Детективное Агентство "Оракул": Украденная Судьба (СИ)

С ним хотелось разговаривать в самую последнюю очередь, и всё же…
— Дмитрий, — обратилась к парню, когда тот сидел за ноутбуком с наушниками и просматривал уже сотую видеозапись на экране. Парень спустил с головы наушники и обернулся в мою сторону. — Можно тебя на минутку? Хотелось бы… поговорить.
Тот молча нажал на паузу и встал со стула, следуя за мной. Многие бросали в нашу сторону непонимающие взгляды, наполненные беспокойством, но решили не влезать. А мы с Димой прошли пару метров вдоль коридора и вошли в первую же попавшуюся комнату, прикрыв за собой дверь.
Парень молчал, выжидая момента, когда я начну беседу. Не знаю, какие у него были мысли касательно того, о чём будет разговор, но я не стала медлить. Вздохнула и смотря куда-то в сторону, начала:
— Думаю, нам следует задержаться на ещё пару дней, — стараясь сохранить голос спокойным и ровным.
— Ты что-то видела? — прямо спросил он.
— Нет, но возможно, что мы что-то упускаем, поэтому…
— Ты ничего не видела, но всё равно хочешь задержаться здесь? — перебил меня Дима. — И в чём же причина такого решения?
— Повторяю, возможно, что мы что-то упускаем. Будет правильнее рассмотреть всё получше. Разве не этим мы занимаемся? Ищем то, чего никто не ищет, — мой голос стал строже. Против воли начала снова злиться. Я старалась себя сдерживать. Не давать волю чувствам и эмоциям, но это все равно, что сдерживать бурю в стакане. Бесполезно. Оставалось только надеяться на то, что он не заметит. Хотя эта надежда такая призрачная…
— Ирис, я оборудовал камеры с самым высоким разрешением и частотой в каждом уголке этого дома. Нет ничего, чтобы они не записывали. Будь хотя бы небольшой всплеск, звук или понижение температуры, камеры и датчики всё фиксируют. Даже в самой обыкновенной квартире имеются естественные перепады температуры, или посторонние звуки, но здесь нет ничего. Абсолютно ничего. Не вижу смысла и дальше находиться там, где мы не получим ответов на вопросы, которые ищем.
— Может в этом и смысл? — тут же предложила я. — Тебе не кажется, что слишком нормально, это уже ненормально?
— Ирис, ты говоришь глупости, — вздохнул парень, всем видом давая понять, что он устаёт от этого разговора.
— Ну, конечно, — усмехнулась. — Для тебя я всегда была слишком глупой. Прости, что не могу быть ровней твоему интеллекту, но уж родилась такой.
— Что? — удивился он такому повороту. — Ирис, — выдохнул. — Не об этом сейчас речь…
— Правда, а о чём тогда? — с иронией пожала плечами. — Объясни, пожалуйста, а то моим мозгам это не понять.
— Ирис! — уже повысил он тон, явно злясь. — Что с тобой? Стоило нам появиться в этом особняке, как тебя словно подменили. Если это место на тебя так влияет, то я уж тем более хочу поскорее его покинуть. Так что даже не пытайся меня уговорить.
— Место?.. Да это место вообще ни причём! — теперь уже и я принялась чуть ли не кричать на парня.
— Тогда что? — продолжал он требовать ответа.
— Хочешь знать?
— Да!
— Я вас видела! Понял? Видела! И слышала!
— Что?.. — теперь он был растерян.
— Да, — уже чуть спокойнее произнесла, немного жалея о том, что сказала, но назад пути нет. — Я вас видела… Тебя и Вику. Слышала ваш разговор. Слышала то, что сказал ты. Это было… Было… — Почувствовала, как к горлу подступил комок, а на глазах принялись наворачиваться слёзы, но я продолжала сдерживать себя. Усиленно сдерживать, чтобы продолжить разговор. — Мне было неприятно. И очень обидно. Впервые я так сильно возненавидела свои собственные способности. Если бы не они…
— То мы бы сейчас с тобой не разговаривали, — неожиданно строго произнёс Дима, чем окончательно выбил меня из колеи. — Ирис, ты просила меня о том, чтобы я поговорил с Викторией, и я это сделал. Просила меня, чтобы разобрался с этим, так и оно сделано. Да, возможно, тебе не следовало это всё слышать, но раз услышала, но будь добра, прими всё как есть. Такова моя сущность. Такова моя природа. Я родился таким и ничего не могу с этим поделать. Поэтому говорить о том, что бы было родись мы другими… просто бессмысленно. Если бы мы родились без наших способностей, то и «нас самих» не было. Вот тебе и ответ. Но если тебя это не устраивает, то тут я уже ничего не могу поделать. Можешь и дальше пребывать в радужных фантазиях, как и до этого. Мне всё равно. Единственное, что я требую — это твой профессионализм. Ты всё ещё работаешь на меня, так что, будь добра, соблюдай рабочую субординацию.
 
После этих слов Дима решил уйти, оставив меня одну. И как-то странно было смотреть на его спину. Я всё это выслушала и глазом не моргнув, но как только осталась одна, ощутила всю тяжесть вселенной на своих плечах. Ноги подкосились, и я рухнула на пол, тяжело дыша.
Я даже не знала, как теперь реагировать на всё это. Если раньше и так практически ничего не было, то теперь я точно знаю, что его и не будет. И почему-то чувствовалось, что вина за всё это лежит именно на мне.
***
Находясь в ванной комнате и умывая лицо, чувствовала легкое головокружение и тошноту. Меня отчитали, а я и сказать ничего не могла. Хотя, думаю, если бы и нашла, что сказать на те слова, то в ответ услышала ещё больше того, чего слышать не хотелось бы. Кажется… меня только что отшили, да?
Боже, стыд-то какой.
Сейчас думаю об этом и понимаю, что не имела права вообще ничего предъявлять парню. Он мне кто? Да никто! Один раз сходили на свидание, пару раз поцеловались и всё. Ничего больше попутного. Но зато требований выдвинула «будь здоров!»
Ирис, ты и правда идиотка.
Кошмар… Куда я вообще полезла? Нужно было молчать, но как говорится «язык мой — враг мой». Я же не Луи. Сама всё испортила.
— Как обычно… — прошептала своему же отражению, смотря как по моим щекам и шее скатывается вода.
В ванной комнате было светло и просторно. Удивительно, что в такой глуши всё-таки работала канализационная система. Интересно, как? Воду где-то держат, а после заменяют баки? Не могли же протянуть канализационные трубы из города аж сюда ради одного особняка, верно? А канализация? Ну, тут, наверное, проще. Дыры под зданием проделали, что ведёт в сторону скалы и обрыва к морю.
Ванная вся отделана белым кафелем, поэтому даже с маленьким окошком выглядела светлой и солнечной. Но меня немного смущало то, что в такой просторной комнате сама ванная находилась в центре. Не сбоку, не у стенки, как обычно делают в городе, а прямо в центре. И ванная какая-то дешевая. Железная, в которую едва вместится один человек. Разве что, только подросток. Такие часто можно увидеть на различных огородах как чан с водой. Вроде и барахло, и пользу свою приносит.
Может, временная, а позже её хотели бы заменить? Не знаю. Она как-то не стыкуется со всем остальным. В таких домах предпочтительнее увидеть джакузи или модные душевые кабинки. Да хотя бы мраморные ванные, но не… это.
И почему я на неё обратила внимание? Вроде самая обычная ванная, но снова и снова оборачивалась в её сторону. Странно… Вспомнились слова Ян-Ян. Она как-то упомянула, что после потери способностей, у неё осталась этакая «чуйка». Не видишь, не слышишь, но что-то внутри тебя словно нашёптывает о том, что тут всё не так просто. Может, это как раз тот самый случай?
Шагнула в сторону ванной, чтобы осмотреть её получше, но неожиданно поскользнулась на луже, которую сама же создала из-за неосторожности и смачно шлёпнулась на спину, хорошо приложившись головой. При этом в попытке за что-то ухватиться в полёте, задела рукой раковину и каким-то невероятным образом умудрилась поцарапать ладонь.
— Господи… — простонала я, скрючиваясь в позу эмбриона и обхватывая затылок здоровой рукой. Крови вроде не чувствую, но шишка определённо будет.
Промелькнула фраза: неудачник — это судьба. Вот только у меня нет судьбы. И сейчас реальность определённо меня возненавидела. Так больно, обидно, что уже даже плакать не получается. Просто нервное и хрипловатое хихиканье, которое заставит усомниться многих в трезвости моего ума.