Цена его ревности. Книга 2 (СИ)
Следом за ним, спустя несколько минут, понадобившихся, чтобы осознать произошедшее, мчался на Аладдине и Санджей. Но, несмотря на всю свою резвость, чистокровный арабский скакун хоть немного, но отставал от специально выведенной для скачек верховой чистокровки.
Уворачиваясь от бьющих в лицо веток, Ракеш высматривал проломы в джунглях, чтобы не проскочить поворот, если бы кобыла вздумала броситься в сторону или лежащую в зарослях девчонку, если бы она вылетела из седла, но пока, кроме сломанных веток, никаких свидетельств непоправимой катастрофы не было. Краем глаза он заметил повисший на еще раскачивающихся ветвях синий лоскуток — сорванная с головы Вики косынка. Сердце тревожно задрожало и неприятно сжалось. Ракеш резко набрал повод, затормозил Ракшеса, заставив его встать в свечку, и осмотрелся — других следов присутствия девушки не было. Тогда Ракеш, подхлестнув жеребца, снова пустил его в карьер по следам исчезнувших кобылы и наездницы.
Чем дольше он преследовал беглянок, тем становилось неспокойнее — куда понесет девушку обезумевшее животное, не дай Богиня, подвернется овраг, и кобыла резко встанет. Или поваленное дерево, и скотина начнет его перепрыгивать, тогда Вика, если она еще до сих пор держится в седле, точно вылетит и сломает шею.
Но Богиня сжалилась — не успел воспаленный мозг нарисовать страшную картинку, а сердце не выдержать сковавшей его боли, как заросли начали редеть, и в просветах между деревьями Ракеш увидел сбежавшую кобылу, мирно щиплющую травку, и бесценную поганку, успокаивающе поглаживающую ее по шее и треплющую гриву.
Ракеш замедлил бег Ракшеса и неторопливо, чтобы в очередной раз не напугать непредсказуемую кобылу, выехал на поляну.
***Вика и сама не знала, как удалось удержаться в седле, когда лошадь неожиданно рванула в глубину джунглей. Вопреки инстинктам, она не натянула повод, а, наоборот, от неожиданности выпустила и, чтобы не слететь с кобылы, вцепилась в гриву и зарылась в нее лицом, прижавшись к спине, чтобы хлещущие ветки, сквозь которые ломилось обезумевшее животное, не выбили ей глаз.
Лошадь сбило с толку поведение наездницы, даже не попытавшейся ее остановить — сопротивляться было не чему — повод спокойно висел не шее. Поэтому, немного успокоившись, она сменила безумный галоп на простой размашистый аллюр, который, тем не менее, для неопытной Вики был слишком быстрым.
Приноровившись к уже ритмичному, а не хаотичному движению, Вика решилась выпутать одну руку из гривы лошади и поднять повод. К этому времени они уже выехали на небольшую полянку, и Вика потянула один повод, неосознанно заворачивая лошадь в вольт. Сама не подозревая, повинуясь только инстинктам, она сделала все то, что советуют делать тренеры, чтобы привести в чувство понесшую лошадь.
Кобыла, уже окончательно успокоившись от свободного бега, которому никто не мешал, послушно остановилась и позволила наезднице спешиться. После пережитого потрясения, ноги держали плохо, и Вика, прислонившись к вздымающемуся и взмыленному боку кобылы, поглаживала шею и круп.
— Глупая ты, глупая, — тихо наговаривала она. — Куда ты меня привезла, и как мы с тобой будем возвращаться? Вот ты знаешь дорогу? Я нет. А если нас никто не найдет, то ночью нас с тобой съедят, — Вика говорила и трепала гриву лошади, одновременно размышляя, что делать, ведь дороги она действительно не знала.
Но ночи дожидаться не пришлось. Лошадь замерла и насторожилась, развернув уши в сторону тропинки, по которой они выехали из джунглей. Вика посмотрела в ту же сторону и увидела приближающегося Ракеша, ведущего на поводу гнедого жеребца.
Ракшес, увидев свою «девушку с яблоками», радостно заржал и сделал попытку подбежать, чтобы ткнуться носом в маленькие ладошки, поблагодарить за участие, но сильные руки мужчины не пустили, и жеребец обиженно фыркнул. А кобылка, опять испугавшись порывистого парня, прыгнула в сторону и легонько, но достаточно для того чтобы сбить с ног, толкнула девушку.
Увидев, как мелькнули лошадиные копыта и взметнулись толстые косы, Ракеш отбросил повод и с бешено забившимся сердцем бросился к Вике. Подбежав, он рухнул на колени, ощупывая руки, ребра, ноги, проверяя что все цело, потом поднял ее на ноги и прижал к себе.
— Жива. Цела, — бормотал он единственное, что сейчас занимало все мысли. — Боже! Как я испугался, — а потом, отстранив ошеломленную его порывом девчушку и освобождаясь от накопившегося страха, сорвался на злобный рык: — Совсем с ума сошла?! Зачем самостоятельно садиться на лошадь, если не умеешь на ней ездить! Если бы она тебя сбросила? Если бы ты упала?!
— Оставь меня! — воскликнула Вика, стараясь вырваться из крепко сжимающих рук. — Я прекрасно ехала, пока ты не выскочил из джунглей, как черт из табакерки, и не напугал Ракшеса, а он не напугал мою лошадку. И даже сейчас ты не можешь удержаться, чтобы кто-нибудь из них меня не затоптал! — поняв, что не получится вырваться и сильных рук, Вика принялась колотить кулаками по груди Ракеша. — Чем я так мешаю, что ты бы хотел, чтобы я сломала себе шею? Если не можешь меня больше видеть, не проще ли уволить, и тогда я точно не буду мозолить тебе глаза! — Вика понимала, что несет полную околесицу, но уже не могла сдерживаться, под влиянием стресса выплескивая все накопившееся за неделю непонимание поступков Раджа.
— Отпусти ее, — раздался холодный голос появившегося из джунглей Санджея.
Спешившись, он приблизился к брату и заходящейся в крике девушке. — Отпусти, ты что не видишь — у нее истерика.
Ошеломленный нападками Вики, Ракеш уже готов был отпустить ее, но появление брата и его распоряжения снова возродили злость, смытую было беспокойством за девчонку, и он только крепче прижал к себе поганку, выбирая из ее растрепанных волос веточки и сухие листочки.
— Тш-ш, Вика, успокойся, все закончилось, я рядом, — ворковал он, поглаживая ее по голове, а Вика уже пришла в себя.
— И почему это должно меня успокоить? — с издевкой, спросила она, вскидывая голову и впиваясь сверкающим взглядом в его полные беспокойства глаза. — Отпусти меня! Целые ребра мне еще пригодятся, — Вика с силой толкнула Раджа в грудь и вырвалась из кольца рук, которые сами собой опустились, не в силах держать упрямую поганку против ее воли.
Вика отошла от Раджа, подошла кобылке и постаралась ее успокоить. Туда же подошел и Ракшес, ткнувшись носом в плечо Вики, и девушка стояла окруженная лошадями.
— Вика, ты как? — спросил Санджей и сделал шаг по направлению к будущей сестренке, но остановился, почувствовав на себе напряженный взгляд брата, сжавшегося в пружину и готового броситься, если он сделает еще шаг.
Все трое молодых людей, следя за каждым движением друг друга, замерли на поляне. Наэлектризованный, дрожащий напряжением купол накрыл их, и никто не решался двинуться, чтобы не спровоцировать громовые раскаты и разряды молний.
— Эй! Ребята! У вас все в порядке? — голос, раздавшийся с опушки джунглей, переключил на себя внимание мужчин и разрядил обстановку.
Вика тоже обернулась — на границе с джунглями, пепельный в яблоках конь гарцевал со всадником, судя по всему, высоким молодым человеком, волосы которого скрывала каскетка, отбрасывающая тень и на лицо. Руки парня, выглядывающие из закатанных рукавов рубашки, были очень светлыми, и английский прононс выдавал в нем англичанина.
Глава 25. Майкл
Парень вглядывался в двух мужчин, явно не дружески друг к другу настроенных и девушку, которую обнял шеей гнедой жеребец. Кобылка, чувствуя себя неуютно рядом с Ракшесом, уже успела отойти к Аладдину.
Молодой человек кожей чувствовал накаленную атмосферу, воцарившуюся на затерянной в джунглях поляне. Он подъехал еще ближе и рассмотрел показавшиеся знакомыми лица.
— Радж, Рой! Привет. Все нормально? Я ехал на своем буцефале, и вдруг мне наперерез пробежала лошадь с девушкой. Я подумал, что может понадобиться помощь. Мисс, с вами все в порядке? Помощь не нужна? — стараясь рассмотреть девушку, скрытую за спинами мужчин и конем, бывшим чуть не с нее ростом, спросил он.