Детективное Агентство "Оракул": Украденная Судьба (СИ)

— Дима, довольно! Мне плевать на все твои проблемы! Сейчас же подойди, и подсади меня! — срывалась на крик, чувствуя, как жар опаляет кожу.
— Ирис, ты не понимаешь…
— Я и не хочу понимать! — всё же закричала я, ринувшись к парню и схватив его за воротник рубашки. — Я не хочу понимать, входить в твоё положение, сочувствовать тебе и особенно… я не хочу умирать! Я не могу умереть! Мне нельзя умирать!!! — Когда я схватила парня за воротник, он вначале пытался сопротивляться и оттолкнуть меня, но потом, когда я голыми руками схватила его за горло, он замер и широко распахнутыми глазами посмотрел на меня. — Поэтому ты сейчас же засунешь все навеянные комплексы и фобии себе куда-нибудь глубоко, и поможешь нам выбраться. Немедленно!
— Ты… коснулась меня… — только и произнёс парень, словно не слыша меня.
— Вот и ладно, — отмахнулась я, подталкивая нас к нужной стене. — Как выберемся отсюда, подашь на меня в суд за сексуальное домогательство. А теперь… давай.
И Дима помог. Больше он не сомневался. Помог взобраться мне, а после схватился за мою руку и поднялся сам. Решётка поддалась на удивление быстро, а сама труба была широкой и просторной. Можно было спокойно передвигаться на четвереньках любому взрослому человеку. И мы передвигались… Даже не так, можно сказать, что мы бежали. Старались не терять ни секунды, так как ещё немного и эта труба будет подобно раскалённой лаве.
Под конец была даже больно к ней прикасаться, так как металл нагрелся, словно сковорода. Было больно, но всё равно останавливаться нельзя. Нельзя… И какова вероятность, что впереди нас ждал выход, а не тупик? Хех… Просто пальцем в небо. Но всё же в самый последний момент, когда силы почти иссякли, мы выбрались наружу, рухнув на прохладную землю. А? Мы на улице?
Я лежала спиной на траве, смотря на чистое голубое небо. Мысли путались, губы пересохли, а во рту, при дыхании слышался скрип, но мы живы. Дима был рядом. Но вместо того, чтобы смотреть по сторонам и радоваться тому, что он вообще дышит, как например я, он смотрел на меня. Не моргая.
Его перчатки принялись плавиться, так что он избавился от них, обнажая ладони, и, не говоря ни слова, прикоснулся к моей щеке.
— А? — непонимающе посмотрела парня. — Что?
— Ничего… — растерянно ответил он. — Абсолютно ничего.
И что бы это значило? Хотела его уже попросить прекратить меня трогать, так как это всё же не очень приятно, когда у тебя кожа полыхает после такого солярия, но не успела. Неподалёку послышался шорох шагов. Посмотрев в сторону звуков, я поняла, что нас ждал очередной сюрприз.
— О-ля-ля! — протянул пожилой мужчина, в ярких цветастых одеждах, выходя из-за угла и приближаясь к нам. Это тот самый китайский шаман-шарлатан. — Вот так дела! А я всё думаю, почему же звёзды приказали дядюшке Джуюну явиться сюда? Так это для того, чтобы вновь встретить вас. О-ля-ля! Вы в порядке? — Достал из рукава флягу и протянул нам. — Может, водички?
  
Глава 12. Причина Ханахаки
 
В прошлом бывали такие случаи, когда после прогулок на море или вообще в летнюю погоду, возвращаешься вечером домой и понимаешь, что все открытые участки твоей кожи болят, словно с них содрали верхний слой. И любое, даже самое малейшее прикосновение, приносило жгучую боль. Ты даже сама к себе прикасаться толком не могла. И лишний раз старалась не шевелиться.
Меня настиг именно этот случай. Вот только на этот раз болело всё. Не только открытые участки кожи. Одежда превратилась в лохмотья. Обувь вообще расплавилась, и всё пришлось выкинуть. К счастью, Владик пришёл на помощь, и пока я пыталась с матом и руганью отмыться от въевшейся в тело вони, мальчишка достал для меня новую одежду. Это была обычная женская форма для школьников «Уникум». Белая рубашка, голубой пиджак и юбка, а также скромненькие белые сандалии, на небольшом каблуке.
Хотя сейчас я сидела босиком едва сумев накинуть на себя юбку и блузку. Как же всё жжется…
— Бога ради! Развяжите меня! Я правда не понимаю, о чём идёт речь! Честно! Дядюшка Джуюн просто проходил мимо и пытался помочь! — раздалось с дальнего угла комнаты.
 
Ах, да… Забыла добавить. После того, как нас отыскал тот шаман, мы решили не медлить. Связали его тем, чем удалось и притащили в школу. В лазарет. Вернее я тут же связалась с Владиком и попросила об одежде, а после побежала в душевую при спортзале, и только когда запах жареной тухлятины наконец-то начал выветриваться, решила выйти наружу.
Этот китаец уже в который раз попадается на глаза со своими подозрительными побрякушками. И сейчас… Что он там говорил о звёздах? Или о том, что его направили к нам небеса? В общем… ересь редкостная. Я еле сдерживалась, чтобы не схватить бутылку с водой, которую мне передал Луи и не швырнуть её в этого болтливого.
Вообще, в лазарете были сейчас я, Луи и Дима, который вновь принялся молчать. Владик решил сбегать в столовую и быстро вернуться. Ждём нашего товарища.
— О-ля-ля! — воскликнул Джуюн, когда я прямо на его глазах взяла бутылку воды на полтора литра и опустошила её в один присест. — Красавица, да у вас определённо обезвоживание. Если хотите, дядюшка Джуюн может предоставить вам неплохую скидку на целебный чай и травяные сборы. Чай все любят. Чай полезен.
— Так, кто мне скажет, почему мы его ещё не прибили? — протянула я, злясь от того, что мне больно, что я устала, и что мои волосы теперь выглядят как копна сена. Чёрт его знает, как теперь их восстановить.
— У нас пока мало улик касаемо Джуюна, — пояснил Дима, сидя на свободной койке приблизительно в двух-трёх метрах от меня.
Я заметила, что с того момента, как мы вернулись в школу, парень буквально буравил меня взглядом, но выражение лица понять не могу. Да и, если честно, разбираться в этом абсолютно не хочется. Я зла на него и едва себя сдерживала, чтобы вновь не перейти на оскорбления. А пульсирующая боль во всём теле только подкидывала дров в огонь ярости.
Сам Дима особо не переодевался. Да, его одежду знатно потрепало. И запах гари от него исходил просто омерзительный, но, в отличие от меня, он решил на этом особо не останавливаться. Правда теперь из-за копоти у него и лицо стало чёрным. Этакий чёрт, а не человек. Хотя Луи предоставил ему влажные полотенца, бутылку с водой и салфетки, чтобы он мог привести себя в порядок.
Кстати, Луи вновь был в оранжевой форме.
Уборщик в действии.
Но что там Дима несёт про улики?
— Да какие улики?! Ты что сам его не видел?! — злилась я. — Явился, словно снег на голову! И идиоту станет ясно, что это он нас чуть не убил!
— О-ля-ля! Девица-красавица, что вы такое говорите? — панически затараторил мужчина, сидя на полу и покрываясь крупными каплями пота. — Какое убийство? Я? Да дядюшка Джуюн и мухи за всю жизнь не обидел! Мамой клянусь! Вот вам крест! Ах, руки связаны… Но это правда! Дядюшка Джуюн не врёт!
— Ой, да что ты?! — присвистнула я. — Так значит те твои побрякушки прямо все настоящие талисманы, которые приносят удачу? Да? То есть, это не дешёвое барахло, по три-четыре рубля?
— Эм… — китаец занервничал ещё сильнее. — Ну… я не стал бы бросаться такими сильными словами… Ведь талисман действует, когда в него верят.
— Ох, да что ты! А ну-ка, давай проверим один из твоих талисманов. Надеюсь, ты в них веришь, — бросила я, после чего встала с места, схватила первый же попавшийся предмет, им оказался алюминиевый поднос, и уже собиралась швырнуть его в мужчину, однако меня остановили.
С одной стороны мгновенно появился Луи, схвативший меня за руки, а с другой Дима, вцепившийся в поднос и пытающийся отобрать его.
— Ирис, успокойся, — холодно произнёс парень, смотря мне в глаза. — Грубой силой ты ничего не добьёшься. Отдай мне поднос и вернись на своё место.
— Тц! — фыркнула я, всё же отдав парню своё небольшое оружие, и вновь вернулась на стул, обойдя Луи.
Тем временем китаец сжался в комочек, нервно дыша. От того, что Луи резко схватился за мои руки, кожа теперь вновь полыхала яростным огнём. Я на них дула, но ничего не помогало. Больно, блин… Как же больно!