Сирена и Василиск (СИ)

— И как результат — подтвердилось то, что с обычными людьми мы не совместимы, ты это хочешь сказать?
— Но малышка…
— Кто знает, возможно твоя подружка просто нашла брошенное гнездо. Ведь она птица, и в первую очередь в ней живет инстинкт.
— Нет. Я чувствую в них что-то. Что-то родное. Ты наверное то-же.
— Да, но я даже представить боюсь, что за птенцы у нее появятся. И самое главное где она нашла партнера. И что нам ожидать. Может, есть еще те, кто подвергся изменениям?
— Нет, в том то и дело. Нас только трое. Некоторым неблагоприятным изменениям подверглись те, кто принимал те наркотики. Но вещество, используемое там, было искусственно синтезировано, на основе оригинала. Таких последствий как у нас, больше ни у кого нет.
— Не будем гадать, просто понаблюдаем. Но у меня вопрос.
— Слушаю.
— Почему именно моя кровь?
— Ты же сам слышал, моя слишком концентрирована. Во мне этой дряни столько, что я вообще выжить не должна была, по его словам. — девочка указала на мужчину, который сейчас без сознания лежал в кресле. — К тому же я смешала свою кровь с другими, но она сворачивается мгновенно. Даже кровь Малышки. Только твоя кровь давала хоть какую-то надежду на совместимость. В твоем же случае, два вида крови давали обнадеживающий результат. Все же концентрация вещества в тебе гораздо ниже. Но ты сам слышал результаты.
— И все же есть какие-нибудь предположения?
— Ты не задавался вопросом, почему сейчас таких как мы просто нет?
— Никто не выжил?
— Ты сам видел то, что было найдено в том могильнике. Так что выжившие были.
— Так какое у тебя предположение?
— Ты ведь слышал, что сказал Артем Игоревич? Что концентрация вещества в моей крови превышает начальную в десятки раз.
— И?
— Ты действительно думаешь, что в тех лабораториях были только десятки образцов?
— Хочешь сказать…
— Этого вещества было гораздо больше. Но сейчас, каким-то образом, его количество в моей крови уменьшилось. И сильно. Это лишь мое предположение, но возможно со временем, его концентрация уменьшится настолько, что нам больше не придётся опасаться того, что мы можем причинить вред окружающим. С момента, как все случилось, прошло почти три года. Напомни-ка, сколько времени прошло с тех пор, как они прекратили опыты над животными?
— По имеющимся данным, около пяти лет назад. А твою подружку изменили около семи лет назад.
— Это все только подтверждает догадку. Думаю, стоит взять образцы крови сейчас, а потом через несколько лет сравнить. Может для нас не все потеряно? Возможно появление птенцов связано именно с этим?
— Все ещё надеешься, что мы сможем жить как обычные люди?
— Вряд-ли. Но иметь возможность обнять дорогих людей не опасаясь, что причинишь им вред, много стоит. Ладно, давай приберёмся здесь. И пойдем назад. Не хочу еще больше насторожить твоего отца.
— Тебе тяжело находиться в этом доме да?
— Мы ведь ненадолго, как-нибудь потерплю. Все равно в свой дом, я вернуться не могу. — Девочка повернулась к столу и стала собирать результаты и образцы, с которыми работал ученый. Видя, что она не хочет продолжать разговор мужчина не стал настаивать. Решив, что уже утром отвезет ее в новый дом, который он приобрел. Дом, в котором она так нуждается.
Убрав все следы собственного пребывания, а также проведенного исследования, заменив данные и результаты исследования на более безобидную информацию, они исчезли из лаборатории. Как только они покинули охраняемую территорию, застывшее изображение на экране у охраны сменилось реальным. Где в данный момент за рабочим столом спал мужчина в белом медицинском халате.
  
Глава 43
 
Документы обо всех исследованиях, проведенных в лаборатории, Алина получила на следующий день. Впрочем, ничего нового она не увидела. Девочка успела пересмотреть все еще в кабинете ученого. Но рассудила, что в будущем эти данные ей пригодятся. Больше полагаться на чужое мнение девочка не хотела. Решив для себя изучить медицину, для того, чтобы следить за проявлениями всех аномалий своего организма, и всеми изменениями, которые происходили с Михаилом. Если ее предположения подтвердятся, возможно, будет еще возможность прожить эту жизнь счастливо.
 
Разумеется, работать в сфере медицины она не хотела и не могла, все же любая оплошность могла привести к трагическим последствиям. Но для них самих, эти знания могли стать просто необходимыми. С этими мыслями, девочка прожила еще несколько дней, пока не почувствовала резкое желание посетить свою подружку. И судя по тому, что по дороге к сараю, она встретила Михаила, не ее одну. Судя по ощущениям, они испытывали не самые приятные чувства. Бросившись вперёд, они ворвались в помещение и застыли от происходящего. Из трех яиц лежащих в гнезде две были разбиты. И около них лежали безжизненные тельца птенцов. Судя по деформированным тельцам, выжить они не могли. Сокол, в это время пытался разбить третье оставшееся яйцо, но, не смотря на силу ударов, оно не поддавалось.
Увидев, что Алина и Михаил появились в помещении, сокол с жалобным криком устремился к девочке. Больше не было агрессии. Только ощущение невероятной тоски. Мгновенно, девочка погрузилась в воспоминания птицы. Она почувствовала радость сокола, когда появились первые трещины, но радость продлилась недолго. Так как только вылупившиеся птенцы начали первую трансформацию. Такую же, что они пережили сами. И для них она оказалось смертельной. Птица жалобно свернулась на ее плече. Тогда Алина пригляделась к третьему яйцу, и изумленно потянулась к нему, только сейчас заметив, что скорлупы нет давно. А то, что перед ней напомнило то твердое вещество, в котором проходил изменения Михаил. Птица опять встрепенулась, но Алина направила ей образ того что было с мужчиной. Только тогда сокол успокоился.
С телами птенцов нужно было что-то делать. Хоронить их было нельзя. Неизвестно, что будет, если какое-то животное откопает их. Пришлось опять успокаивать сокола. Только мысленно показав, как дикие животные раскапывают и утаскивают птенцов, она наконец смогла заставить птицу принять тот факт, что тела надо сжечь, при этом не вызывая ее агрессию. Это заняло некоторое время. И лишь спустя несколько часов, они смогли сжечь тела и зарыть поглубже прах.
Еще где-то неделю спустя, появились трещины на панцире, сковавшем третьего птенца. Не дав соколу вмешаться, они следили за тем, как трещина увеличивается, и на свет появляется взъерошенный птенец, мало чем отличающийся от других обычных птенцов сапсана. Что ожидать от него в будущем, может показать только время, но видя радостно кружащего вокруг птенца сокола, девочка улыбнулась, и еще больше утвердиться в своей новой цели.
Однажды, отвозя Алину в школу, Михаил завернул на улицу, где был дом ее родителей. Девочка испуганно встрепенулась, не понимая его действий и ожидая плохих новостей, но они направились не к дому ее родителей, а к стоявшему, напротив.
— Что-это? — девочка в недоумении рассматривала отремонтированное здание бывших соседей. Новая изгородь закрывала то, что происходило во дворе дома, а красивые ворота гостеприимно были открыты, приглашая их внутрь.
— Теперь это наш дом. Твой и мой. Мы не можем проводить здесь много времени, но когда мы будем приезжать сюда, мы будем останавливаться именно здесь. Не в доме моего отца или братьев, а в этом, принадлежащем нам. И это даст тебе возможность пообщаться с близкими, не вызывая подозрений.
— Наш дом? — голос девочки дрожал.
— Наш, ты ведь не думаешь, что сможешь избавиться от меня? Это то место, куда мы всегда сможем вернуться. В остальное время, я поселю здесь несколько своих людей, чтобы присмотрели за всем в наше отсутствие. А мы сможем приезжать, как только появится возможность.
Несколько мгновений девочка стояла, застыв на месте, а потом впервые за все время их знакомства обняла с тревогой смотрящего на нее мужчину. И спрятав лицо у него на плече прошептала срывающимся голосом: