Восьмирье. 32 августа. Книга первая
– И что же мне теперь делать? – воскликнула Вика, едва сдерживая слёзы.
– Не переживай, – попытался утешить её майстер Нилс. – Завтра мы сходим на открытие пекарни смеха. Там наверняка соберётся много горожан. Мы с ними поговорим, поспрашиваем, не знает ли кто чего, не видел ли недавно незнакомцев, ведь если ты сумела попасть к нам, то наверняка это не единственный случай. И ещё. Раз ты оказалась здесь, значит, где-то есть дверь. А через любую дверь можно не только войти, но и выйти обратно.
Вика кивнула, немного успокоившись, и непроизвольно нащупала мамин стеклянный полумесяц в кармане своих джинсов. План действий – это здорово. Когда знаешь, какой твой следующий шаг, начинаешь верить, что в итоге сможешь решить все проблемы. А от прикосновения к кусочку голубого стекла стало ещё лучше: Вику словно обняла мама и заверила, что всё непременно будет хорошо.
А ещё слова майстера Нилса про открытие пекарни смеха напомнили ей о загадочном объявлении, которое она видела возле остановки. Там ещё стояла такая необычная дата…
– Скажите, неужели завтра правда тридцать второе августа? – спросила Вика.
Майстер Нилс вскинул брови:
– А что, в этом есть что-то странное?
– Странное?! Ну конечно! Тридцать второго августа не бывает, ведь в августе только тридцать один день.
– Хм… У нас в Восьмирье в августе тридцать шесть дней. А в сентябре – тридцать пять.
– Тридцать шесть дней в месяце? Но как такое возможно?
– Как-как – запросто! Четыре недели по восемь дней плюс ещё три-четыре «лишних» дня, которые раскидывают по всем месяцам года, вот и…
– Постойте! Как это – восемь дней в неделе?
– Да вот так. Понедельник, вторник, среда, четверг, пятница, суббота, воскресенье и восьмиденье. Всего – восемь дней.
– А! – догадалась Вика. – Так вот почему ваш мир называется Восьмирье! Из-за того, что у вас в неделе восемь дней!
– Отчасти. В нашем мире число восемь считается особенным, приносящим удачу. Восемь дней в неделе, восемь основных праздников в году, восемь чудес света. Судя по выражению твоего лица, у вас в неделе не восемь дней?
Вика покачала головой. Как ни странно, но именно эти восемь дней в неделе заставили её по-настоящему осознать, что она действительно оказалась в другом мире. И ей внезапно стало очень неуютно и одиноко.
Мечта снова заволновалась, подняла пушистую мордочку, заглянула Вике в лицо и потёрлась клювом о ладонь. Девочка машинально погладила зверюшку, и ей почему-то стало немного легче.
Тем временем майстер Нилс снял с плиты закипевший чайник и повторил свой чайный ритуал: вначале налил в заварник горячей воды, через минуту полностью слил её, насыпал заварку из яркой жестяной баночки и добавил щепотку трав из другой баночки. По кухне потянулся приятный запах росы и шума волн, набегающих на песчаный пляж… Вика тряхнула головой – и вот опять! Откуда эти мысли о запахе того, что вообще не пахнет, – например, шум волн?
– Попробуй, – предложил майстер Нилс, наливая свежий чай в чашку.
Вика сделала глоток, и в голове завораживающе зашумело море. Тревога не исчезла, но стала не такой сильной, беспокойство не пропало, но потеряло остроту, а волнение словно куда-то отодвинулось.
– Это всё горячий чай, – с улыбкой заметил майстер Нилс. – Хороший чай всегда способен изменить день к лучшему. И щепотка спокойствия, конечно. Особый сорт, я его на огороде выращиваю – один в Ово. Потом я спокойствие сушу, – кивнул он на свисавшие с потолка пучки ароматных трав, – и делаю из него порошок. Добавишь немного в чай – и сразу становится легче.
Вика неожиданно зевнула. Надо же, а ведь ещё минуту назад ей казалось, что в таком состоянии она ни за что на свете не заснёт!
– На огороде выращивают укроп и помидоры, – сонно произнесла она. – Как можно выращивать спокойствие?
– Можно, если есть семена и терпение, – пожал плечами майстер Нилс.
– Странный у вас мир какой-то, – пробормотала Вика. – Выращиваете спокойствие, выпекаете смех…
– Обычный у нас мир, – сквозь навалившуюся на неё плотную пелену сна донёсся голос хозяина дома. – Другого мы не знаем…
Глава 3
Проснувшись, Вика не сразу поняла, где находится, но не испугалась: в уютной маленькой спальне, залитой солнечным светом, с деревянными панелями на стенах и толстым вязаным пледом на кровати, не было ничего страшного. Над изголовьем висела старинная цирковая афиша в рамке, а рядом с ней – сшитые вручную красные и белые шерстяные сердечки разных размеров – восемь штук. На одной стене красовалось небольшое зеркало в массивной деревянной раме, а другая стена и потолок были скошенными, и Вика догадалась, что спальня находится под самой крышей. Тут было два окна: одно – возле пола, а другое – высоко над головой. Напротив кровати в маленьком камине аккуратной горкой лежали дрова.
«Я в Ово, – напомнила себе Вика. – Сегодня тридцать второе августа, и я иду на открытие пекарни смеха, чтобы расспросить жителей города, не знает ли кто из них, как мне вернуться домой. И всё это мне не приснилось».
Словно в подтверждение мыслей на кровать запрыгнула вчерашняя знакомая, нежно-белая светящаяся мечта. Она потёрлась пушистой головкой о Викину ладонь и довольно зажмурилась.
Вика выбралась из кровати, подошла к скошенной стене, присела на корточки и посмотрела в окно. Как же выглядит Ово при дневном свете?
Открывшийся вид её удивил. Вика думала: раз спальня находится под крышей, то это как минимум второй этаж. Но прямо на уровне подоконника она увидела зелёный склон холма. Казалось, будто дом растёт из земли. А по черепице крыши ползли побеги вьюнка.
Что ж, значит, придётся познакомиться с Ово чуть позже.
На тумбочке возле кровати лежали джинсы с футболкой, на полу стоял рюкзак. Первым делом Вика проверила, на месте ли стёклышко в форме полумесяца, и, нащупав его в кармане, облегчённо вздохнула. Ей почему-то было очень важно, чтобы эта частичка дома не потерялась; казалось, что без неё вернуться обратно не получится.
Быстро одевшись, Вика выглянула в коридор – такой же уютный, как и спальня, с обшитыми деревом стенами. В самом конце коридора она обнаружила приоткрытую дверь в ванную комнату с крошечной душевой, непривычно низко расположенной раковиной и старинным медным краном.
Умывшись и собрав волосы в хвост, Вика почувствовала, что готова встретить новый день в новом мире, и спустилась вниз. Мечта не отставала и бежала за ней, помогая себе на крутых ступеньках крыльями.
На кухне майстера Нилса не оказалось, а бродить по чужому дому было неловко, поэтому Вика решила просто подождать хозяина.
Мечта тем временем обежала вокруг стола, села у двери, оглянулась на Вику, будто приглашая за собой, и протяжно чирлыкнула.
Что ж, вчера она привела девочку к дому майстера Нилса – наверное, и сейчас знает, куда её зовёт.
Недолго думая, Вика пошла за мечтой и вскоре очутилась у двери, из-за которой доносился странный шум.
За дверью оказалось просторное помещение с высоким потолком, многочисленными полками на стенах и разбросанными повсюду подушками, на которых лежали пушистые зверьки с клювом вместо носа и крыльями на спине. Шёрстка у каждого мерцала разными цветами: золотистым, розовым, зелёным, лиловым, аквамариновым. Когда несколько зверьков собирались рядом друг с другом, над ними возникала маленькая радуга.
Между подушками лавировал майстер Нилс, наливал в миски густой сиреневый сироп и бросал туда щепотки трав. Сегодня он выглядел совсем не так, как накануне: на нём была белая рубашка с пышными кружевными манжетами и широкие штаны, а тёмные волосы с проседью собраны в аккуратный хвостик.
Заметив гостью, майстер Нилс улыбнулся.
– С добрым утром. Как спалось?
– Очень хорошо, спасибо, – вежливо ответила Вика. – А что это у вас тут такое?
