подсказывает, что это невозможно.
— Мара, нас казнят? — тихо, со страхом в голосе, спросила она.
Женщина смотрела с надеждой, но в то же время во взгляде проскальзывала безнадежность. Я не знала, что на это ответить. Казнят ли нас? Как можно доказать несправедливость и беззаконие нынешних дворян? Как объяснить это королю?
— Я не знаю, — наконец, тихо ответила я.
У Тиры выступили слезы, а я не смогла придумать, чем ее утешить. Наверное, это страшно, когда у тебя на руках младенец, а ты даже не знаешь, будешь ли ты завтра жить.
— Я пойду.
Не ушла. Сбежала. Да именно сбежала, потому что больше ничем не могла помочь.
Выйдя на улицу, я прошлась до ближайшей скамейки. Холодный воздух способствовал проветриванию головы. Лучше холод, чем страшные мысли о казни друзей.
— Марианна? — раздался голос слева.
Повернувшись, я увидела короля. Быстро встав, я поклонилась.
— Ваше Величество.
— Здравствуй. Я как раз хотел с тобой поговорить.
— Что-то случилось?
— Что ты делала в комнате Алии?
— Уже доложили? — усмехнулась я. — Я не могла заснуть и решила прогуляться. Ноги сами привели туда. Ничего плохого я не хотела.
— А чего тогда сбежала?
— Потому что не хочу быть схвачена Дворянским Советом.
— Почему мне кажется, что ты что-то скрываешь?
— Я? Что я скрываю?
— Не знаю. Если ничего, то почему дворяне бояться тебя?
— Считаете, что они меня бояться? Мне кажется, они просто меня ненавидят, потому что я поддерживала идеи Алии и хочу доказать, что она не поддерживала их политику.
— И как ты это собралась доказывать?
— Пока не знаю. Но уверена, бумаги должны были остаться. Их просто нужно найти.
— И где же ты их будешь искать?
— Пока не знаю. Возможно, что-то сохранилось в хранилище? До болезни Алия много работала. Возможно, там что-то осталось.
— А если нет?
— Тогда не знаю. В комнате у нее ничего нет. Скорей всего, ее уже обыскали и уничтожили все заметки.
— А у тебя не осталось никаких бумаг?
— У меня? Откуда? — удивилась я.
— Может, Алия просила тебя что-нибудь спрятать или просто сохранить?
— Нет. Я ничего не забирала. Да и куда бы я их спрятала?
— Откуда мне знать? Ты же ведьма, долго жила здесь, уверен, у тебя есть места, чтобы прятать.
— Нет, ничего такого. Вы думаете, я бы их вам уже не отдала бы?
— Не знаю. Я сомневаюсь, что ты мне сильно доверяешь, поэтому возможно и нет.
Я на секунду застыла и внимательно посмотрела на него. Он знает? Или все-таки нет? А что если он действительно обо всем догадался? Что тогда делать? Хотя сомневаюсь, что он мне поверит. У меня нет никаких доказательств…
 
— Нет, вы ошибаетесь. Я верю вам и хочу помочь, но пока не могу.
— Ты хочешь помочь не мне, а разбойникам. Ты хочешь, чтобы я их освободил, но именно мне ты помочь не хочешь.
— Конечно, я хочу их свободы, но я также хочу, чтобы вы разобрались в сложившейся ситуации. Только так вы сможете вернуться к прежней политической линией Алии. Я хочу, чтобы ее желание исполнилось. Она хотела ограничить полномочия дворян и помочь крестьянам, уменьшить налоги.
— Зачем?
— Что зачем? Зачем помогать крестьянам? А вы видели, как они живут? Каков их быт?
— Откуда это узнала Алия? Я могу допустить, что ты имеешь представление об их быте, но откуда об этом узнала моя сестра? Ты ей рассказала?
— Я говорила, что не вмешивалась в государственную политику и ничего не советовала принцессе. Она сама увидела, когда путешествовала. Она останавливалась несколько раз в домах крестьян. И все видела своими глазами.
— Останавливалась в домах крестьян? Она что не могла остановиться в каком-нибудь поместье?
— Она…
Я замолчала. Чуть не выдала ее. Пока рано ему об этом рассказывать, он вряд ли мне сейчас поверит.
— Что она?
— Мы заехали однажды довольно далеко, не успевали доехать до ночи, поэтому попросились на постой в первой же попавшейся деревне. Искать что-то другое не было времени, тогда погода была плохая.
— И что вы там делали?
— Алия хотела увидеть жизнь в своем королевстве.
— И ты ее поддерживала?
— Мы просто дружили. И, если честно, то мне было интересно, поэтому я и поехала.
— И что она хотела изменить в их жизни? Уменьшить налоги?
— По крайней мере, не дать им возрасти, — с сарказмом сказала я, намекая на повышенный налог на урожай.
Адриан меня понял:
— На документе стоит подпись Алии, — резко отрезал король.
Сначала я хотела промолчать, но его категоричность развязала мой язык.
— Да, может она и подписала его. Но знаете, в том состоянии, в каком она была… Она уже не могла здраво рассуждать, особенно в моменты обострения. У нее был жар, она была несколько дней в бреду! Если к ней подошли в это время, то все понятно. И знаете что? Даже в бреду она звала вас! Каждый день она спрашивала: приехали ли вы или нет! Я понимаю, что в не виноваты, но мне лично до сих пор непонятно, почему вы не приехали на похороны? Это вам были обязаны сообщить.
— Я не должен перед тобой отчитываться, — вдруг зло сказал король.
— Она вас любила и очень ждала. Очень, — тихо ответила я. — Даже раньше, когда с ней все было хорошо, когда она получала ваше письмо, то очень радовалась. Вы каждый раз писали, что у вас все хорошо, но за то время, что мы с ней близко общались, вы ни разу к ней не приехали. Может, она вам и не говорила, но очень вас ждала.
— Довольно, можешь прекратить. Я понял, что ты думаешь.
Я замолчала. Адриан отвернулся и смотрел вдаль. Я перегнула палку? Вот кто меня за язык тянул? Откуда я знаю его ситуацию? Может, он и хотел приехать, но не мог.
— Алия понимала, что вы очень заняты и, что если бы у вас была возможность, вы бы приехали. Она никогда на вас не обижалась.
— Я скажу, чтобы тебя пустили в хранилище, — тихо ответил он.
Я удивленно посмотрела на него. Он серьезно собирается пустить меня туда? Я даже не надеялась на это. Думала, снова придется что-нибудь придумывать.
— Спасибо. Я обязательно найду доказательства желания Алии.
— Через несколько дней я устраиваю бал. Если хочешь, можешь прийти.
— День алого агератума? Любимый праздник Алии?
 
— Да, — снова тихо ответил король. — Если тебе нужно платье, можешь обратиться к Анжелики.
— Не думаю, что появляться мне там — это хорошая идея. Там будут дворяне, сомневаюсь, что им это понравится. Не хочу, чтобы праздник был испорчен.