Илинара. Драготариус (СИ)

Последним местом преступления был обыкновенный двор. Серые пятиэтажки стояли, образуя прямоугольник. Во дворе была детская площадка и парковка для машин. Ничего сверхъестественного.
— Её нашли недалеко от этих качелей, — Ветров направился к площадке. — Возможно, она увидела кого-то и хотела убежать.
Егор подошёл к качелям, на которых катался веснушчатый мальчишка лет пяти, и стал настраивать свой прибор.
— Дядя, — раздался голос ребёнка, — это у вас радио?
— Нет, — улыбнулся Егор.
— А шипит, как будто оно, — заключил поцелованный солнцем ребёнок. — У нас вот дома есть радио, которое крутить можно, и антенна тоже есть. А твоё можно крутить?
— Да это не радио, парень, а специальный прибор, — попробовал объяснить Егор.
— Прибор, — голубые глаза стали круглые, — а у нас тоже столовые приборы есть, — он оттянул качели, уселся и стал раскачиваться. — У тебя тоже столовый?
— Нет, у меня измерительный, — поправил его Егор.
— Что там? — подошла к нему Лина.
— Всё то же самое, смотри, — он указал на экран. — Зашкаливает.
Ветров по их лицам всё понял, по его щекам опять заходили желваки. «Леший задери эту ерунду!» Развернулся и большими шагами пошёл к машине. Он отказывался что-либо понимать. Одно дело, когда ты ловишь человека. Хитрого, коварного, подлого, злого, но человека, а совсем другое, когда тебя противостоит нечто, с чем ты лично незнаком.
Уселись в машину и замолчали.
— И что узнали? — не выдержал Сергей. — То, что пусть убивает, мы его фиг поймаем.
— Папа, подожди, — попыталась успокоить его Лина. — Давай до дома. Там попробуем все вместе разобраться.
— В чём? — Ветров не выдержал и ударил кулаком по своему колену. Через минуту потёр его. — Хорошо, поехали.
Дома их встретила встревоженная Дарья.
— Что-то случилось? — увидев их, перепугалась она.
— С чего ты взяла? — Ветров обнял её.
— Ты уже сто лет не приходил на обед.
— Не сто лет, а пару месяцев, но решил вспомнить о традиции обедать дома и пришёл.
Поев, убрали посуду и уселись за столом.
— Ну, — Сергей обвёл взглядом собравшихся, — что имеем на сегодня по вашим соображениям?
— Я вот что подумала, пап. Не просто так же всё происходило недалеко от места нашего прохода с мамой. Возможно, что здесь теперь коридор. Пап! — воскликнула она, увидев, что Ветров отвернулся. — Послушай, пожалуйста! Это пока то единственное, что у нас есть.
— Нет у нас ничего, — усмехнулся Ветров, — то, что ты сейчас говоришь, всего лишь гипотеза, не более.
— Согласна, — кивнула она, — но давай мы с Егором её проверим, а ты окажешь небольшое содействие.
— Например?
— Ты знаешь кого-нибудь, кто был тогда на буровой, ну после всего произошедшего?
— Ну знаю, только вряд ли он захочет это рассказывать. У них эту тему усиленно замалчивают, с чего ему говорить. Я пробовал, он не соглашается.
— Ну, пап, — Лина умоляюще смотрела в суровое лицо отца, — позвони ещё разок, вдруг он передумал.
— Вряд ли, — проговорил Ветров, поднимаясь, — хотя…, посидите, я сейчас.
Через пять минут он пришёл довольно ухмыляясь.
— Его вчера уволили, поэтому он зол, как не знаю кто. Он будет ждать вас сегодня вечером часов в семь в кафешке… В той, что на углу, помнишь?
В семь часов Лина с Егором вдвоём сидели в уютном небольшом кофе и наблюдали за входом. Посетителей было немного. Негромко звучала музыка. Свет был слегка приглушён. Несколько парочек запрятались по углам, и больше никого не было. Лина заказала своё любимое пирожное и кофе. Егор нервничал. Поэтому попросил просто стакан воды.
— Если до восьми не появится, здесь потом не пропихнёшься, столько народу будет.
Мужчина пришёл минут через десять. Среднего роста, коренастый, с подтянутой фигурой военного. Волосы слегка тронутые сединой и цепкий оценивающий взгляд голубых глаз. Извинился за опоздание. Сказал, что он, хотя и доверяет Ветрову, но всё же хотел посмотреть, правда ли, что только дочь с другом. Не хочет встречаться с настырными «журналюгами», которые просто достали.
— Я так понимаю, что и вам та проклятая буровая покоя не даёт. Вы-то, что хотите узнать?
 
— Вениамин Павлович…, — начала было Лина, но он её перебил.
— Можно просто Вениамин.
— Тогда просто Лина, — улыбнулась она.
— Егор, — представился парень.
— Ну так о чём хотели поговорить?
— Скажите, вам ничего не показалась неестественным?
— Ты сейчас пошутила? — он как-то странно посмотрел на неё, а потом попросил официанта принести ему кофе.
— Нет, я знаю примерно, что там был кошмар, но может, было что-то такое, что выбивалось бы из общей картины. Может чувство страха, что кто-то рядом. Животного такого страха, от которого холодеет внизу живота, и потеют ладони.
— Откуда знаете? — он уставился на Лину. — А понял…, — откинулся на спинку стула, — это же вы нашли труп пропавшего буровика. Я прав?
— Мы, — согласилась девушка. — Но дело вот в чём, мы изучаем паранормальные явления в нашем мире.
— И много наизучали? — недоверчиво усмехнулся он. Так улыбаются, когда видят, что дети в песочнице возвели замок, и искренне верят, что он вечный и там можно жить.
— Достаточно, — Лина не поддалась на провокацию и не стала обращать внимания на колкость, — вполне, чтобы сказать, что мы встретились с чем-то иным.
— Вас Ветров зачем послал? — мужчина прищурился. — Посмеяться что ли, решил? От меня-то что надо? Подтвердить, что там бегал пришелец?
— Вениамин, я понимаю, что это дико звучит, и отец точно так же как и вы ошеломлён. Но всё дело в том, что мы измеряли там фон.
— Что? — он уставился на Лину. — Какой фон.
— На наличие калпа-частиц. Слышали о таких? — не выдержал Егор.
— Ну допустим, — Вениамин, наконец, решил послушать. Складывалось впечатление, что мужчина знал больше, чем говорил. Но доверять никому пока не собирался.
— Я окончил физический факультет МГУ, — решил рассказать ему Егор предысторию их увлечённости. — Паранормальным увлекаюсь давно, с тех пор как случайно исцелился в пещере от сильного страбизма или, если так более понятно, косоглазия. Пытаюсь научно обосновать наличие явлений, которые официально отсутствуют. Про то, что есть частицы, которые появляются в пространстве во время таких происшествий, знал давно. Поэтому решил попробовать их как-то измерять. Стал делать приборы, улавливающие калпа-частицы.
— Получается? — мужчина явно заинтересовался.
— Да, именно поэтому мы здесь, — кивнул Егор
— Вы нашли калпа-частицы рядом с пропавшим буровиком. Я правильно вас понял.
— Да. И ещё на месте последнего убийства, — подтвердил парень.
— А от меня что хотите? — Лисицын раздумывал, стоит ли с ними связываться.
— Вы видели что-нибудь, что вас бы испугало или удивило, — Лина внимательно смотрела на него. — Может, какую-нибудь дымку, мираж, хоть что-то, что бы вызвало недоумение.
— Это видел только один человек, — медленно произнёс Вениамин.
— Кто? — Лина даже поддалась вперёд, казалось, ещё мгновение, и она узнает что-то важное.
— Глазуков, — ответил Лисицын и усмехнулся, — только он бесповоротно сошёл с ума.
Лина от разочарования прикрыла глаза. Что делать? Опять тупик.
— Была одна вещь, — решил всё же рассказать Лисицын.
Он сам об этом долго думал и всё больше убеждался, что прав, но рассказывать кому-либо боялся. Из-за негласного табу на работе, где все делали вид, что ничего не произошло. Как только ушла проверка с ведомств, и их признали невиновными в происшествии, эту тему поднимать запрещалось. Нет, про это не говорили вслух, но стоило кому-то начать что-то болтать и его отправляли на увольнение. Он сам и следил за этим. Вениамин усмехнулся. А мысли по ночам всё равно не давали спать. Стоило закрыть глаза, и он опять попадал туда, на ту злополучную буровую. «Может, правда, стоит разобраться с этим дерьмом, — думал он, — странное что-то произошло тогда с молоденьким младшим лейтенантом». На его глазах вполне здоровый парень превратился в рухлядь, как будто кто-то нечаянно сломал его.