Выбор (ЛП)

— Позволь мне задать тебе несколько вопросов, — Рейн в последний раз постучала по экрану, затем положила телефон на стол. — Шутки в сторону, ты хочешь проводить больше времени с Беком и Сетом?
Даже если найти несколько украденных часов, чтобы побыть с ними, было почти невозможно, она обожала каждое мгновение с ними.
— Да.
— Есть ли у тебя к ним чувства, которые больше, чем дружеские?
Она думала о них все время, даже когда ей следовало сосредоточиться на гораздо более практических вещах.
— Да.
— Ты можешь представить, что влюбишься в них.
Хэвенли поежилась под удивительно мудрым взглядом Рейн.
— Я не знаю. Я никогда не влюблялась. Откуда мне знать? Но я чувствую, что, возможно, я на полпути к этому. С ними обоими. И это так сбивает с толку.
— Потому что ты не можешь выбрать между ними? Ты хочешь одного больше, чем другого?
— Нет, — она сглотнула. — Я чувствую себя ужасно из-за этого. Они хотят, чтобы я сделала выбор, и я пыталась. Но они оба заставляют меня чувствовать себя прекрасно, но по-разному. Когда я пытаюсь разобраться в своих чувствах, я просто еще больше теряюсь. Чувствую себя несчастной. И виноватой. Что со мной не так?
— Я должна сесть для этого, — Рейн потянулась к Лиаму и Хаммеру, которые помогли ей сесть прямо на диване.
— На несколько минут, — сказал Лиам. — Помни, что тебе сказал доктор.
— Я засекаю время, — Хаммер пристально посмотрел на часы.
— Думаю, мне придется поторопиться, — протянула Рейн. — Послушай, с тобой все в порядке, куколка. Я был там, где ты сейчас. Я знаю, каково это — быть убежденной, что причинила бы меньше боли мужчинам, которых люблю, если бы могла просто принять чертово решение. Я даже попыталась. Я посвятила себя Лиаму… но это не помогло стереть Хаммера из моего сердца. В то время я была смущена и зла на себя, и уверена, что они ненавидели меня за это. Теперь я думаю, что все произошло не просто так. Нет, не все в мире подходят для такого рода отношений. Но мне интересно, так ли это для вас троих. Может, именно поэтому ты не можешь выбрать.
— И еще раз наша маленькая девочка доказывает, что она самая умная, — Лиам ухмыльнулся. — Как я вижу, Хэвенли, у тебя есть два варианта, и ни один из них не будет легким. Если ты не можешь представить себя только с одним из них, как насчет обоих?
— Они терпеть друг друга не могут.
— Они достаточно хорошо ладили до тебя. Ты знала об этом? — спросил Хаммер, приподняв бровь.
Действительно? Она вообще не могла себе этого представить.
— Нет.
— Не исключено, что они вспомнят об этом… в конце концов, — Лиам пожал плечами. — Мы сделали это.
Хаммер кивнул:
— А если они этого не сделают, мы будем рады стукнуть их лбами за тебя.
Будет ли это вообще иметь значение? Возможно, ей удастся украсть еще несколько часов с Беком и Сетом сегодня или завтра, может, даже послезавтра. Но на самом деле она жила от мгновения до мгновения, впроголодь, находясь в страхе каждый день. Было ли у нее время или энергия, чтобы связать себя хотя бы с одним мужчиной, не говоря уже о двух? Боже, она уже тонула в ответственности. Мысль о том, чтобы взять на себя больше, почти сломила ее. Она постоянно принимала решения на грани жизни и смерти для своего отца, зная, что, если она ошибется, это может оказаться фатальным. Добавляя больше такой ответственности, как мужья или дети… Она думала о первой любви, а не о будущем, когда ее сердце связывало ее еще до того, как она прожила хотя бы один день для себя.
— Я думаю… нечестно с моей стороны быть с кем-то из них, — и сказать это вслух было все равно, что вонзить клинок себе в грудь.
— Держись, — сказал Хаммер. — Я уверен, тебе так кажется, потому что все это ново и ошеломляюще для тебя, но ты понимаешь, что вся власть принадлежит тебе? Скажи этим двум тупоголовым, чтобы вытащили свои головы из задниц и поладили. Посмотрим, к чему всё это приведёт.
Если бы на ее плечах уже не лежала полная ответственность за другого человека, который нуждался в каждом мгновении ее внимания и заслуживал каждой капли ее преданности, Хаммер, возможно, был бы прав. Если бы у нее не было мечты и стремления увидеть мир и жить полной жизнью, она могла бы согласиться. Но она сделала это. И оставаться с кем-то из них было несправедливо по отношению к ним обоим.
 
Лиам наклонился и взял ее за руку.
— Если ты не можешь быть полностью с ними, возможно, лучше отступить.
Прежде чем она причинит Беку и Сету еще большую боль. Боже, Лиам действительно мог читать ее мысли. Это было жутко, но у нее было такое чувство, что он один все понимал.
Хаммер повернулся к нему:
— Какого хрена, мужик?
— Лиам? — Рейн моргнула, глядя на него, как будто он сошел с ума.
— Большое вам спасибо за то, что выслушали и поделились своей мудростью. Мне пора, — Хэвенли встала, затем потянулась к руке подруги. — Не вставай из-за меня. Отдыхай. Я позвоню тебе позже.
Телефон Рейн снова зазвонил. Она взяла его и прочитала с большим интересом. Смутное подозрение, что Рейн что-то замышляет, закрутилось у нее в животе. Затем Рейн бросила многозначительный взгляд на Хаммера, явно пытаясь что-то молча передать. Когда Хаммер не понял, она повернулась к Лиаму, и тот поднялся.
Затем кто-то начал колотить в парадную дверь.
Хэвенли ахнула, затем повернулась к Рейн.
— Пожалуйста, скажи мне, что это не Бек или Сет.
— Ладно, это не Бек и не Сет, — Рейн поморщилась. — Это они оба. Они беспокоятся о тебе, а ты кажешься расстроенной. Я подумала, что если ты все расскажешь…
Хаммер наклонился ближе к ней:
— Опять вмешиваешься, прелесть?
— Помогаю, — Рейн повернулась к Хэвенли. — Прости.
Прижав руку к своему дрожащему животу, Хэвенли уставилась на неё. Ее подруга хотела как лучше, и обычно Рейн была бы права… но теперь, когда Хэвенли осознала, независимо от того, как сильно она заботилась о них, что все между ними было невозможно, у нее не было выбора.
Но она не была готова встретиться с ними лицом к лицу.
Слезы жгли ей глаза. Осознание того, что теперь ей придется причинить им боль, разбило ее сердце на миллион кусочков.
Шаги Лиама подсказали ей, что он быстро приближался к входной двери. У нее были секунды, чтобы подготовить несколько слов, попытаться помочь Беку и Сету понять, что она не может быть ничьим опекуном, что она не готова быть чьей-либо женой или матерью. Даже если попросить их притормозить, это не изменит того факта, что они хотели чего-то, чего она никогда даже не понимала. Если бы она все это объяснила, они, вероятно, осыпали бы ее большим количеством слов, усилий, заботы и всего такого, что не изменило бы реальность.
Это должен быть конец.
— Пошли, — Хаммер помог Рейн подняться на ноги. — Давай дадим этим троим поговорить.
Рейн сжала ее руку и пробормотала:
— Позвони мне, — прежде чем они вышли из комнаты.
Позади Хэвенли Лиам открыл дверь. Голоса задавали тихие вопросы. Она почувствовала на себе чей-то взгляд и замерла. Но ее мысли метались. Каждая клеточка ее тела боялась того, что должно произойти дальше.
Они подошли ближе. Она закрыла глаза, из уголков которых выступили слезы.
Две пары шагов сократили расстояние между дверью и ее стороной. Внезапно ее окутало тепло. Мягкая рука обхватила ее подбородок, приподнимая нежно, но твердо.
— Не плачь, малышка. — Бек. Он большим пальцем смахнул слезы, обжигавшие ее щеки.
— Мы устроили пару глупых розыгрышей, ангел. Мы не хотели тебя расстраивать, — Сет взял ее за руку.
— Я знаю. Они больше не имеют значения. — И они не были в курсе всего остального. Но она, казалось, не могла подобрать слов, чтобы попрощаться. Она не хотела этого делать. В тот момент… когда она больше не флиртовала, не целовалась, не испытывала приключений или первых впечатлений. Хуже того, их больше не будет.
 
Ее грудь содрогнулась от рыдания.
— Ангел, черт возьми. Открой глаза.