Детективное Агентство "Оракул": Украденная Судьба (СИ)

Подошла к первому же попавшемуся ящику. Отодвинула в сторону стебли цветов и слегка приподняла корни, открывая дно. Боже… Вместо удобрения у этих цветов трупы. Трупы крыс, мелких животных, птиц и даже домашних питомцев. Вижу рыжую кошку, на шее которой висел нежно-голубой ошейник с медальончиком.
Запах трупной гнили мгновенно поднялся в воздух, заглушая аромат цветов. Пришлось отступить и сдержать резкий позыв тошноты. Чёрная магия… Кто на такое пойдёт? И кому нужно столько подкладов? Здесь же… Можно убить целый город. Столько ненависти и злости скопилось в этих ящиках с цветами… Это ненормально. Так нельзя.
— А я всё ждал, когда же ты появишься, — прозвучало у меня за спиной, после чего я резко обернулась.
Прямо позади меня, перекрывая путь к отступлению, стоял молодой человек с пшеничными растрёпанными волосами и ярко оранжевом костюме уборщика. Стойте… так за всем этим, всё это время стоял он? Тот самый уборщик, который видел меня и Диму, тогда в коридоре. Но…
— Почему? — только и спросила я.
— Почему?! — усмехнулся он, сунув руки в карманы. — У меня, как таковых причин не было. Причины были у Ильи. Тот ещё дурачок, которым оказывалось так просто управлять, — засмеялся, приближаясь ко мне. Теперь я видела на его груди надпись «Виктор». Но его ли это имя?
— Так Илья… вы работали вместе?
— Можно и так сказать, — пожал он плечами. — Илью всё достало. Он целыми днями как проклятый проводил время на кухне, чтобы удовлетворить прихоти ублюдков этих богатеньких прихвостней. Каждое его блюдо было пропитано кровью, потом и слезами. А что делали эти «супер» умные детишки? Да им было плевать! Таких как мы, даже за людей не считали. Раз ты обслуживающий персонал, то заткнись и обслуживай. Вот и вся «уникальность» этой школы.
— Но они просто дети…
— Нет-нет, — отрицательно замотал головой, приподняв указательный палец. — Они уже не совсем дети. Они подростки, а это совсем другое. И самым мерзким был тот парень. Первый красавец школы. Перед учителями и одноклассниками он был добрее ангела, но стоило ему остаться один на один с кем-нибудь из обычного персонала… как на поверхность выходила вся его суть. Ты когда-нибудь видела взгляд повара, который потратил на свой кулинарный шедевр последние сорок восемь часов без отдыха и сна, а после прямо перед ним этот кулинарный шедевр… просто пнули, как футбольный мячик? Чтобы посмотреть, как он весело разлетится. Всего одна секунда на уничтожение. Его даже не съели, а пнули. Сорок восемь часов труда…
— Я понимаю, это несправедливо, — обращалась к уборщику, медленно отступая назад. — Но нельзя же доходить до такого. Убийство и…
— А я особо ничего и не делал, — пожал плечами парень. — Пришёл убираться и собирать куски еды со стен, пола и потолка. Хороший был пинок. И Илья оставался со мной. Вот тогда-то мы и разговорились. Он был так зол… Так прекрасно зол, хе-хе-хе… Я ничего не делал, просто подтолкнул его на мысль о мести. И сказал, что можно было бы сделать. Но остальное он всё сделал сам, хе-хе-хе…
— Но оружие в руки дал ему ты! — начинала злиться и терять контроль над эмоциями.
— И что? — искренне не понимал он. — Эти «уникальные» дети, сами выбрали свою участь. Только и сидели в интернете, да и пересылали друг другу картинки с Ханахаки. «Ох, это так прекрасно», «Если бы я могла выбрать смерть, то наверное, именно так… Это так красиво», «Умереть от любви… Вот бы меня кто-нибудь так любил». Именно это они твердили каждый день. И я решил, пусть получают, раз хотят.
Я отходила всё дальше и дальше назад, пытаясь отыскать хоть что-то, что можно было использовать как оружие. Но пока видела одни только ящики с цветами. Так этот уборщик, Виктор, использовал слабость, боль, обиду и злость Ильи на то, чтобы создать из него убийцу? Но что пошло не так? Почему в итоге пострадал именно Илья? Виктору надоело с ним работать? И причём здесь учительница?
И где Дима с Луи? Хотя нет… Из-за аромата пыльцы цветов, им сюда нельзя. Скорее всего подклад сделан и на них. Вот чёрт! Это плохо… Рассчитывать придётся только на себя.
 
— Но учительница…
— Ах, она… — с некой тоской протянул уборщик. — Она мне приглянулась. Всем улыбается. Такая добрая. Вот я и подумал, а почему бы и нет? И подарил ей цветок. Если бы она от него отказалась, ничего бы не произошло. Если бы она приняла его вместе с моими чувствами, она была бы до сих пор жива. Но она приняла цветок и отказала мне. Где логика? То есть эта её улыбка лишь лживая маска? Вот я и стёр эту ложь. Люди меня ещё благодарить должны, хе-хе-хе…
— Ты ненормален! — выпалила я. — Убивать только за то, что она выбрала не тебя? Она изначально уже принадлежала другому!
— Тогда зачем давала ложные надежды? Вот видишь, это не я виноват, а она сама. Все сами сделали просто не тот выбор, вот и всё, — улыбался парень, продолжая приближаться. — Но достаточно обо мне и этом глупом деле… Скажи лучше, почему ты… до сих пор жива?
— Что? — Я дошла до стенки, облокотившись спиной, и принялась идти вдоль неё, пытаясь протиснуться между ящиками. — О чём ты?
— После того, как я увидел, как ты домогаешься учеников, то подумал, что от тебя точно нужно избавиться. И велел Илье подкинуть незаметно подклад. Ты должна была пострадать. И он сработал, но цветочной болезнью заболел сам Илья, а не ты. Как ты это сделала?
— Я…
— Потом я сам лично сделал подклад и подложил его к тебе в рабочий стол. Уверен, ты брала его в руку, но вновь… цветочной болезнью заболела не ты, а кто-то другой, верно? Кто-то из твоих коллег. — Теперь я оказалась в самом углу, а Виктор стремительно приближался. Расстояние между нами было меньше двух метров. — Дальше, я намеренно спровоцировал тебя, решив избавиться физически, но ты вновь каким-то образом выбралась из мусорной печи. Что ты такое? Тебя вообще реально убить?
— Конечно! Я человек! — воскликнула я, чувствуя и страх, и злость, и панику. Голова пустая. Нет ни единой мысли. Ещё этот тошнотворный запах гнили и цветов… — Ты чуть не убил нас!
— Да, вижу… — отметил он, смотря на мою покрасневшую кожу. — И всё же этого недостаточно. Даже сейчас я по всему периметру сделал больше сотни подкладов, на одну тебя и лишь парочку на твоих друзей, но нет… Все твои коллеги уже медленно умирают, даже не осознавая этого, а ты стоишь передо мной целой и невредимой. Почему?
— Немедленно прекрати! Остановись! — требовала я, чувствуя, как тело сотрясало.
— Зачем? Я устроился в эту школу не просто так, мне просто было скучно… Наблюдать за тем, как страдают другие… довольно весело. Но вот столкнулся с тобой и понял, что веселье только начинается. — Остановился в шаге от меня, сунув руку в карман и достав оттуда нож. — А если я перережу тебе горло, то ты тоже выживешь или естественные травмы не считается? Защищена только от магии?
Он шагнул ещё ближе, окончательно сокращая расстояние. С безумной улыбкой, облизывая потрескавшиеся бледные губы от возбуждения, потянул лезвие ножа к моему горлу, наблюдая за моей реакцией. Тело всё трясло от шока и ужаса. По спине, лбу и шее скатывались крупные капли пота, а из глаз ещё и слёзы. Было страшно не просто говорить, но и дышать… Рука сама собой принялась водить по воздуху в поисках хоть какого-то спасения. Я схватила цветы… За стебли, целую копну. Потянула их, выдергивая из ящиков и влажными корнями, облепленными землёй и гнилью, ударила по лицу Виктора.
Тот гневно зашипел, отворачиваясь в сторону от неожиданности. Я, не теряя и секунды, ринулась к выходу, стараясь перелезть через ящики. Но в какой-то момент почувствовала, что меня схватили за ногу и дернули назад. С криком полетела вниз на пол. Повернулась на спину и увидела, как Виктор вновь занёс нож над головой, стремясь вонзить его в моё тело. Лицо исказилось до неузнаваемости. Он больше не был похож на человека. Он был чудовищем. Полоумным, безумным и бездушным чудовищем.
— Нет! — кричала я, прикрывая голову руками. Пыталась бороться. Вцепилась в его руку, схватив за запястье, которой он сжимал нож. Но моих сил так мало… Так мало! — Нет!