Выбор (ЛП)

— Дважды. Но особенно я должен извиниться перед тобой за то, что вчера вечером выболтал свое личное на кухне моей сестры. Я не хотел смущать тебя или рассказывать о твоих делах там, где кто-нибудь на вечеринке мог подслушать.
— И у тебя хватает наглости называть Рейн нарушительницей спокойствия, — упрекнула Хэвенли. — Как ты узнал, что я работала в «Базукас»?
— Хорошая детективная работа, — Ривер расхорохорился, потом рассмеялся. — И удача. Когда я позвонил ребятам раньше, чтобы извиниться, и они сказали мне, где они высадили тебя на смену, я выходил из спортзала неподалеку, поэтому решил заскочить в пиццерию и извиниться лично. Когда я добрался туда, я увидел, как ты уходишь от «Пеппи-И-Рони».
— Мы видели, как ты вошла в пиццерию, — указал Сет.
Хэвенли кивнула:
— Я знаю. Я пробыла там около десяти минут.
— Другими словами, достаточно долго, чтобы мы могли покинуть этот район? — Бек приподнял бровь, глядя на нее.
Она кивнула и послала ему легкую гримасу.
— Я последовал за тобой, — сказал ей Ривер. — Представь мое удивление, когда ты вошла в «Базукас». Когда ты не вышла, я заглянул внутрь и увидел тебя в твоей… эм, униформе. Поскольку я уже однажды нарушил кодекс парня, я перезвонил Беку и Сету и пригласил их присоединиться ко мне за пивом, — Ривер устремил выжидающий взгляд на Сета. — Я получил эту работу?
— Конечно. Ты нанят. Теперь езжай.
— Куда? — спросил Ривер.
— В мою квартиру, — Бек попытался подавить свое нетерпение.
Хэвенли сложила руки вместе и нервно провела большим пальцем по пальцам. Долгие минуты густой тишины тянулись в машине. Она нарушила его своим мягким голосом:
— Я знаю, что вы оба сейчас расстроены из-за меня, и…
— Мы не в восторге. Но мы никуда не уйдем, — Сет переплел свои пальцы с ее.
Бек схватил ее за другую руку и провел большим пальцем по ее запястью:
— Позже мы поговорим о том, что произошло сегодня. Прямо сейчас есть кое-что более важное.
Она напряглась, по ее лицу пробежала тревога.
— Остановись, — предостерег Бек. — Мы не уходим, не выгоняем тебя и даже не просим тебя вернуть нам деньги. Выбрось эти страхи из своей сексуальной головки.
— Мы просто собираемся открыть больше линий связи, — заверил Сет. — Так что у нас больше нет никаких… сюрпризов.
— Хорошо, — Хэвенли опустила ресницы и кивнула.
— Есть ли что-нибудь — большее, меньшее или кажущееся незначительным — что ты все еще скрываешь от нас? — подтолкнул Бек.
Она покачала головой.
О, нет. Если бы они собирались выпустить свой флаг извращений, то усиление правил началось бы здесь и сейчас.
— Мы ожидаем устных ответов, малышка.
Она резко подняла на него взгляд. Да, она помнила, как он заставлял ее говорить каждый ответ у Анджело, когда связывал ей запястья.
«Нет. Вы знаете все мои секреты».
Его нервы звенели, как сигнал с вышки сотовой связи. Они с Сетом обменялись задумчивыми взглядами, когда в воздухе повисла еще одна неловкая тишина.
— Вы двое начинаете меня пугать. Что за серьезные выражения на лицах? Что происходит?
Этот приватный разговор на заднем сиденье грузовика Ривера не был его первым выбором, но брат Рейн уже знал об их странностях. Кроме того, Хэвенли решила дать ему право на ее девственность, так что он не должен заставлять ее слишком стесняться.
— Мы тоже должны быть честными, — Сет сжал ее руку. — Я знаю, что ты ходила с Беком на выставку БДСМ-искусства. Он сказал, что вы двое хорошо провели время.
Она уставилась на них обоих так, словно они были с Марса.
— Да.
— Это было познавательно, ангел?
Румянец пополз по ее щекам.
— Я… это определенно заставило меня задуматься о вещах, которых у меня никогда не было.
— Некоторые из этих работ тебя возбудили, — заметил Бек. — Твой пульс участился, дыхание замедлилось, глаза расширились, и я почувствовал запах твоей сладкой киски.
Глаза Хэвенли расширились:
— Ты действительно наблюдал за моей реакцией?
— Я отметил каждую дрожь и вздох.
— Н-но… — Внезапно она, казалось, столкнулась лицом к лицу с неизбежной правдой и судорожно сглотнула. — Ты увлекаешься этим?
 
— Мы оба, — подтвердил Сет, взяв ее за подбородок и повернув лицом к себе.
О Боже.
— Мы говорим это не для того, чтобы напугать тебя, — объяснил Бек. — Так мы ожидаем, что ты будешь честна с нами…
— И правда отныне будет абсолютной. Больше никакой лжи, — строго прервал его Сет.
— Никогда, — Бек кивнул. — Это означает, что мы должны быть абсолютно честны с тобой.
Легкая дрожь пробежала по ее телу.
— Я не знаю, что сказать.
— Тогда слушай. Есть правила. Как сказал Сет, человек всегда говорит правду, — начал Бек. — Еще одна вещь, которая священна, — это анонимность. Ты всегда соблюдаешь конфиденциальность личности тех, кто ведет такой образ жизни.
— Так что ты не можешь говорить о склонностях Бека в больнице. Это может разрушить его карьеру. Ты понимаешь? Мы делимся с тобой нашим секретом и верим, что ты его сохранишь.
Хэвенли моргнула:
— Рейн, Лиам и Хаммер. Они… тоже увлечены этим?
Двое мужчин обменялись взглядами. Наконец Сет пожал плечами:
— В то утро, когда Билл напал на Рейн, этот гребаный диктор новостей фактически сообщил об этом всему миру.
— Верно, — отрезал Бек. — Невежественный придурок.
— Итак, ответ "да"? — спросила Хэвенли.
— Рейн, Лиам и Хаммер — да, — подтвердил Бек. — Хаммер владеет БДСМ-подземельем здесь, в Лос-Анджелесе. В котором я состою.
— Подземельем? — спросила Хэвенли
— Да. И Рейн работала на него в течение многих лет. Он взял ее с улицы и вроде как… удочерил, когда ей было семнадцать, но он никогда не прикасался к ней до нескольких месяцев назад.
Сет кивнул:
— Я встретил Лиама и Хаммера в БДСМ-клубе в Нью-Йорке много лет назад.
— Вау, — Хэвенли выглядела ошеломленной. — Это… Вау. И Рейн, она…
— Она сабмиссив.
— Я думаю, это объясняет, почему вы четверо такие чертовски властные…
Несмотря на напряжение, Бек рассмеялся:
— Я не властный, — Сет выглядел слегка оскорбленным.
— О, нет. Никогда, — она хихикнула, затем спрятала ухмылку.
Ее поддразнивание было намного ближе к принятию, чем ожидал Бек, особенно так быстро. Конечно, они еще не дали ей достаточно информации, чтобы по-настоящему понять, во что она может ввязаться. У Хэвенли был бы еще миллион вопросов, но его страх, что она мгновенно убежит в ужасе, развеялся.
Она посерьезнела:
— Что теперь будет?
— Все, что ты захочешь, — пообещал Бек. — Мы можем вернуться в квартиру и исследовать то, что тебя возбуждает. Или мы можем взять что-нибудь выпить, посидеть на балконе и послушать океан. Как и женщины на изображениях, которые ты видела в галерее, в конечном счете, вся власть принадлежит тебе.
— Ты говоришь так, но… — она пыталась подобрать слова. — Что это значит? Как все это работает?
— Хорошие вопросы, — похвалил Сет. — БДСМ — это просто обмен властью. Доминант и сабмиссив строят свои отношения на основе честности, доверия и общения. Ты, как сабмиссив, соглашаешься передать свой контроль нам, Доминантам. Границы и стоп-слова дают тебе возможность остановить все, если ты напугана, или подавлена, или…
Бек откинулся на спинку сидения и слушал, как Сет объясняет динамику их девушке. Он гладил ее руку, наблюдал за ее лицом и надеялся, что, черт возьми, это сработает.
Во многих отношениях он тоже начинал бы с нуля. Обычно к тому времени, когда сабмиссив находила его, она проходила свой путь просветления и становилась достаточно самосознательной, чтобы жаждать прочного края, которым он обладал. Хотя Хэвенли могла когда-нибудь оказаться на этом перекрестке, Бек отказался возлагать на это свои надежды. Вместо этого он вложил бы всю свою душу в то, чтобы помочь Хэвенли расти и цвести — и наслаждаться, черт возьми, путешествием.
 
— Так много всего что нужно принять, — прошептала Хэвенли.