Цена его ревности. Книга 2 (СИ)

Было больно. Хотелось рыдать и колотить руками по поручню. По чему угодно. Делать что угодно, только бы заглушить боль от рвущейся на части души. Не хотелось только оправдываться, так как человек, который обвиняет не выслушав, вряд ли нуждается в оправданиях.
Справившись с собой, Вика пренебрежительно отбросила папку.
— И для чего надо было устраивать этот цирк? — стараясь сохранить присутствие духа и не показать Раджу как больно ранил, спокойно спросила она. — Достаточно было спросить у меня, а не нанимать ищейку. Как подробности моей жизни могут повлиять на брак сестры? — чтобы справится с дрожью в голосе, Вика изо всех сил вцепилась в поручень, а Ракеш поражался ее холодной циничности — девчонка не плакала, не пыталась ничего отрицать, уверять, что все это ошибка, она практически призналась в достоверности отчета. Он едва удержался от желания схватить ее, встряхнуть и заставить все отрицать, но переборов себя продолжал:
— А ты думаешь дади согласится породниться с подобной девицей, когда увидит эти отчеты? Но даже если ее и уговорят согласиться, то продажную девицу она точно не захочет видеть своей невесткой, — жесткая улыбка исказила губы Ракеша.
— Причем здесь сестра, ведь досье ты собрал на меня? — Вику мутило, но она старалась справиться с дурнотой. — Неужели такая, как я, тебе настолько небезразлична, что ты натравил на меня ищеек?
— Дело не в тебе, а в том, что я привык все узнавать обо всех, кто пытается втереться в семейство Роев. А досье на твою сестрицу тоже имеется. Ты просто не досмотрела, — Ракеш наклонился и поднял папку, а потом протянул ее Вике, которая смотрела на него ничего не выражающим, застывшим взглядом.
Вика снова принялась листать фото и исписанные листы, и добралась до фотографий сестры.
— Нравится? — издевательски спросил Радж.
— Да, очень красивые фото. Дади может гордиться такой красивой невесткой. О ней у тебя нет такого полного отчета, как обо мне, так что ее будет не в чем упрекнуть.
— Да, но в комплекте с твоим отчетом — он будет иметь эффект разорвавшейся бомбы. Дади будет полностью уверена, что раз уж младшая сестра так себя ведет, то что говорить о старшей, а я не буду ее в этом разубеждать.
— Зачем тебе это надо? Что мы тебе сделали плохого? Что ты готов испортить жизнь и Айрин, и своему брату? — голос звенел от усилий, которые Вика прилагала, чтобы держать себя в руках. — Они любят друг друга! Не важно, что ты думаешь обо мне! Оставь ее в покое!
— А она просто ангелочек не так ли? — усмехнулся Ракеш, а потом резко сменил тему. — Ты ведь знаешь, что я и Санджей братья, — констатировал Ракеш. — А знаешь, почему я не живу с ними? Ведь в Индии не принято покидать родительский дом.
— Меня это не интересует! — не выдержала Вика. — Чего ты хочешь? К чему ты мне все это показал?! Зачем продолжаешь меня удерживать, раз поверил всему, что там написано?!
— Я верю своим людям, а к чему все это, ты узнаешь. Чем больше ты меня перебиваешь, тем дольше здесь задержишься, — Ракеш тоже старался сохранять спокойствие, и поэтому его голос напоминал приглушенное рычание. — У меня была невеста. Я возвращался из командировки и собирался сделать ей предложение, когда… — и он поведал Вике историю предательства близких людей.
— Я не верю тебе. Это не может быть правдой! Санджей не такой. Он не мог так поступить! — Вика закрыла глаза и уши, чем вызвала вспышку гнева у Ракеша.
— О, да! — воскликнул он. — Праведник Санджей, который не может совершить низкий поступок и предать брата, но он это сделал! — Радж сорвался на крик и, отвернувшись, сжал руки в страшные кулаки, чтобы успокоиться, а потрясенная Вика, онемев, распахнула глаза и не отводила их от напряженной фигуры. Ей было и жаль его, и страшно от того, что он, обуреваемый гневом, может сделать.
Наконец, Ракеш справился с эмоциями и снова повернулся.
— А потом появилась твоя авантюристка-сестра. Она, наверное, пожалела, что выбрала Санджея, когда узнала, что я старший сын в семье. Но у нее хватило ума держаться за него. И, чтобы не упустить меня, подсунула тебя. Вы отлично разыграли бескорыстие, отказываясь от подарков и демонстрируя независимость. Конечно, зачем вам мелочь, если вы нацелились на все! — Вика слушала Ракеша, как в трансе. Она не верила своим ушам и не понимала, как он может так думать о них, но Радж продолжал: — Надо сказать, что ты успешно справлялась с поставленной задачей. Тебе не хватило чуть-чуть ума, чтобы добиться своей цели. Даже после того, как узнал, что ты собой представляешь, я простил тебя! Ты слышишь меня?! Я! Тебя! Простил! — он схватил Вику за плечи и затряс, стараясь, чтобы до нее дошел смысл его слов и сила отчаяния. Палочка выпала из волос и со слабым стуком ударилась о палубу, а освобожденные волосы тяжелым водопадом рассыпались по плечам. Когда шелковистые локоны коснулись рук Раджа, он немного пришел в себя и отпустил сводящую его с ума ведьму, которую одновременно хотелось и прибить, и, стиснув в объятиях, никуда не отпускать. — Ты снова провела меня своим невинным личиком и лживыми глазами! И вы бы прибрали к рукам нас обоих, но ты слишком понадеялась на себя, когда взялась присматривать за Санджеем и развлекать его во время отъезда сестры. Это она тебя попросила? Боялась упустить жениха? А ты, полагая, что я у тебя уже в кармане, согласилась?
 
— Ты пропустил очередной визит к психиатру или не принял лекарства? — осторожно спросила Вика. Ей все больше казалось, что Ракеш сошел с ума, иначе как еще можно было объяснить, тот абсурд, в котором он ее обвинял.
— Не пытайся язвить. Тебе это не поможет. Я все знаю! Если бы ты знала, нашу с Санджеем историю, быть может, не была бы столь самонадеянна. Но ты ее не знала и решила, что сможешь удержать и меня, и приберечь Санджея для своей сестренки. Но у тебя не получилось! Как я тебе уже сказал, ты была слишком самонадеянна. И сейчас одной из вас придется за это заплатить! Ни тебе, ни твоей сестре, ни Санджею не позволено безнаказанно пытаться водить меня за нос! Я предъявлю дади эти отчеты, и помолвка будет отменена, а твоя сестра опозорена.
Вика мелко дрожала от представившейся ужасной картины — как Ракеш при собравшихся гостях показывает дади фотографии, зачитывает отчеты, и как дади с позором выгоняет Ирину из дома. Сестра этого не заслужила, и Вика старалась придумать, как спасти Ирину от свихнувшегося Раджа, но не могла это сделать — попробуй она удержать его на яхте, дади может закатить скандал из-за ее отсутствия, но и допустить, чтобы старушка увидела отчеты, да еще когда их покажет Радж в своем взвинченном состоянии, Вика тоже не могла.
— Но что получишь ты от того, что испортишь жизнь брату и Айрин? Они любят друг друга. Айрин сможет ему все объяснить, и они могут пожениться без участия дади, — стараясь сдержать дрожь в голосе, начала Вика.
— Вот мы и подошли к самому интересному — что хочу я, — Ракеш, немного успокоившись, потому что приблизился к тому, ради чего все и было затеяно, снова начал подходить к прижимающейся к поручню Вике. — Я хочу предложить тебе сыграть в покер. Ты же любишь играть в покер? — продолжал он. — Ставка — помолвка твоей сестры. Ты хочешь, чтобы она состоялась, а я — нет. Это будет заслуженным наказанием и брату, и твоей сестре. Свои карты я тебе открыл. Они тянут на стрит-флеш (пять карт одной масти по-порядку — вторая по силе комбинация). Чтобы перебить мою руку, у тебя должен быть флеш-рояль (пять карт одной масти по-порядку, начиная с наибольшего значения: Туз, Король, Дама, Влет, десятка). Что ты можешь предложить? — черная бровь Ракеша изогнулась в ожидании ответа.
— У меня есть только я, — неуверенно ответила Вика. — Ты этого хочешь? Меня?
  
Глава 77. Ставки сделаны. ставок больше нет
 
— Тебя? В каком смысле? — Ракешу нравилось наблюдать за тем, как распахнулись глаза поганки, как она стиснула, находящийся за спиной поручень фальшборта. — Чем конкретно ты собираешься перебить мои карты?