Детективное Агентство "Оракул": Украденная Судьба (СИ)

Ладно… Мой желудок согласно заурчал. Видно, с Димой он всё же солидарен. Какая разница кто готовит, когда вкусная еда тебя ждёт, верно? Что ж… так и быть. Быстро умывшись и приведя себя в человеческий вид, я вернулась на кухню. В принципе, я голодная и находилась в таком состоянии, что могла кинуть в желудок всё что угодно, лишь бы оно было съедобным, однако эти оладушки и в самом деле очень вкусные. Особенно с сиропом.
Признаю. С каждым новым днём, я понимаю, что вообще не понимаю Дмитрия. Он для меня ещё та загадка. То один, то другой, то вообще третий… Какой он на самом деле? Нет, я и раньше догадывалась, что он не подарочек, но как-то закрывала на детали глаза. А зачем? Мы с ним только работали. Вот и всё. Личное должно оставаться личным. Так я всегда думала. Но теперь… вопросы, вопросы и ещё раз вопросы.
— Вкусно… — негромко протянула я, запивая оладушек.
— Благодарю, — мгновенно отозвался Дмитрий.
Хм-м-м… Ещё и похвалила его. Это уже точно в план не входило. Так, всё! Сам же предлагал поболтать, так сейчас у меня как раз настроение для «бла-бла».
— Странный ты, — произнесла, обращаясь к парню. — Обычно я не лезу со всякими расспросами, так как у меня принцип: «Всё что нужно — человек сам расскажет. А если не расскажет, значит, оно не так уж нужно». Но с тобой всё как-то не просто.
— Например? — поинтересовался он, откладывая планшет на поверхность стола.
— Ты мне скажи! — всплеснула рукой. — Ты явно из богатой семьи, которая не первый год занимается изучением паранормального. А вернее, ты уже говорил, что твоя семья, как и ты сам, коллекционеры. И коллекционируете вы вещи с мистическим значением. Также ты умён. Знаешь десяток языков, историю, мифологию, оккультизм… И сам выглядишь как этакий потомственный шаман в десятом поколении от самой Бабы Яги, который пришел на шоу Битва Экстрасенсов. Что там у тебя? — кивнула в сторону тела парня. — Под одеждой. Какие-нибудь шрамы, из-за которых серия фильмов «Пила» покажется сказкой на ночь? А может ты просто стесняешься? Или ты болезненный и заразный?
— Это все твои предположения или имеются ещё варианты? — надменно спросил Дима, которому явно не понравились мои расспросы.
— Ну, знаешь ли… — фыркнула я, понимая, что ответа так и не дождусь. — Ты первый начал лезть туда, куда не стоит.
— Что ж… Справедливо, — согласился он. — Однако я считаю, что ты в тот момент была права. Признаю, у меня есть свои секреты и причины вести… подобный образ жизни. Но давай оставим всё так, как есть. Тебе ведь не понравилось, когда я начал задавать вопросы касаемо твоей семьи? То же самое касается и моей. Предлагаю сохранить нейтралитет. Работаем вместе, но в личную жизнь друг друга не лезем.
— О как… Звучит, как бегство, — фыркнула я, жадно вгрызаясь в очередной оладушек.
— Неужели? — усмехнулся парень. — В таком случае, может начнёшь? Расскажешь о себе, ведь я наблюдательнее тебя, и также заметил некоторые любопытные факты, о которых пока просто не говорил вслух.
В этот момент, не дожевав первый оладушек я тут же впихнула в рот второй, после чего мило улыбнулась. Мол, извини, рот занят. На это Дима лишь цокнул языком, иного и не ожидая.
Что ж… нейтралитет, значит нейтралитет.
И вообще! Это я должна возмущаться. Навязался в гости, остался, так ещё и права качает. Что-то в стиле: «У вас есть попить? А то так кушать хочется, что переночевать негде». Вот-вот, прямо про ситуацию с Дмитрием. Не пойму я его. Иногда мне кажется, что он хочет… хм… наладить общение? Или что-то вроде этого… но каждый раз происходит что-то такое, после чего моё желание врезать парню возрастает в десятикратном размере. И я даже подумываю, что он меня терпеть не может. Да и сравнивает, наверное, с насекомым. Это злит… а потом «раз», и появляется что-то не входящее в общую картину. Например, те же оладушки…
— Ты поела? — спросил Дима, когда я запивала последний оладушек. На мой небольшой согласный кивок, парень поспешил встать из-за стола: — Хорошо. Тогда поспешим. Я связался с дядюшкой Джуюном и дал ему задание. Скоро должны быть результаты.
 
— Что за задание? — тут же поинтересовалась.
— Узнаешь, — отозвался он, открывая входную дверь и пропуская меня вперёд. И это при том, что ключи от замка у меня. Хм… Были у меня. Так, мне этот парень нравится всё меньше и меньше.
— Ключики можно? — попросила я, когда Дима закрыл дверь.
— Естественно, — с безразличием отозвался он, вернув связку ключей. — И, кстати, должен предупредить. Если мои предположения верны, то сегодня ты вновь столкнёшься с духом той девушки.
— Банши, — поправила я.
— Это не точно, — засомневался он. — Как бы то ни было, тебе не следует оставаться одной. Интерны отмечали, что жертвы сначала слышали просто плач, потом крики, а уже через пару дней… их жизнь обрывалась.
— Хочешь сказать, что я следующая жертва?! — воскликнула, когда села в машину.
— Я этого не говорил, — тут же отметил Дима, присаживаясь за водительское сидение. — И всё же, осторожность не повредит. Поэтому, будь добра, пристегни ремень безопасности.
А это ещё что? Проявление заботы? Говорит одно, делает второе, а требует вообще третье… Не удивлюсь, если у него ещё и раздвоение личности. М-да… А пока что, едем в больницу.
***
Когда мы подъезжали к зданию больницы и парковались, зазвонил сотовый телефон Дмитрия. На экране мелькнуло имя «Джуюн». Чего это старикан названивает?
— Да? — отозвался парень, принимая звонок на громкой связи.
— Добрейший вечерок, мои замечательные и отважные коллеги! — распевающие протянул Джуюн. Как всегда, в своей манере. Так слащаво, что даже умыться хочется. Снова. — Предполагаю, что сейчас как раз направляетесь в больницу «Аврора», не так ли?
— Мы уже здесь, дядюшка Джуюн, — пояснил Дима. — Как раз припарковались.
— Оля-ля! — воскликнул он. — В таком случае, мне следует поспешить.
— Вы что-то выяснили? — перешёл к делу Дмитрий.
— Хм… И да, и нет, — ответил старик, начиная увиливать.
— Джуюн, — обратился Дмитрий, сделав голос несколько строже. — Ты сделал то, о чём я тебя просил?
— Непременно! — тот же воскликнул старик, после чего прозвучал хлопок в ладоши. — Я направился в библиотеку, как вы мне и рекомендовали. И поднял все истории, мифы и легенды касаемо плачущей девы. И материала собралось довольно много, так что искать что-то определённое затруднительно. О самом феномене «плачущих» упоминания уходят к самому Древнему Египту, во времена правления фараонов.
— Египет?! — вырвалось у меня. — Эй! Старикан! Это обыкновенный призрак девушки, а не мумия Рамзеса!
— Конечно-конечно, — тот же пролепетал Джуюн, услышав мой голос. — Но проблема в том…
— Проблема в том, что «Плачущие девы» действительно упоминались в египетской истории, — перебил Джуюна Дима. При этом задумчиво нахмурил брови и принялся потирать подбородок большим пальцем. — Во времена правления фараонов, когда один из правителей умирал и должны были вот-вот состояться похороны, на время погребения, нанимали различных женщин из местных деревень, с одной лишь целью — плакать. Они должны были оплакивать потерю правителя, как минимум несколько дней подряд. Зачастую они одевались в чёрные лохмотья, скрывающие их тело и лицо. Также они посыпали свою голову песком, выражая глубину отчаяния. А после похоронного ритуала, жрецы выплачивали каждой женщине полагающийся ей гонорар.
— Очень познавательно, профессор, — фыркнула я, всплеснув руками. — Вот только, к чему это ты сейчас? Хочешь сказать, что за то, что та девушка плачет и бродит по больнице, ей кто-то гонорар выплачивает? Ха! А можно мне на эту работу? — подняла правую руку.
— Позвольте пояснить, — прозвучал голос Джуюна из телефона. — В легендах Древнего Египта также упоминалось, что если нанятые «плакальщицы» не будут исполнять свою работу, как положено и качественно, их ждёт ужасная участь. После смерти они станут призраками, которые не смогут перейти Нил и будут запечатаны в мире живых навечно. При этом единственное, что они смогут сделать в призрачном облике — это плакать. Словно в наказание за то, что они не оплакали своего правителя ранее при жизни, они будут оплакивать его после смерти. Своей смерти.