Илинара. Драготариус (СИ)

— Лина, — женщина замялась, не зная с чего начать.
— Я знаю, — прошептала девушка, помогая ей. Дарья вскинула на неё удивлённые глаза. — Я неродная, — выпалила та и уставилась в стол, глотая слёзы.
— Да ты что! — подскочила с места старшая Ветрова. — Да ты для меня самая родная, — подойдя, обняла её. — Ты моя крошка, моя любовь и моя боль. Я обещала рассказать тебе историю про твою вторую маму Вилору, когда окончишь школу, и я расскажу. Ты и вправду не моя биологическая дочь. Ты дочь моей подруги. Это очень длинная история, поэтому приготовься слушать. Скажу сразу, то, что я поведаю, может показаться тебе дикостью, потому что не лезет ни в какие рамки принятые в обществе и попахивает бредом, но это правда. Начну с главного. Мы с тобой не дети этого мира.
— Как это? — не поняла девушка, глаза её расширились, и в них засверкал неподдельный интерес.
— Если честно, — Дарья вернулась и села за стол, — как я попала с тобой сюда, сама не понимаю, но только отец нашёл нас в начале зимы на трассе из Нижневартовска. Мы были с тобой не одеты, потому что в нашем мире было ещё тепло.
— Это правда? — повернулась Лина к Ветрову.
— Правда, — кивнул он, всё это время мужчина сидел, сжав руки в кулаки.
— А дальше? Что было дальше…
— А дальше я сделал вам документы и женился на матери, — кивнул он на Дарью.
— Мы случайно попали сюда? — развернулась девушка к Даше.
— За нами гнались. Ты внучка…, ой не могу, — замотала головой, — я до сих пор не могу про это говорить.
— Ма, — Лина положила руку на её подрагивающие пальцы, — не переживай так, ты знаешь, у меня давно пробегали мысли, что я не совсем человек, — и увидев расширенные глаза Дарьи, рассмеялась, — ну, честно, только не пугайся, ты тут ни при чём. Так чья я там внучка?
— В общем, мы с Вилорой, — быстро заговорила Дарья, уставясь в пол и боясь сбиться, словно сто раз репетировала речь, — работали в Научно-исследовательском институте. Наш мир похож на этот, только мы когда-то не смогли договориться между собой, — грустно усмехнулась она, — и у нас была ядерная война.
— Какой кошмар! И что, погибли не все?
— Когда мы с Вилорой родились, прошло уже много лет после войны, время с Землёй течёт по-разному, наши миры и похожи и нет, вот у вас, хвала богам, не было этой страсти.
— Хвала богам — это оттуда? — усмехнулась Лина.
— Оттуда, я же говорю, что кое-что у нас разное. Так вот, мы тогда отправились в экспедицию. В такой дикий уголок, не затронутый радиацией и потому очень ценившийся, как туристический. Там, на озере, где стоял наш лагерь, она встретила своего мужчину, которого, как ни странно это звучит, она ждала всю жизнь.
— И он был пришелец, — глаза Лины засверкали весельем.
— Прекрати смеяться! — прикрикнула Дарья. — Я тебе серьёзно рассказываю. Вот, Сергей, — она ткнула пальцем, — я тебе говорила, что она не поверит.
— Твоё дело рассказать, — буркнул Ветров, — а твоё, — строго посмотрел на Лину, — выслушать, потому что, если что произойдёт, ты должна знать.
— Да что произойти-то может? — удивилась девушка. — Налетят пришельцы и похитят меня? Семнадцать лет не вспоминали, а тут бах и вспомнят.
— Лина, твой отец был сыном какого-то главного арцтаха.
— Кого?
— Того, в кого у тебя такие необычные синие глаза и некоторые способности! — рявкнула, не выдержав Дарья. — Это такая раса. Не знаю, люди они или нет. Твоя странная ящерица меня тоже всегда напрягает.
— Ма, а Золотинка тут при чём?
— Притом, — тяжело вздохнула женщина, — не думай, что я слепая и не вижу, что она тебя понимает, впрочем, иногда мне кажется, что ты её тоже.
Лина закусила губу, а она-то думала, что никто ничего не видит и не знает, когда она иногда переглядывается со своей ящерицей, и та таскает ей из кухонного шкафа, убранные от близнецов конфеты. Или бегает проверять, дома ли отец, чтобы Лина могла незаметно улизнуть на пару часов.
— Так что, дочь, ты собираешься поступать и уезжаешь из дому, защитить тебя будет некому, — продолжила Дарья, — будь, пожалуйста, начеку. Ты повзрослела, и как бы они ни пришли за тобой.
 
— Бред, какой-то, — прошептала Лина.
— Бред ни бред, но увидишь высоких мужчин с глазами такого же, как и у тебя цвета, беги, — попросила Дарья.
— Ма, не переживай, я могу за себя постоять, ты же знаешь, что дядя Олег меня многому научил, так что не бери в голову.
— Да, — вздохнула Дарья, — только вот с арцтахами не так-то просто справиться. А ещё я знаю, что ты так же, как твоя мать и бабушка, любишь лазить по пещерам и всюду совать свой нос.
— Ты только что сама сказала, что это генетика, — засмеялась девушка. — А кем работала мама Вилора? — неожиданно притихла она.
— Лингвистом, и искала всё время свою пропавшую маму.
— То есть моя бабушка тоже куда-то пропала?
— Тоже, — женщина не выдержала и закрыла лицо руками, как будто заплакала.
— Э-э-э…, мама Даша, ты чего? — соскочила Лина и подбежала к ней.
— Всё нормально доченька, — она развернулась и, обхватив стройную фигурку руками, зарылась носом в родном тепле. — Просто переживаю за тебя очень.
Прошло пару месяцев после того разговора, и Лина поступила в Тюменский университет. Решили, что её тяга к исследованию подземных пещер, изучению минералов может принести ей пользу на профессиональном поприще, и она без колебания выбрала инженерную геологию.
Егор, как и прежде, приезжал на полтора-два летних месяца, которые они проводили в доме Зинаиды Павловны. Их жизнь текла размеренно, и ничто не предвещало катаклизмов. Парень давно стал своим в семье Ветровых, относился к Лине по-родственному, девушка платила ему той же монетой. Они словно не замечали, насколько красивой парой были вместе. Но что-то стояло между ними, не давая сблизиться, как будто каждый ждал чего-то другого. Егор за время вытянулся, постоянные тренировки изменили его, тело стало сильным и выносливым. Встреча с Палым не прошла для него даром. Внезапное осознание своей физической слабости привело к тому, что он стал искать, чем бы заняться, чтобы научиться постоять за себя и близких. Решение пришло неожиданно. Во время очередной вылазки в заброшенный храм в Московской области, где он проверял свои очередные приборы на чувствительность, столкнулся с мужчиной. Разговорились. Егор рассказал, что пытается найти в районе алтаря. Про храм ходили слухи, что видели ночами странное свечение внутри. Незнакомец оказался десантником, прошедшим боевые точки, сейчас работал инструктором. Так молодой человек случайно попал к Игорю Петрову, который пообещал сделать из него мужчину.
Прошли годы. Длинная институтская эпопея подходила к завершению. Остался последний рывок. А впереди были последние каникулы.
Егор обещал заехать ближе к вечеру, чтобы забрать её, они должны были рвануть своим ходом до Радужного. У отца что-то происходило на работе, о чём он упорно молчал, но отпуск брать категорически отказывался, говорил, что не время. Дарья не хотела бросать его. Двойняшек отправили к бабушке ещё в июне, Лина же соскучилась по родителям, и теперь очень хотела повидать их. А потом бы они тоже рванули в Краснодар, может, и родители с ними.
— Егор, ты ненормальный, далеко же, — пыталась отговорить его она.
— Для бешеной собаки, — смеялся в трубку Егор, — сто вёрст не крюк.
— Может, всё же самолётом? — уточнила она, когда он сказал, что приедет своим ходом.
— Не-а, хочу по тайге полазить, — отказался он. — Да и вообще давно хотел те места посмотреть.
— Так и скажи, что тащишь аппаратуру, надирает исследовать место нашего с матерью десанта.
— Угадала, жди.
Про то, что ей рассказали родители, Лина не выдержала и поведала ему в том же году. Он не особо удивился. Пожал плечами, словно всегда об этом знал.
— Ты себя видела? — спросил у неё так, как будто у неё на лбу печать стояла. Она недоуменно уставилась на него. — Я уже не говорю про твой странный цвет глаз, я такие встречал только у товарищей с линзами, — подмигнул ей и принялся объяснять свою точку зрения. — Но ты же вечно что-то находишь, как будто чувствуешь аномалию нутром. Я уже стал думать, что ты экстрасенс какой-нибудь. А мои глаза? Ты же провернула это, будучи ребёнком. А то, как ты умудряешься общаться с ящерицей? — не унимался он.