Илинара. Драготариус (СИ)

— Твоя Таветта прекрасно управляется с большими. Насколько я помню, именно поэтому ты уговорила Вилору взять её к себе на время?
— Но я же не думала, что она тут же выскочит там замуж и останется, — пожала плечами женщина. — Кстати, чтобы развести котиков достаточно попросить Дарка, который дружит с Войцеком, и они запросто добудут нам парочку котят для Даши. Заметь, абсолютно безобидных. Заодно передадут привет маме Даше и отцу с близнецами. Моему братцу вообще везёт, он вместе с именем отца унаследовал способность беспрепятственно бродить с драконом по нашим мирам.
— Ну здесь у них с Войцеком одна страсть, — усмехнулся мужчина. — Дорогая, а ты, может, всё-таки расскажешь мне, что задумала? — Тораган плавным движением поднялся с земли и, подойдя к ней, обнял.
— Ничего, — тут же заявила она, избегая смотреть в его глаза, потому что по телу мгновенно потекла предательская лава.
— И всё же, — он опустил голову и нежно дунул в ухо.
— То-о-ор, — протянула она.
— Да, любимая, — шепнул в ответ и проложил дорожку едва уловимых поцелуев.
— Тут, дети, — ответила она, прижимаясь к нему покрепче, и чувствуя его желание через тонкое платье с разрезами.
— А няня нам на что? — поцелуи становились всё ощутимее. Дети были заняты подарком бабушки.
— Лошдар — прекрасная игрушка, — выдохнула со стоном она, уже готовая идти дальше.
— Бежим, — предложил он, и они тихо скрылись в кустах, через пару минут их место заняла няня.
Через час они лежали на постели, и он лениво водил рукой по её стройному телу.
— Так что ты задумала, дорогая? — повторил он вопрос, и она уставилась в его глаза. Сейчас они были пронзительно голубыми.
— Ты знаешь, что когда сердишься или целуешься, твои глаза темнеют?
— Просто расширяется зрачок, — лениво сообщил он.
— Точно как у мартовского кота, — заявила Лина.
— Не понял.
— Вот заведём котиков и узнаешь.
— Лина, — он резким движением впечатал её в кровать, — не уходи от ответа.
— Я просто хочу к маме, — жалобно произнесла она, выпячивая губу, как делала маленькая Дашка.
— Хорошо, — вдруг согласился он, — когда летим?
— И ты не будешь против?
— А почему я должен быть против? — удивился он, внимательно всматриваясь в неё. — И когда ты узнала?
— Ну вот, — Лина резко отвернулась от него, — начинается. Я не больная, Тораган, — зло сказала она.
— Ты это чего? — не понял он.
— А ты что, не собираешься орать, что мне нельзя лететь? — развернулась и подозрительно уставилась на него.
— Нет, а надо?
— Тор, ты два раза уже вёл себя как остолоп, чуть не закрывая меня в комнате на все девять месяцев.
— Я, правда, так делал? — глаза его смеялись.
— Вот представь себе.
— Ладно, — он притянул её к себе, — не ругайся синеглазка, я не буду так делать, хотя и очень переживаю за тебя. Как там твоя Золотинка? Кстати, ты же ходила к ней?
— Страдает вокруг детей.
— Как это?
— Свернулась кольцом и никуда их не пускает.
— Интересно, если её детей познакомить с нашими? — предложил мужчина.
— Вот и познакомим, пока летим.
— Что вы задумали?
И Лина рассказала. Тораган слушал молча, глаза его темнели, ей пришлось приложить максимум усилий, чтобы доказать, что так возможно, а если всё сделать правильно, то абсолютно безопасно.
В итоге нужная корзина была сплетена, лично Тораганом несколько раз проверена. В назначенный день вылетели в ночь, чтобы дети спали. Золотинка легко подхватила корзину с Линой, двумя малышами и пятью дракончиками. Войцек страховал снизу, Тораган на видарге сверху. К утру процессия прибыла в поселение, чем несказанно обрадовала Вилору и живущую у неё последнее время Таисию с Бёрном.
Драготариус процветал, оживая после бесконечных войн, и у мира даже появилась надежда, что скоро на этой земле размножатся уникальные драконы, берегущие равновесие в природе. И кто знает, почему этот мир когда-то прозвали Драготариус, может, именно потому, что могучие драконы берегли его врата.
.