Американский демон (ЛП)

Трент коснулся моей поясницы, и комок подступил к горлу от знакомого ощущения выравнивания наших внутренних энергетических балансов. Я любила его, но я унижала его. Моя голова склонилась, и не понимая, Трент позволил своей руке упасть. Это только заставило меня почувствовать себя еще более несчастной, и мы молча пересекли стоянку, заполненную недавно купленными и арендованными автомобилями. Зак сказал, что личная квартира Лэндона находилась на другой стороне здания, на третьем этаже с видом на отдаленный парк Эдем, но самый простой способ получить доступ был с этой стороны.
Мои низкие каблуки резко щелкали в контрапункте с шагами Трента. До сих пор я не осознавала, как часто Трент прикасался ко мне, и мысль о том, чтобы уйти, принять умное, трудное решение, была отстойной.
Наконец мы добрались до боковой двери, и Трент набрал код. Его движения были резкими, и он бросил на меня вопросительный взгляд, не зная, о чем я думаю, кроме того, что я изложила два запутанных, противоположных утверждения. Дверь открылась со щелчком, и Трент придержал ее для меня, осматривая парковку, чтобы увидеть, не заметил ли меня случайный наблюдатель.
— Прости, Трент, — сказала я, осматривая совершенно обычный коридор с ковровыми квадратами и бла-артом на стенах между легкими дверями из искусственного дерева. — Я просто беспокоюсь, что это может иметь неприятные последствия, и что тогда будет с девочками?
Понимание каскадом нахлынуло на Трента. Повернувшись, он положил одну руку мне на плечо, оглядывая коридор, прежде чем наклониться.
— Я бы предпочел, чтобы девочки, воспитанные Эласбет, увидели меня в тюрьме за то, что я поступил правильно, чем воспитывать их, видя, как я прячусь от того, что, как я знаю, должно быть сделано. Они будут лидерами, Рейчел. Они должны с самого начала знать, что это означает равные части силы и уязвимости.
Я быстро заморгала, от моей любви к нему у меня заболела грудь.
— Теперь, — сказал он, когда Дженкс опустился перед нами, — мы готовы это сделать? Мне нужно сосредоточиться, и беспокойство о том, что ты бросишь меня, заставит меня замедлиться.
— Я не оставлю тебя, — сказала я, хотя это было бы трудно с Эласбет на фотографии.
— Динь, спаси меня от влюбленных сумасшедших, — пробормотал Дженкс, но его пыльца была счастливого золотого оттенка.
— Камеры? — подсказала я, и Дженкс метнулся прочь.
Трент выдохнул с облегчением, прежде чем принять позу генерального директора, когда мы последовали за Дженксом по коридору. Я улыбнулась, потянув за линию, пока его волосы не начали развеваться. Его рука метнулась вверх, чтобы прижать их, и я улыбнулась ему и пожала плечами. Проклятие Ходина было обоюдоострым мечом.
Чем глубже мы заходили в здание, тем сильнее в воздухе пахло корицей и вином, искрясь магией на краях моего сознания. Из офисов, мимо которых мы проходили, доносилась болтовня, и постепенно звук клавиатур и телефонов успокоил меня. Мои первые впечатления от здания начали меняться, когда я начала ощущать каменные стены за панелями и дубовые полы под квадратами ковра. Я прищурилась на потолок, гадая, чувствую ли я запах благовоний, впитавшийся в толстую потрескавшуюся краску. В моих мыслях гул возносимых молитв щекотал складки разума.
— Чердак? — сказал Трент, когда мы нашли нишу лифта.
— Чердак, — согласилась я, нажимая кнопку вызова и надеясь, что планы, которые Айви отправила мне по электронной почте, были правильными, и что лифт проходил весь путь. Лестница так не вела, так как была заколочена давным-давно.
Во вспышке искр Дженкс стрелой отскочил назад, хлопая крыльями, как суровое предупреждение.
— Прячьтесь, — коротко сказал он, и Трент повернулся, чтобы посмотреть вверх и вниз по коридору. Кто-то приближался. Лифта все еще не было, и Трент указал на лестницу.
Учащенно дыша, я рывком открыла дверь на лестничную клетку.
— Это всего лишь один пролет, — пожаловался кто-то, когда я бросилась внутрь, скользнув в сторону, давая Тренту возможность войти следом. Дженкс взлетел по лестнице, его пыльца оседала медленным каскадом, когда Трент закрыл дверь, но на мгновение. — И лифт занимает целую вечность, — добавил мужчина, его голос стал громче теперь, когда они были прямо в холле перед нами.
 
Я наклонилась ближе, подныривая под Трента, чтобы видеть. Мой нарисованный глиф, казалось, согрелся от нашей близости, и я затаила дыхание, чтобы уравновесить энергию. Двое тридцатилетних людей в офисной одежде стояли перед лифтами.
— Тебе легко говорить, — сказала женщина, нажимая на горящую кнопку вызова и откидываясь назад. — Ты не на каблуках.
Но мужчина направлялся к лестнице с кофе в одной руке и телефоном в другой.
— Я поднимусь по лестнице и оставлю тебе место, — пообещал он, и женщина вздохнула.
— Хорошо, — сказала она, бросив последний взгляд на закрытые серебряные двери, и последовала за ним.
— Они идут сюда, — пробормотала я. Отступив назад, я нашла пистолет для чар. Трент переместился в другую сторону от двери, и Дженкс спрыгнул вниз, золотая пыльца просеялась, когда он завис прямо перед лестницей. Направив пистолет, я выдохнула, адреналин заставил меня окончательно проснуться. Я ухмыльнулась Тренту и светящейся массе магии в его руке, когда пожарная дверь на лестничной клетке распахнулась. Эльфы вошли, резко остановившись, когда увидели Дженкса.
— Привет! — сказал Дженкс, когда я прицелилась. — У вас обоих есть страховка, верно?
— Что-о-о? — сказал мужчина, а затем женщина ахнула, увидев меня.
— Простите, — сказала я, имея в виду это, а затем она взвизгнула, когда я нажала на спусковой крючок, и поток воздуха пронзил меня.
— Voulden, — прошептал Трент, и масса магии в его руке сдвинулась, приняв его намерение, даже когда он бросил шар в мужчину.
— Слишком много! — воскликнула я, почувствовав, как проявилась его магия, как будто она была моей собственной. Она была эльфийской. Я никогда не видела этого раньше, но благодаря проклятию Ходина, это было так, как будто я бросала такие шары всю свою жизнь. Трент тратил слишком много энергии. Это должно было сжечь синапсы человека, а не оглушить его.
Затаив дыхание, я попыталась вернуть часть этого обратно, но оно проскользнуло сквозь мои мысленные пальцы, как песок, и мне удалось лишь немного больше. Размазанное золотом и красным заклинание Трента попало мужчине в грудь и взорвалось ослепительной вспышкой, когда двое упали, врезавшись друг в друга. Мужчина практически светился от чрезмерной магии Трента, и мне показалось, что я почувствовала запах горящих волос, когда он наклонился, чтобы поймать их.
— Эй, эй, эй, Текс! — сказал Дженкс, его пыльца ярко рассыпалась. — Думаю, ты их достал!
Трент выпрямился, опустив их на пол, его глаза расширились, когда он посмотрел на свою руку, прежде чем вытряхнуть последние светящиеся следы.
— Я понимаю, что ты имеешь в виду, говоря об удвоении эффекта магии, — пробормотал он, бросив на меня испуганный взгляд. — Однако, мне кажется, что это нечто большее. Я всего лишь пытался лишить его сознания, а не погрузить в кому. Спасибо, что ослабила удар.
— Он в коме? — Обеспокоенная, я оторвалась от стены, чтобы посмотреть на мужчину, пока Трент проверял его пульс. Дерьмо на тосте, Ходин не шутил. Смешай это с сексом, и ты, возможно, никогда больше не сможешь ходить, но прямо сейчас это была огромная заноза в заднице. Предстоящие обвинения в нападении и нанесении побоев должны были удержать меня на лодке Кистена в течение следующих трех лет.
Дженкс приземлился мужчине на нос.
— Он не в коме, — сказал он насмешливо. — Но головная боль, которая у него будет, когда он проснется, заставит его пожалеть об этом. Если тебе повезет, он не вспомнит почему. — Дженкс поднялся, уперев руки в бедра, и повернулся лицом к Тренту. — У тебя проблемы с контролем, Печенька?
— Очевидно. — Выглядя неуверенно, Трент встал. — Ты в порядке? — сказал он, и я кивнула, высвобождая руки из-под себя. — Куда мы должны их положить?