Цена его ревности. Книга 2 (СИ)
— Я не его невеста, не беременна и мы не женимся, — с порога заявила Вика, чем обратила на себя недоуменные взгляды продавцов, а у Раджа вызвала довольную улыбку.
— Что желаете, господин Радж? Как обычно? Женские украшения? — спросили улыбчивые девушки, а Вика вонзила в ладони острые ногти.
— Свадебные украшения для девушки и кольцо для жениха.
Взгляды продавщиц метнулись к Вике, но помня ее заявление при входе, девушки благоразумно промолчали.
— Это моя помощница. Она поможет выбрать, — развеял Ракеш их сомнения.
— Мы отлично знаем вкус мисс Тары и прекрасно бы сами подобрали для нее все необходимое, — заверили продавщицы дорогого, во всех смыслах, покупателя, а Вика, чувствуя, что слезы вот-вот готовы брызнуть, до боли закусила нижнюю губу и захлопала ресницами.
— О, нет, — Ракеш поспешил разуверить девушек. — Я предпочитаю оставаться холостяком. Тара приболела, поэтому у меня новая помощница. — Познакомьтесь — Виктория. Спасибо что напомнили, необходимо что-нибудь купить и Таре, чтобы она поскорее поправилась.
Ракеша и Вику проводили в уединенную VIP-комнату, где они могли спокойно, без суеты и доставляемого досужими зеваками и мелкими покупателями беспокойства, выбирать украшения.
Радж со всей галантностью и предупредительностью помог Вике присесть в кресло и сам расположился рядом, перед затянутым черным бархатом столиком с горящей над ним ярой лампой, а предупредительные продавщицы принесли пирамиды из разноцветных бархатных коробочек.
— Какой цвет металла и какие камни желаете?
— Давайте, сразу подберем украшение для Тары. Чтобы потом уже к нему не возвращаться, — предложил Ракеш, искоса наблюдая за Викой, а та напустила на себя веселый вид.
— Таре? — в ее глазах заиграли отблески прежних золотистых огоньков. — Тогда, я знаю, что ей понравится. Купите ей кольцо в нос и цепочку, чтобы удобнее было в стойле привязывать. Она будет счастлива.
— Мисс Тара тоже будет присутствовать на свадьбе? Можем предложить вот такое украшение, — консультант открыла одну из коробочек и достала украшение на голову, состоящее из жемчужных, обхватывающих голову нитей. Одна из них проходила через пробор в волосах, а на лоб спускалась капелька, набранная из более мелкого жемчуга. Ракеш с сомнением повертел в руках изящную драгоценность.
— А давайте, примеряем, — предложил он и повелительно распорядился: —Виктория, повернитесь.
Вика вынуждена была подчиниться, и ее покорность доставила Раджу смешанное с досадой удовольствие — неужели от девчонки можно чего-то добиться только с применением власти? Это то же самое, что применять силу, ну а применив к поганке силу, Радж бы перестал себя уважать. И его руки запорхали над склоненной головой девушки, укладывая жемчужное украшение на ее пышные, стянутые в хвост волосы. Закончив с укладыванием украшения, Ракеш, приподняв за подбородок, заставил Вику посмотреть ему в глаза. Ее ресницы дрогнули и вспорхнули, а из-под них с вызовом смотрели блестящие нефритовые глаза. Дыхание перехватило — Вика была похожа на принцессу из «Тысячи и одной ночи». Свисающая на лоб каплевидная подвеска подчеркивала темные, тонко очерченные, разлетающиеся к вискам брови и огромные глаза. Украшение очень шло Вике и делало ее невыразимо прекрасной. Если бы их отношения не были так запутаны, то он, не раздумывая, купил бы девчонке жемчуг, но соблазн прикасаться к ней и дразнить был слишком велик.
— Прекрасное украшение, а на темных волосах мисс Тары будет смотреться еще более эффектно, — защебетали продавщицы.
— Что-то в нем меня смущает, давайте еще что-нибудь посмотрим, — сказал Ракеш, откладывая жемчуг.
— М-м… — протянули девушки-консультанты, роясь в коробочках. — Посмотрите этот браслет, — они протянули браслет из бриллиантов, от которого тянулись бриллиантовые дорожки к такому же кольцу.
Теперь настала очередь коже рук Вики ощутить прикосновение теплых пальцев, которые сначала неспешно надели кольцо, а потом стали застегивать замочек браслета, всего на долю секунды дольше чем требовалось задержавшись на внутренней стороне запястья с тонкой нежной кожей и бешено бьющейся голубоватой венкой. Ракеш еле удержался, чтобы не припасть к ней губами, но тут узкая рука в его ладони дрогнула.
— В чем дело? — недовольно, из-за того что оторвали от сладких прикосновений, спросил Ракеш.
— Мы можем пока закончить? — жалобно спросила Вика. — Мне нехорошо. Здесь очень душно. Пожалуйста, выйдем на воздух.
Радж посмотрел на ее побледневшее лицо и вспомнил, что вредина еще ничего не ела и даже не пила кофе.
— Действительно, душно. Мы зайдем позже. Всего доброго, — попрощался он с разочарованными продавщицами и, поддерживая, повел Вику к выходу из салона. — Как ты себя чувствуешь? — озабоченно спросил он, выходя на улицу.
— Давай немного постоим здесь, — цепляясь за его рукав, попросила Вика — ноги были ватными и совсем не держали. — Я подышу и станет легче. Там было очень жарко.
— Мы сейчас поедем в ресторан, ты поешь, а потом поедем в типографию, — привлекая к себе не имеющую сил сопротивляться упрямицу, властно заявил Ракеш. — Садись, чего стоишь? Ждешь, когда дождь пойдет? — спросил он Вику, одновременно указывая на затянутое тяжелыми тучами небо и подталкивая ее к открытой двери авто.
— Было бы неплохо, — ответила она, не двигаясь с места и не отпуская его руку. — Пожалуйста, давай постоим. Мне надо подышать, я там чуть не задохнулась.
Ракеш чувствовал, как дрожат вцепившиеся в него руки девчонки.
— Ты как себя чувствуешь? Может, отвезти домой? — обеспокоенно спросил он и коснулся ее лба, проверяя нет ли у нее температуры.
— Все хорошо. Дай мне немного времени и можем ехать дальше, — ответила Вика, а дыхание коснулось руки Раджа, и тот уже более внимательно стал всматриваться в лицо поганки — взгляд лихорадочно блестящих глаз был потерянным, а дыхание, срывающееся с полуоткрытых губ, казалось слишком частым и неглубоким, а значит девчонка не получала достаточно кислорода.
— Тш-ш. Успокойся, — сказал Радж и сделал попытку обнять Вику, если вдруг она надумает лишиться чувств, но упрямица не только не думала этого делать, но еще и прилагала все усилия чтобы не подходить к нему еще ближе. — Расслабься. Если будешь продолжать так дышать, то потеряешь сознание, — уже не на шутку обеспокоенно сказал Ракеш, так как видел, что Вика не может взять себя в руки и продолжает дрожать. — Тш-ш-ш, — повторил он. — Давай попробуем вместе, — и не успела Вика ничего сообразить, как, взяв одной рукой ее руку, он положил ее себе на грудь, на ровно и сильно бьющееся сердце. Вторую руку он положил ей на грудную клетку, словно стараясь усмирить слишком частые вдохи. Вика дернулась, стараясь освободиться и отстраниться от по-хозяйски лежащей на ее груди горячей ладони, но стальные мышцы не позволили ей двинуться. — Посмотри на меня, — приказал Ракеш. Вика заглянула в его полные беспокойства глаза и пропала, лишившись своей воли и полностью подчинившись воле темных глаз. — Повторяй за мной — медленный вдох, — и они одновременно вдохнули, а Ракеш чувствовал под пальцами трепещущее, как пойманная в силки птичка, сердце. В очередной раз он поймал себя на мысли, что сейчас, прикасаясь к поганке, не испытывает ни чувственного удовольствия от прикосновения к столь желанному объекту, ни удовольствия от победы над ее упрямством — все это погребла лавина беспокойства за несносную чертовку. — Теперь выдыхай, — стараясь, чтобы его голос звучал ровно и спокойно, проговорил Ракеш, и Вика послушно вместе с ним выдохнула. Так повторялось до тех пор, пока трепетавшее под рукой Раджа сердце, не выровняло ритм. — Сейчас лучше? Готова ехать? — спросил Ракеш, помогая Вике сесть в машину, а она лишь кивнула.
«Что же ты, ведьма, со мной делаешь?» — себе под нос говорил Ракеш, обходя капот авто. — «Откуда у тебя столько упрямства, что, уже готовая капитулировать, сломаться и сдаться на волю победителя, ты находишь силы все перевернуть, и я сам отказываюсь от трофея, для получения которого приложил столько усилий? Что за наваждение, что я не могу вынести твою слабость и твою боль?»