S-T-I-K-S. Феррум 3: Стаб (СИ)

— Как тут можно что-то гарантировать? Умирать не собираюсь. Сделаю все, чтобы уцелеть, — пожал плечами Ферр.
— Он сделает его как щенка, — едва не подскочила со стула Панда, уверенная в своём опекуне больше, чем в самой себе.
Так и подошло время отправляться на бой. Несмотря на то, что Феррум жил в Каменистом уже приличное время, на арене до этого ни разу не бывал. Раньше его никто не вызывал на дуэли и ему для этого весомого повода никто не давал. И кровавые зрелища мужчине не особо нравились. Вполне хватало крови на стандартных кластерах. Так что даже становиться зрителем дуэли людей, с о чём-то говорившими окружающим именами, желания не имелось никакого. Хотя любители этого дела в городе имелись. Даже билеты на зрительские места продавались и свой тотализатор был. Ему раньше несколько раз попадались зазывалы на внезапную дуэль и иногда попадались объявления с запланированными на какой-то день боями.
Панда, Джи, Копыто и Бугай вошли через обычный вход и отправились на зрительские места. Им даже пришлось заплатить по спорану с лица, за вход. Бой был почти внезапным, и дрались малоизвестные люди, так что устроиться на полупустых лавках им проблемы не составило. К четверке комитетских, сегодня переодевшихся в обычный камуфляж с примесью гражданской одежды, почти сразу подошел сначала лоточник с выпивкой и закусками, а потом букмекер. Покупать они ничего не стали, а вот ставки сделали, о чем получили соответствующие квитанции. Ставили, разумеется, на своего товарища, поскольку мало того, что иначе было бы не этично, так еще и в его победе они были почти полностью уверены.
Феррум и Ман расстались с товарищами еще на улице и направились к входу для участников обслуживающего персонала и участников дуэли. При желании дуэлянты могли спуститься на арену и с трибун, но освидетельствование проводилось в подтрибунных помещениях. Так же, после этого участник дуэли обязывался постоянно находиться на глазах у специально отведенного человека, дабы исключить возможность какого-либо укола и свести к минимуму возможности иного воздействия. Конечно, с проходом через трибуны вероятность, что кто-то получит допинг, увеличивалась, но на такой проход случался только с согласия обоих дуэлянтов. Предполагалось, что они осознают риски, да и ответственность за нарушение правил почти священного и часто судебного боя никто не отменял. Это как минимум изгнание. Для случаев мухлежа в поединках, не предполагающих смерти одного из участников. Например, до первой существенной раны или просто до первой крови. Если же поединок смертельный, то за нарушение правил и наказание очевидное.
Еще на входе старшину обыскали, чтобы не забыл сдать чего-нибудь не положенного. Манекена обыскивать не стали, но оружие сдать попросили вместе с аптечкой. Непреклонные работники арены обещали, что тут ничего им не грозит и напоминали, что таковы правила Ристалища. Именно такое имя собственно закрепилось за местной ареной. Разоружённых людей провели в комнату, где будущего бойца посмотрели приглашённые специалисты. Сначала знахарь. Потом ментат. В качестве знахаря оказался Весельчак, но вести дружеские беседы с ним времени у Ферра не нашлось.
— Всё в порядке, — закончив процедуру, сказал ментат, имени которого старшина не знал.
— А у нашего оппонента? — тут же спросил, присутствовавший на протяжении всей беседы и даже подсказавший пару вопросов Манекен.
— Всё нормально. Никто ему за дуэль не платил, никак не принуждал. В общем, с моей стороны все чисто. Режьтесь в свое удовольствие, а я с трибуны гляну и то, что мне ристальщики заплатили, поставлю на этого парня. На черномазого коэффициент выше, но сомневаюсь я что-то в его победе, как и букмекеры. Все знают, что он комитетский, — живой детектор лжи почти обвинительно указал на дуэлянта и добавил. — Неужели простого рейдера зарезать не сумеет?
— Слышал Ферр? — приподнял одну бровь, глядя на зама Ман.
— Я так понял теперь мне прямо вообще никак проигрывать нельзя. Уроню честь мундира и в плохом свете выставлю всех бойцов комитета, — с грустной иронией усмехнулся бывший милиционер.
 
— Да нет. Я не к этому, — командир группы помахал рукой в знак отрицания. — Это было и до этого. Тут ничего не изменилось. Я про оперативность работы. Ты конечно не секретный агент и информацию о тебе кое-какую собрать можно. Однако заметь, что букмекеры успели навести справки. Уверен, что они даже о твоей тренировке с Утюгом знают, — его указательный палец назидательно поднялся вверх.
— Если тут замешан Утюг, то точно ставлю на тебя, — ментат кивнул Ферру.
— Ты там не звизди если что, лишнего за пределами комнаты, — сурово глянул на живой детектор уполномоченный комитета.
— Да я что, не понимаю что ли? Или первый раз с комитетом работаю? — возмутился ментат, махнул рукой и ушел, только что дверью не хлопнув.
— Обидчивый бля, — прокомментировал Манекен.
— Видимо, этот Утюг знаменитость, — предположил с некоторым удивлением Феррум, ранее ничего не слышавший о данном человеке.
— На арене, на бои с ним, запрещено принимать ставки. Хотя дрался он тут последний раз с год назад, — пожал плечами, вроде бы все объяснив, но не углубившись в подробности Ман.
— Значит серьезный тип, — поджав губы, прокомментировал старшина.
— А ты что скажешь про нашего сегодняшнего оппонента? — уполномоченный обратился к еще не покинувшему комнату, улыбчивому знахарю.
— Ничего не обычного, — пожал плечами тот и, не убирая улыбки добавил. — Про дар ничего его не расскажу. Тем более он не боевой и поединок вообще без даров.
— Может нимфа? — подумал вслух Манекен, не обративший на не относящиеся к делу слова знахаря никакого внимания.
— Я ничего такого не почувствовал, — пожал плечами Весельчак, но на этот счет можно было не обольщаться, ведь все помнили, что он не почуял закладок нимфы, сделанных Ферруму и Грифу на болоте.
— Вот что Ферр. Друзей мы его обязательно допросим, но они могут быть не в курсе. Ты, если получится, постарайся не убивать черного, — командир увидел, что подчиненный готов возмутиться, но остановил его жестом. — Я понимаю, что дуэль насмерть, а Утюг из тебя супер специалиста сделать не успел. Просто не убивай, если будет возможно. Не добивай специально. Ты же можешь пощадить раненого врага? Весельчак его потом откачает, — Ман закончил и с интересом в глазах уставился на подчиненного.
— Только если будет возможно, — обреченно выдохнул Феррум, которому и самому очень хотелось переговорить с Углем с глазу на глаз, а, пожалуй, лучше в присутствии опытного дознавателя комитета.
— Здравствуйте, я распорядитель арены, — в помещение ворвался юркий низкорослый тип. — Сражаться будете вот на таких ножах, — он вручил отчего-то Манекену, а не Ферруму столь внушительный боуи, что и Рембо вместе с Данди обзавидовались бы на пару. — Нужно раздеться до пояса. Штаны чтобы тоже были обычные, никакой ткани, не берущейся ножами. Никакого кевлара и никаких вставок. Обувь тоже придется снять. Как выйдете на арену, можете отойти от входа, а можете не отходить. Нападать сразу нельзя. Выдержите три — четыре секунды, чтобы противник мог сориентироваться. Ни в коем случае не пытайтесь применит дары. У нас нет достаточно мощного гасителя, чтобы их отключить на всей арене, но есть человек, который обязательно заметит использование и это будет смертный приговор, независимо от положения, чина и задействованного дара, — распорядитель вроде закончил, но смотрел по-прежнему не на участника дуэли, а на его командира.
— Я все понял, — сказал Ферр и забрал у Манекена нож.
С такой бандурой он обращаться не привык. Еще чуть больше и это был бы самый натуральный меч. Ему бы его Клык. Нож из когтя скреббера сам просился в руку и без шуток являлся продолжением Феррума, а тут какая-то железяка. Ей если кинуть и попасть рукояткой в голову, то возможно все равно убьешь. Почти кирпич. Силикатный.
Чтобы привыкнуть к нешуточному весу, непривычному балансу и тому, как рукоятка сидит в руке старшина взмахнул перед собой ножом наискосок, сверху вниз. Сначала слева направо, а потом справа налево. Получилось воображаемый крест. Еще взмах и еще. Тяжёлый нож если подумать, то не так плох, как ему показалось. Им можно рубить почти как топором. И секущие удары вроде ничего получаются. Главное, чтобы противник не был привычен к такому оружию, а то у него может получиться лучше.