Брачное злоключение, или Берегите крылья, ректор (СИ)

— Не думаю. Но я лишний раз смог засвидетельствать свою готовность идти навстречу правосудию. Благодарю за поддержку, Верея.
— Это мой долг, — сказала я, чтобы не множить пауз и не создавать тем самым напряженных моментов.
Мы расстались взаимовежливо и я погрузилась в пучину знаний вновь.
До конца учебного года все было обыденно. Мы с Ксандрой сумели научить Линкса нескольким интересным трюкам. Например, конфеты разворачивать и нам подавать. Самому ему нельзя шоколад и тянучки, которые мы обожаем. Нет, он всегда тянул свой нос попробовать лакомство, но тут же по этому носу легонечко получал. Иногда мы угощали его печеньем, а в остальное время следили, чтобы не наелся человеческой еды. Между прочим, после новогоднего бала крошка болел несколько дней. От обжорства и неподходящей ему пищи.
С Трапери мы встречались мимоходом, каждый раз изображая дружелюбие. Больше пока от нас ничего не требовалось.
Отчет о предварительных слушаниях по делу Трапери–младшего опубликовали все газеты. Конечно же, с нашей совместной магографией. Я трогательно держала Даниэля под руку и заглядывала ему в лицо как будто бы с надеждой. Мы в этот момент выбирались из зала суда и мне показалось, что каблук сломался от того, что я быстро и неудобно поставила ногу. Так что очень удачное вышло изображение, да.
Приговора Аарону не вынесли, как Даниэль перед этим и говорил. Постановили удерживать его в Думсвере и дальше, продолжая поиски Ключа Металла. Поднимался вопрос применения более жесткого магического воздействия. Ментальных пыток, например. Этот вопрос отправили на урегулирование с королем. Даромния у нас очень демократичная и нельзя даже преступников подвергать неоправданной жестокости. А оправдать ее мог только Адриус.
Такие решение просто так не принимаются, поэтому король собрал три совета. А потом, по их итогам, еще один.
К тому времени, как мы сдали переводные экзамены, власть имущие мужи постановили: учинить над подозреваемым Аароном Трапери ментальный допрос с особым пристрастием, если ситуация в королевстве станет близкой к критичной. Снова испортится погода или начнутся еще какие–то катаклизмы. Пока же на расследование этого сложного дела выведены лучшие детективы королевства.
Надо сказать, лето к нам пришло по графику. Оно было не таким жарким, как обычно, что даже больше устраивало жителей королевства.
Сдав экзамены, я вернулась домой. И душа моя возрадовалась, стоило увидеть то самое фортепиано. Даже занятия музыкой, пару лет назад заброшенные, возобновила!
Вот так я и сидела в один из летних вечеров, самозабвенно извлекая мелодию из великолепного инструмента, когда вдруг спиной почувствовала, что уже не одна. Но меня это не напугало, папа частенько заходил в гостиную, чтобы послушать, как я играла. Поэтому я сказала, не оборачиваясь:
— Если не трудно, принеси, пожалуйста, стакан лимонада. Не хочется отвлекаться.
— Совершенно нетрудно, но я еще не настолько знаком с вашей планировкой помещений, — ответил мне голос Трапери.
Я замерла, будто по команде. И он тут же заметил:
— Жаль, что вы прервались. Мне очень понравилось ваше исполнение.
Пришлось повернуться к нему и поздороваться.
— Извините, Даниэль, я не знала, что вы решите нас сегодня посетить.
А к нам уже спешила моя мама, я слышала ее шаги на лестнице. И оханье. Конечно, такой видный гость пожаловал. Интересно, сам прилетел на крыльях…э-э. э…. себя, или транспортом?
— Я и сам не знал. Но завтра состоится важный прием, на котором я должен пристутствовать со своей невестой. И к тому же, пора обсуждать нашу свадьбу.
— Здравствуйте, господин Трапери! — это мама до нас, наконец, добралась. — Разрешите предложить вам легкий ужин!
— Буду очень вам благодарен, госпожа Оллистер.
Какие приятные, воспитанные люди! Душа радуется. За них. Я же вновь мыслями вернулась к предстоящим переменам в жизни. И начнутся они уже с завтрашнего дня.
  
ГЛАВА 26. Открытие
 
Признаться, я люблю приемы, когда они не скучные. Хорошие тематические вечеринки тоже обожаю. Да и в центре внимания находиться не против, только в хорошем смысле, а не когда тебя рассматривают чуть ли не в подзорную трубу. А именно так и было, стоило нам с Даниэлем появиться вместе.
 
Только за июнь мы побывали на восьми светских раутах. На моем лице застыла привычная вежливая улыбка. Глаза послушно приняли вечное доброжелательное выражение, а при взгляде на жениха — слегка влюбленное.
«Доченька» — увещевала меня мама, — «Даниэль не так уж и плох… хотя… он вообще никак не плох! Умный, красивый, изысканный мужчина. Пусть и с крыльями».
Я не очень понимала, что она имела против крыльев. Скорее всего, находила их неудобными.
Как ни странно, больше всего меня поддерживал сам Трапери. У него оказалось вполне приятное чувство юмора. Да–да, вовсе не всегда он язвил с мрачным и высокомерным видом. Вполне мог подмечать смешные подробности вечеринок.
Как–то раз, уже в июле, мы возвращались с очень уж скучного приема. Один из преподавателей Академии выпустил научный труд на тему «Развитие у студентов чувства ответственности за свою магию». Событие значительное, но не самое веселое.
— Как вам сегодняшнее развлечение, Верея? — спросил меня Трапери, пока экипаж ехал к моему родовому гнезду.
Развлечение? Признаться, я там чуть не уснула в один момент. Но говорить об этом ректору не хотелось. Поэтому я сказала:
— Весьма познавательно.
— Правда? — удивился Даниэль. — А я себя изо всех сил удерживал, чтобы не зевнуть. Но раз вас так увлек этот визит, надо напроситься еще на две похожих презентации. И постараюсь там не задремать. Или хотя бы не храпеть.
Я удивленно посмотрела на него. Трапери выглядел очень серьезным. Видимо, мое лицо было настолько удивленным, что он вдруг рассмеялся. Задорно, как мальчишка.
— Что? — поинтересовался он тремя минутами позже. — По–вашему, я поклонник дискуссий о пользе нравственных бесед с юными колдунами?
— Нет, — я помотала головой, — просто вы открываетесь с неожиданной стороны. Я думала, вы…
— Зануда? — подсказал он. — Старый крылатый хрыч?
— Вроде того, — неожиданно сама для себя согласилась я и уже не смогла сдержать смеха.
Так мы оба и хохотали. Глупо, по–детски. Но при этом мне стало вдруг тепло и спокойно. Ректор Трапери окончательно перестал мной восприниматься как крылатая ледяная статуя.
Смахивая набежавшую от смеха слезу, я слегка прислонилась лбом к его плечу. И сразу же ойкнула, отстранившись.
Даниэль вдруг протянул руку, его пальцы коснулись моего подбородка, приподняли лицо. Я толком и не поняла, как случилось то, что случилось…
Он наклонился ко мне, и его губы накрыли мои. Поцелуи были легкими, почти невесомыми, мы оба не дышали. Кажется, и время замерло на несколько минут. Не отдавая себе отчета в том, что делаю, я потянулась к нему навстречу, прильнула крепче, закрыв глаза.
Моя душа словно взмыла ввысь, в голове не осталось ни единой мысли, только странный восторг и огромная нежность. Не к Даниэлю, а ко всему миру. Хотелось раскинуть крылья, которых у меня сроду не было, и взлететь.
Он прошептал мне прямо в губы:
— Пора выходить, экипаж стоит уже давно. Скоро возница пойдет проверять, все ли в порядке.
Голос его звучал хрипло.
Как неловко вышло! Или нет? Ведь мы просто целовались с женихом. Официальным «почти мужем». Совладав с дыханием, я кивнула и рванулась с сиденья. Ноги подкашивались так, что Даниэлю пришлось подхватить меня.
Проводив до двери, он улыбнулся, вежливо попрощался и отправился назад в экипаж.
Я испытала двойственное чувство. С одной стороны, облегчение от того, что он не поцеловал меня вновь и мы избежали неловкой ситуации.
С другой… он не поцеловал меня. Почему? Ведь это было бы логично, что ли. И может даже правильно, после того, что между нами произошло.
Неужели я влюбляюсь в Даниэля Трапери?