Илинара. Драготариус (СИ)

— Ну прости, мясо придётся добывать самим, вряд ли нас будут им тут закармливать.
Быстро разделавшись с завтраком, они вышли на улицу. Несмотря на то, что было очень рано, замок уже совсем проснулся, и вокруг кипела жизнь.
— Напомни мне следующий раз, — пробурчала Золотинка, — что рано в этой местности, это когда рассвет ещё не показался. А когда чуть посветлело, уже поздно.
— Может, нам повезёт, и никто не обратит на нас внимания, — Лина быстро шла по дороге к воротам, стараясь не смотреть по сторонам, чтобы не привлекать внимания. Однако непривычно одетая фигурка женщины, рядом с которой шла огромная золотисто-оранжевая ящерица, была сама по себе приметной, и все оборачивались на них. Когда они шли с Одионом, дрогатары из уважения к жрецу старались так явно не рассматривать их, сейчас же им ничего не мешало. Однако никто не пробовал их остановить, и это уже радовало.
«Надо обязательно раздобыть себе местную одежду», — думала Лина. Быть объектом всеобщего внимания ей было в тягость. Она никогда этого не любила. Охрана на воротах вяло поинтересовалась, что передать, если спросят, куда они отправились.
— Конечно же, к храму, — заявила Лина с таким видом, словно это было единственное место, куда она вообще могла пойти. И, вздёрнув нос, прошествовала мимо. Пройдя несколько метров, скосила глаза на подругу и еле сдержала смех, чтобы не испортить момент. Золотинка, копируя её, шла рядом с высоко задранной вверх головой. Как только отошли подальше, напускное величие слетело и, рассмеявшись, девушка побежала вперёд, раскинув руки и ловя встречный ветер. «Как хорошо! Вот ещё бы душа не болела за родных и Егора», — думала она, несясь по дороге.
К храму они добрались часа через два, осторожно зашли внутрь. Там никого не было. Только образ величественной женщины висел на высоте. Лина долго рассматривала её и никак не могла отделаться от ощущения, что та смотрит на неё в ответ и молчит, словно раздумывая, разговаривать с ней или нет?
— Помоги мне найти Егора и вернуться домой, — попросила она её на всякий случай, а вдруг услышит, — пожалуйста. У меня там остались родители, и они сходят с ума.
Показалось или нет? Но как будто слабая улыбка тронула губы прекрасной богини и снова ничего.
Поняв, что всё равно ничего не получит в ответ, пошла к проходу, ведущему к озеру. Взяла факел и вместе с Золотинкой погрузились в чернильную тьму. Светила на стены, рассматривая частые вкрапления блестящих камней, и удивлялась. У них бы всё давно отсюда повытаскивали и растащили. Организовали бы здесь промышленную добычу, и никого не остановило, что на этом месте находится храм. «Да наши миры действительно непохожи, — размышляла она, — как небо и земля».
Вдалеке посерело и вскоре они вышли к озеру. Здесь царила тишина, и только плеск да журчание воды нарушали покой. Золотинка, недолго размышляя, отправилась в глубину.
— Ты куда? — только и успела крикнуть девушка, а та уже скрылась.
— Поищу чешуйчатого, — услышала тихий голос своей ящерицы.
«Я тоже хочу», — решила Лина, быстро раздеваясь. Сушить заново одежду не хотелось, как и ходить в мокрой. «Всё равно здесь никого нет, так что можно расслабиться». Да и после будоражащих кровь сновидений, а потом быстрого бега тело требовало остудиться. Она подошла к кромке, небольшие волны ласково накатывали на ступню. «Странно, — девушка рассматривала рябь по воде, — ведь она должна быть неподвижна, а озеро словно дышит. Может, это Золотинка её взбаламучивает на глубине?» — улыбнулась своему предположению. Сделала несколько шагов вперёд и нырнула.
Вода приятно охладила. Плавала Илинара великолепно. Годы летнего отдыха у моря не прошли даром. Сильное тело легко скользило в прозрачной, как слеза, воде. Где-то далеко внизу в темноте мелькнул оранжевый силуэт. Лина всматривалась в глубину, но больше ничего не видела. Одно было понятно, до дна ещё очень далеко. «Интересно, каким образом Золотинка так долго не дышит?» — недоумевала Лина. — Да и вообще, ящерица ли она?» Этот вопрос последние сутки всё чаще возникал в голове. Но ответа на него она не знала. Воздух заканчивался, и она решила, что пора всплывать.
 
Поднялась на поверхность, хватая воздух, удивительно, но сама не заметила, что так долго провела на глубине. Поплавала туда-сюда, полежала на спине. Золотинки не было. В душе нарастала тревога, куда делась подруга? Решила снова нырнуть, вдруг той требуется помощь. Набрала полную грудь воздуха и устремилась в глубину. Опускалась всё ниже и ниже, гонимая беспокойством за ящерицу, стремилась достичь дна. Снова показалось, что мелькнуло золотом внизу, и она упорно гребла, надеясь увидеть Золотинку, пока не поняла, что темнеет в глазах, и пора всплывать. Повернулась и попыталась рвануть вверх, но не тут-то было. Вода словно охватила её, стискивая со всех сторон и не пуская к спасительному свету. Лина боролась, но руки и ноги внезапно стали ватными.
Она уже плохо понимала, что происходит, когда её стремительно поволокли вверх. Сознание отключилось, и она упала в пустоту. Пришла в себя от того, что кто-то стучал её по щекам. Открыла глаза и уставилась в ярко-голубые напротив.
— Ты что, — заорал на неё Тораган, — ненормальная?!
Она отпихнула его руки и попыталась сесть, в голове шумело, словно там перекатывались волны.
— Не ори, — попросила она, сдавливая виски.
— Да тебя прибить мало, — он тяжело вздохнул. — Скажи мне, кем надо быть, чтобы постоянно лезть купаться в священное озеро? — задал ей вопрос.
— В священное? — она плохо понимала, про что он говорит. — Прости, я не знала, — пробурчала куда-то в сторону, стараясь не смотреть в его лицо. Вблизи оно магнитом притягивало её взгляд, а она не хотела его разглядывать, хватит с неё сегодняшнего ночного кошмара.
— Зачем ты стала нырять, там на глубине вода становится ледяной, но этого даже не замечаешь, а потому можно и не выплыть, — сказал он вдруг странно спокойным голосом.
— Золотинка? — Лина резко обернулась, вспомнив, почему стала это делать, и наткнулась на изучающий взгляд голубых глаз. — Она в озере. Я пыталась посмотреть, почему она не возвращается, а вдруг ей нужна помощь?
— Она всего лишь крупная рептилия, — Тораган недоумевающе смотрел на девушку.
— Она друг, — воскликнула она, — как ты не понимаешь?
— Заведёшь себе другую, — хмыкнул он.
— Я не меняю друзей, как перчатки, — Лина встала, тело странно пошатывало, словно после долгой болезни.
— И что, — он легко поднялся, — прыгнешь ещё раз? Спасать больше не буду.
— Тор, тебе никто не говорил, что ты дуболом?
— Что? — не понял он. — Как ты меня сейчас назвала?
— Дуболомом, — Илинара вызывающе смотрела на него. — Нельзя так относиться к тем, кто тебе близок.
— Нет, про это я спрошу позже, как ты назвала моё имя.
— Тор, — пожала плечами Вилора, и только тут до неё дошло, что она стоит раздетой. Противная краска залила щёки, и она, оглянувшись в поисках одежды, поспешила туда, где оставила её.
— Меня зовут Тораган, — поправил он её, направляясь за ней следом.
— Я помню, — ответила Вилора и принялась одеваться. Он стоял и рассматривал её.
— Отвернись, — попросила она, — это, в конце концов, неприлично глазеть на раздетую женщину.
— Не забыла, что я тебя даже трогал? — усмехнулся он.
— То не считается. С тем же успехом можно трогать труп, ему уже всё равно, — она пожала плечами. — Я вряд ли соглашусь, чтобы ты прикасался ко мне, если буду в сознании, — она натянула футболку, а сверху свитер. Только теперь пришло ощущение холода, и она почувствовала, что дико замёрзла. Обхватила себя руками, стремясь согреться, и пошла к воде. На душе было больно. «Золотинка, где же ты?» — прокричала про себя, не желая показывать мужчине, что очень сильно переживает.
— Может, теперь расскажешь правду, что пыталась здесь найти? Думаешь, что твоих сил хватило бы здесь пройти? Или сюда должен был перейти ещё кто-то, и ты его просто встречала? — раздался за спиной голос раздражённого Повелителя. — Не надейся, мы перекрыли этот переход.