Пробуждение мёртвых богов 2 (СИ)
– Правда, сынок, – улыбнулся Алексий, – но давай сразу договоримся на будущее: первое – хвалить тебя должны твои командиры, а не ты сам! Второе – не считай себя самым лучшим, и всё на свете познавшим, ты ещё толком не видел военной жизни. И третье – то, что ты узнал и чему научился, это малая капля. А то, что предстоит узнать – море. Ты меня понял?
– Понял, папа, – немного сконфузился Марк, – просто я очень радуюсь, что не подвёл ни тебя, ни центуриона Фавста, ни других учителей.
– И если бы был жив наш друг Кастул, он тоже порадовался бы за тебя, – улыбнулся Алексий, а Марк только кивнул.
– А теперь поговорим серьёзно, – сказал Алексий, – я беседовал с пропретором Майорианом, и он рассказал мне про твой экзамен – то, чего не было на площади, а проходило в учебных комнатах. Особенно ему понравилось, как ты ответил на вопрос, какая битва прошлого запомнилась тебе больше всего, и почему.
– О, да! Это битва при Алезии 500 лет тому назад! Я всегда восхищался гениальностью Юлия Цезаря в этой битве, ведь он победил врага, превышающего его почти в пять раз!
– А почему ему это удалось? – улыбнулся Алексий.
– Да потому что он был гениальным стратегом, а его противник Верцингеторикс просто обычным полководцем! Ведь ты сам меня учил, что воюют не числом, а умением!
– Я? – удивился Алексий. – Это сказал один очень мудрый полководец…
– Когда он сказал? Кому и где? – перебил Марк.
– Да не помню я, – воскликнул смущённый император.
– Зато я помню! Он сказал ещё: «Хочешь мира, готовься к войне», и «Плох тот легионер, который не мечтает стать легатом». Не скромничай, папа, мы твои высказывания помним и всегда применяем на деле! – расхохотался довольный Марк.
– Хм, да… Но давай-ка вернёмся к битве при Алезии. Кроме изящного решения, чем ещё прославил своё имя Цезарь?
– Тем, что он сам не лез во все дыры, а умело использовал потенциал своих подчинённых, в том числе – Марка Антония!
– Тоже, по-своему гениального полководца. – кивнул Алексий, – Да, сын, я вижу, что ты не подвёл меня, и даже превзошёл мои ожидания. Я решил пока отложить для тебя вопросы управления, мы будем ими заниматься постепенно, когда будет такая возможность. А пока пора тебе на практике изучить военное дело, достичь высокого уровня, понюхать, так сказать, воинскую дисциплину, поучаствовать, когда представится возможность, в настоящих сражениях. Ты должен будешь пройти полноценную воинскую службу в боевом легионе.
– Я готов! – воскликнул Марк. – Куда меня направят?
– Тебя ждёт почётное место легионера первой сдвоенной центурии, первой когорты, Первого Сардинского Легиона!
– Как? – юноша был явно ошарашен. – Простым легионером? Но ведь ты только что говорил про мои способности…
– Прости, сынок, но ты пока не сможешь быть командиром, ни легатом, ни центурионом, ни даже опционом.
– Почему, папа?
– Потому, что солдаты, которыми ты хочешь командовать – боевые легионеры, они знают, что такое воинская служба, и даже война, а ты постиг эти знания только в теории.
– Но ведь я могу возглавить тех, кто не знает службы, таких же новобранцев, как я!
– Можешь. Но в первом же бою вы будете разбиты, потому что настоящий бой отличается от постановочного как небо и земля. Ты будешь проходить настоящую легионерскую службу, в настоящем Легионе, под руководством настоящих боевых офицеров. И вот когда ты постигнешь эти основы, то сможешь идти дальше и стать впоследствии пропретором, и даже главнокомандующим! Завтра результаты распределения по легионам будут объявлены официально, все получат небольшой отпуск перед тем, как отправиться по своим местам – навестить родных, уладить личные дела. А мы с тобой поедем на Сардинию, там есть одно очень важное дело.
– Я всё понял, отец. Да будет так, как ты сказал…
* * *На Сардинию выехали, не теряя времени, буквально на следующий день. Настроение у Марка было каким-то смешанным, неоднозначным. С одной стороны радовали успехи, которые он продемонстрировал всем, начало настоящей, серьёзной, легионерской службы. С другой – была разочарованность решением отца. Нет, он не сомневался в его правильности, за годы их общения Марк убедился, что Алексий не просто умён, но обладает какой-то высшей мудростью, незаурядными знаниями, недоступными простым смертным.
Однажды он даже попытался поговорить об этом с матерью. Она ответила, что отец просто очень умный человек, а должность императора иногда пробуждает некие резервы, ведь ему приходится решать задачи огромных, недоступных обычному человеку масштабов. Вроде объяснила всё логично, но у юноши осталось ощущение, что мать смущена и что-то недоговаривает, во всяком случае, вид у неё был немного растерянный.
Поэтому, немного остыв, он решил не бунтовать, а подчиниться и начать службу рядовым легионером. Но это – по возвращении домой. А пока предстояли важные дела на Сардинии.
Ещё на корабле отец начал посвящать Марка в некоторые моменты, важные для будущего полководца.
– Вот смотри, сын. Представь себя во главе римской армии. Тебе предстоит генеральное сражение с сильным, хорошо обученным, коварным врагом. Возможно даже враг имеет численное преимущество. За счёт чего ты думаешь одержать победу?
– Численное превосходство – не главное! Если мне предстоит такая задача, прежде всего, я проведу очень тщательную разведку. После этого буду определять, как поступить. Распределю свои войска, оставлю резерв, организую связь – систему сигналов. Возможно, применю какую-нибудь хитрость, всё зависит от данных разведки.
– Отлично, сынок! Способов достижения победы может быть множество, но разведка – это то, без чего обойтись невозможно. Теперь представь: ты организовал вылазки разведчиков, захватил пленных, к тебе примчались гонцы с секретными донесениями. Ты примерно представил расположение вражеских войск, расставил свои легионы соответственно этим данным. И вот, утро. Начинается бой, и вдруг выясняется, что войска противника расположились совсем не так, как ты представлял. Вместо лёгкой пехоты – тяжёлая конница, вместо конницы – лучники, и так далее. У тебя теперь тяжёлый выбор: принимать бой как есть, с малыми шансами на успех, либо пытаться перестроить свои войска, располагая очень ограниченным временем.
– Да уж, невесёлая перспектива! – заметил Марк.
– Очень невесёлая! Тем более что ты вообще узнаешь об этом только в ходе сражения, когда уже будет поздно. И далеко не всегда у тебя будет в распоряжении гора, с которой видно поле боя. Но вот представь, что у тебя есть возможность поднять своих наблюдателей в небо так, чтобы им было видно поле боя и даже подступы к нему. Ты не только будешь видеть построение вражеских войск, но и все перемещения, скрытые резервы, подходящие подкрепления.
– Это, конечно, здорово! Но каким образом можно поднять в небо наблюдателей? На крыльях?
– Нет, конечно. Люди с крыльями – это только красивая легенда. Мы поднимем людей в небо с помощью аэростатов!
– Аэростатов? Погоди, я попробую догадаться, это что-то греческое… Аэр – воздух, статос – стоять… Стоящие в воздухе?
– Да, Марк, стоящие в воздухе. Из нескольких слоёв шёлка делается большая круглая оболочка, в неё нагнетают горячий воздух, который легче холодного, атмосферного. За счёт этого оболочка становится шаром и поднимается в воздух. Внизу прикрепляется плетёная корзина, в которой могут находиться люди – один или несколько.
– И они получат возможность сверху увидеть всю панораму будущего сражения, а по ходу боя подсказывать, откуда могут ударить резервы, где группируются большие силы врага, куда нужно нанести удары. Это замечательное изобретение!
– Совершенно верно, сынок, ты очень точно оценил возможности применения аэростатов в разведывательных целях. При этом нужно понимать, что эти воздушные шары практически неуязвимы для противника: стрелы, даже выпущенные из самого мощного лука вверх, очень быстро теряют свою силу, и пробить оболочку просто не в состоянии.