Выбор (ЛП)

— Нет. Это ты прекрасна. Так ослепительна, что я не могу поверить, что ты стоишь здесь и отдаешь себя нам.
Подняв его руку, она поднесла ее к губам и поцеловала костяшки его пальцев:
— Я счастлива. А как насчет вас, доктор? Могу я осмотреть вас?
Ее колкость заставила его улыбнуться.
— Если ты приглашаешь меня раздеться вместе с тобой, то ответ, черт возьми, да.
Снимая рубашку, Бек с удивлением обнаружил, что у него дрожат руки. Срань Господня, как чертова девственница могла его уничтожить?
Затем, как и в случае с Сетом, она провела кончиками пальцев по его коже. Удивление отразилось на ее лице, когда она сосредоточилась на чернилах, разбрызганных по его правой груди.
— О… Это великолепно. Рыцарь с копьем и щитом?
Дерьмо. Она собиралась задавать вопросы. У него не было ответов.
— Защитник.
— Как и ты. — Она улыбнулась, ее глаза были яркими, голубыми и полными обожания.
Если бы она знала правду, была бы она такой же восприимчивой?
— Что у тебя на внутренней стороне плеча?
Решив, что она будет настаивать на визуальном осмотре его тела, он протянул руку и позволил ей прочитать.
— Я лучше умру на ногах, чем буду жить на коленях. — Ее взгляд метнулся от тату к его лицу. — Что заставило тебя сделать ее?
Опыт.
— О, ты знаешь. Я был молод и глуп. Я подумал, это звучит как хороший девиз для жизни. Это еще не все, — вздохнув, он повернулся налево и обнажил спину.
Она ахнула, и он знал почему. Огромный ангел мести поглотил каждый дюйм его кожи от плеча до плеча, от основания шеи до основания позвоночника. Крылья и руки существа были раскинуты, мышцы перекатывались, языки пламени вились вверх, ярость была на его скелетообразном лице.
— Ух ты, — выдохнула она. — Это, должно быть, было больно.
Так оно и было, но не так сильно, как причина, по которой он ее сделал.
— Я пытался оставаться пьяным большую часть того момента. — Это было правдой, но он надеялся, что юмор отвлечет ее от дальнейших вопросов.
Хэвенли провела пальцами по некоторым крыльям, затем погладила лицо ангела.
— Ты покажешь мне свое плечо?
Избежать этого было невозможно. Он не сказал ни слова, когда попытался показать ей изображение молодой женщины, прижимающей цветы к груди, с распростертыми крыльями, с лицом, покрытым следами от слез.
— Прежде чем ты скажешь что-нибудь еще, малышка, мы потратили много времени, рассказывая наши истории, и недостаточно времени в поцелуях с тобой.
Самоуничижительный смешок сорвался с ее губ.
— Мне было действительно любопытно.
— Ага.
— И… вы были действительно терпеливы, не так ли?
— Угу.
— Настолько, насколько это возможно, — добавил Сет. — Теперь я думаю, тебе пора раздеться и посмотреть, сколько раз мы сможем заставить тебя кричать.
— Вот именно, — Бек скинул обувь.
Сет стянул штаны. Бек последовал его примеру, осторожно расстегнув молнию и зашипев от облегчения, когда его ноющий член вырвался на свободу. Сет сделал то же самое, когда вытащил свой член из одиночной камеры.
У Хэвенли отвисла челюсть. Она окинула их голодным взглядом.
— Подождите. Вы хотите сказать, что я не могу исследовать — ее взгляд упал на их члены — их? Это несправедливо.
— Нравится то, что ты видишь? — Бек сжал в кулаке свой стояк и со смехом погладил себя.
— Да, — выдохнула она, ее взгляд был прикован к ним.
— Мы бы тоже хотели насладиться, глядя на тебя. Но мы должны увидеть всю тебя, — Сет приподнял бровь. — Заканчивай раздеваться.
— О. Верно. — Она отрывисто кивнула и сняла туфли, прежде чем стащить брюки со своих стройных ног и отбросить обувь.
Она была обнажена, и он мгновенно почувствовал в воздухе запах ее киски.
Бек напрягся. Его член напрягся. У него закружилась голова. Если он быстро не прикоснется к ней ртом, то сойдет с ума.
— Смилуйся… — Сет сделал глубокий вдох.
Как будто их мысли были запрограммированы, они начали кружить вокруг девушки.
Осматривающие.
Оценивающие.
Запоминающие.
Хэвенли слегка вздрогнула. По ее коже побежали мурашки.
Бек провел пальцем вниз к выпуклости ее груди, очертил круг вокруг ее туго натянутой ареолы и ущипнул кончик.
 
— Хорошенькая.
В то же время Сет опустил пальцы к треугольнику ее золотистых кудрей.
Хэвенли вздрогнула, сделав неровный вдох, который превратился в дрожь, когда Бек взял ее сосок в рот. Она погрузила пальцы в кожу его головы, крепко прижимая его к груди.
— Тебе хорошо? — потребовал ответа Сет.
— Да, — её тихое шипение превратилось в стон.
Она извивалась под их прикосновениями, и Бек подозревал, что пальцы мужчины теперь делали с ее пушистыми кудрями больше, чем просто исследовали.
Он улыбнулся, прежде чем нежно прикусить ее сосок и потянуть. Она тихонько взвизгнула. Он успокоил ее жжение, облизывая ее своим языком. Когда он проделал то же самое с другим, она наградила его прерывистым выдохом.
Он бы с радостью полакомился ее мягкими сиськами подольше, но когда дыхание Хэвенли начало учащаться, Бек не смог удержаться, чтобы не подразнить ее:
— Сет трет твою киску, малышка?
Она ответила мечтательным стоном, извиваясь в напряженной руке мужчины.
Ее ответ был совершенно очарователен… но не тот словесный ответ, которого, как она знала, он ожидал. Отведя руку назад, он резко шлепнул ее по ягодице. Ощущение ее мягкой плоти, податливой под его рукой, и удовлетворенное покалывание, скользнувшее вверх по его руке, заставили Бека почти зарычать.
Глаза Хэвенли распахнулись, и она завизжала:
— Что за…
— Ты не использовала слова.
— Нет, но она только что оставила чертову лужу у меня на руке, — Сет послал ему торжествующую ухмылку.
— Прямо сейчас?
— О, да.
Бек обхватил ладонями затылок Хэвенли.
— Хочешь, чтобы я еще немного отшлепал тебя, малышка?
— Я-я не знаю… почему….
— Почему из тебя хлынул этот поток сладких сливок? — Сет ущипнул ее за плечо.
— Нет, — Хэвенли опустила ресницы, как будто слишком смущенная, чтобы смотреть им в лицо.
Бек шлепнул ее по заднице чуть сильнее.
— Ай! — она сжалась от удара.
Но когда он снова провел рукой по ее разгоряченной плоти, она так сладко вздохнула.
— Неумение использовать слова недопустимо. Как и скрывать свои чувства, — упрекнул Бек. — Открытое, честное общение. Помнишь?
— Да.
Боже, он умирал от желания отшлепать ее, просто чтобы почувствовать ее под своей ладонью и посмотреть, как сильно ее возбудит красная задница. Но сейчас было не время. Когда ее будет устраивать правила и ее ожидания, когда она будет уверена в том, что между ними она в безопасности… Тогда? Черт возьми, да.
— А теперь отвечай на вопрос, — он понизил голос: — Ты хочешь, чтобы я остановился?
— Я предлагаю тебе ответить честно. Я чувствую, как ты разливаешь мед, как переполненный улей, — добавил Сет. — Даже если ты не уверена, хочешь ли большего, твоё тело знает. Шлепки Бека возбудили тебя.
— И мы в восторге от этого.
— Правда?
— Хм, — промурлыкал Бек ей в шею. — Знаешь, Купер, было бы ужасно позволить всем этим драгоценным сливкам пропасть даром.
— Чертовски ужасно. Ложись на кровать, Хэвенли. — Сет пересек комнату и сдернул одеяло.
— Я думаю, он встревожен, — прошептал Бек ей на ухо.
Хэвенли удостоила его мягким, застенчивым смешком.
Заправив прядь волос ей за ухо, он растворился в ее глазах, загипнотизированный серебристыми полосами, окружающими глубокую лазурь.
— Он не единственный, кто потерял терпение.
Она положила свои нежные ладони ему на плечи:
— Я хотела твоего прикосновения, даже когда думала, что ты никогда не посмотришь на меня дважды.
 
У Бека перехватило дыхание. С первого раза, когда она подняла эти ресницы и посмотрела на него снизу вверх, она разбудила его сердце. С тех пор она изменила его, заставила захотеть быть лучшим, более мягким мужчиной… таким мужчиной, которого она могла бы любить.