Царство Проклятых (ЛП)

Если бы я была Первой Ведьмой, это также имело бы смысл, почему Гнев ненавидел меня в ту ночь, когда я вызвала его. Тогда он назвал меня тварью, поклявшись, что никогда не соблазнится мной, когда я ошибочно полагала, что сделки с демонами скрепляются захватывающими поцелуями.
— Поздравляю, Эмилия, — усмехнулась я. Ты полностью поддалась безумию. И
паранойе.
Разговор вслух с самой собой не помогал успокоить беспокойство и растущее безумие. Я чуть не захихикала при этой мысли. Может быть, я теряла всякое чувство реальности.
Возможно, я могла бы принять какое-нибудь тонизирующее средство, чтобы избавиться от всех воспоминаний и глупых мыслей. Стереть все и начать заново с чистого листа.
Я фыркнула. Это было нелепо и… и вполне возможно. В этом замке был кто-то, кто был одарен способностью создавать зелья и настойки. Кто-то, кто мог бы обладать навыками, необходимыми, чтобы снять любое наложенное на меня проклятие. Первая ведьма или нет, я могла бы воспользоваться ее помощью.
Я поспешила навестить Матрону Проклятий и Ядов, молясь каждой богине, о которой только могла подумать, чтобы она была в своей башне.
***
— Дочь Луны. — Селестия бросила на меня ошеломленный взгляд, когда я
пронеслась мимо нее и жестом велела ей закрыть дверь. — Что привело тебя сюда?
— Ты знаешь, кто я?
Трудно было сказать, была ли ее нерешительность вызвана заботой о моем благополучии, или она осторожно обходила правду.
— Да, миледи.
— Я не моем титуле почтения. Мы раньше не встречались?
Теперь ее внимательность стала острее.
— Ты проглотила что-то необычное?
— Нет. — Я ходила по кругу взволнованная — Я пережила некоторые воспоминания,
которые, казалось, поначалу не принадлежали мне. Теперь я уже не так уверена. Ты можешь дать мне какое-нибудь тонизирующее средство? Что-то, чтобы обнаружить проклятие или разрушить его?
— Садись. — Она скользнула к маленькому столику и табуреткам, на которых
обычно работала. Я последовала за ней и присела на край, подергивая коленом.
— Дай мне свои руки. — Я наклонилась над столом и сделала, как она просила.
— Иногда забвение может быть подарком.
Я обхватил ее руки своими, большие пальцы легли на ее запястья.
— Ты говоришь по собственному опыту?
— Я говорю как человек, который желает такого подарка.
— Я Первая Ведьма?
Выражение лица Селестии смягчилось.
— Нет, дитя.
— А ты?
— Нет.
Я отпустила ее руки и откинулась на спинку стула. Ее пульс не участился ни на один из моих вопросов.
— Я признаю, что испытываю лишь небольшое облегчение. Чем больше я узнаю о
ней, тем больше она не похожа на героя наших басен.
— Каждый злодей считает себя героем. И наоборот. По правде говоря, в каждом из
нас есть немного злодея и героя. В зависимости от обстоятельств.
Я оглядела круглую комнату, мое внимание остановилось на резном черепе.
— Я пыталась разгадать одну загадку. О ключе, который не обязательно открывает
замок. И о семи звездах, и грехах, и ангелах смерти.
— Ты ищешь Ключ Искушения. — Селестия тяжело вздохнула. — Я могу сказать тебе
вот что, Дочь Луны, ты уже нашла его. — Я снова переключила свое внимание на нее. — На твоем месте я бы передумала. Как только ты пойдешь по этому пути, возврата с него
не будет.
— Тот, кто убил моего близнеца, должен был подумать об этом. — Я встала. -
Находится ли Ключ Искушения здесь, в Доме Гнева?
— Это опасно. Божественные объекты… к ним нельзя относиться легкомысленно.
— Но он здесь.
Селестия сжала губы. Для меня этого было достаточным подтверждением. Я вспомнила свой разговор с Завистью, когда приняла его бредни за пьянство в ту ночь, когда мы пили вино истины. Он упомянул, что не все ключи выглядят так, как все обычно думают.
Например, кровь была ключом к раскрытию магии демонов. Так что, имея это в виду, не было никаких ограничений на то, что могло бы на самом деле открыть Тройное Лунное Зеркало. Ключ Искушения мог быть эликсиром, насколько я знала. И все же… что-то играло с моей памятью.
 
Если у Гнева был божественный объект и он хотел его спрятать, то не было более безопасного места, чем на виду. Гнев сделал очевидное сомнительным, бросая тень сомнения. Точно так же он вел себя, когда я впервые назвала его Самаэлем в Палермо.
Я сомневалась, что он будет держать Ключ от Искушения в своих спальнях. Что привело меня к мысли, что ключ был в одном из двух мест. Его личная библиотека или оружейная комната.
Я встала, готовая броситься и разворотить и то и другое на части, если придется.
Селестия схватила меня за рукав платья, останавливая меня на ходу.
— Если ты сделаешь это, приготовься к последствиям, которые выйдут из-под
твоего контроля.
— Очень мало сейчас находится в моей
власти. Единственное, что изменится, — это то, что я наконец узнаю правду.
Селестия отпустила мою руку и отступила в сторону. Я, не теряя времени, помчалась в оружейную комнату. Я почти боялась, что Гнев будет там, отрабатывая лишние эмоции после нашего разговора. Там было тихо, пусто. Я торопливо просматривала каждую часть, пробегая руками по каждому золотому узору, в поисках любого секретного отделения или предмета, который мог бы быть ключом.
Я остановилась в задней части комнаты возле мозаики со змеями. Как и в первый раз, когда я увидела ее, то поклялась, что в ней было что-то знакомое… Мой разум лихорадочно работал в поисках воспоминаний.
— Кровь и кости. — Я ухватилась за корни
своих волос и осторожно потянула. — Думай.
Я видела это раньше. Я бы поставила все, что осталось от моей души. Если бы я только могла
— Коварный демон. Ты великолепен. — Я
зажала рот рукой, чтобы не закричать от радости. — Я поймала тебя.
***
Я встала над столом Гнева и взял пресс-папье со змеей.
Или то, что я изначально приняла за пресс-папье. Перевернув его, я изучила гребни и геометрический рисунок другим взглядом. Это, безусловно, может быть ключом. Учитывая форму, он прекрасно поместился бы на ручном зеркале. И это объяснило бы, почему Зависть поделился этой информацией.
Без приглашения в Дом Гнева он не смог бы сам обыскать замок. Появиться в саду на минуту или две — это одно, но прогуливаться по личной библиотеке Гнева — совсем другое. Хотя, зная Гнева, он, скорее всего, защитил внутреннюю часть, чтобы не впускать своих братьев. Ничто из этого не имело значения.
Я прижала Ключ Искушения к груди, чувствуя первые проблески надежды. Я не была уверена, почему Селестия так беспокоилась о прикосновении к божественному предмету. До сих пор это только успокаивало меня. Радовало. После всех начинаний и остановок это было ощутимое преимущество. Настоящая нить, за которую можно потянуть. Теперь все, что мне нужно было сделать, это найти Тройное Лунное Зеркало. И, вооружившись ключом, я разработала новый план.
Вернувшись в свои личные покои, я достала заметки и перо. Если бы я только могла понять послание зачарованных черепов, у меня было бы направление.
— Заколдованные черепа~
Череп первый: Angelus mortis lives. Ярость. Почти свободен. Дева, Мать, Старуха. Прошлое, настоящее, будущее, найди.
Череп второй: Семь звезд, семь грехов. Как вверху, так и внизу.
Я постучала пером по губам, уставившись на записи, желая, чтобы ответ проявился сам собой. Теперь послание первого черепа стало немного яснее. Я была уверена, что это связано с Тройным Лунным Зеркалом и его способностью видеть прошлое, настоящее и будущее.
 
Это было сообщение второго черепа, на котором я все время ловила себя. Зная, что я сделала сейчас о том, что семь звезд — это еще одно имя, данное Семи Сестрам, и тот факт, что Зависть был заинтересован в том, чтобы найти их, я задумалась…