Добровольцы на заклание (СИ)
– Не согласен! – возразил Николай Павлович. – Они таким образом пытаются исправить сегодняшнее положение дел. Иначе и вас можно обвинить в эскапизме, причём в самом прямом смысле этого слова.
Арнольд Оскарович заметно смутился, но всё же ответил.
– К услугам машины времени обращаются, когда все другие способы изменения действительности исчерпаны.
– Или кажутся слишком сложными, – продолжал спорить Николай Петрович. – А машина времени представляется эдакой волшебной палочкой.
– Разрешите? – не выдержал Павел. – Это всё теория, а какие у них перспективы, когда они окажутся в 1991-м году?
Арнольд Оскарович задумался.
– А ведь это очень интересный вопрос! – наконец произнёс он. – Давайте в качестве примера проанализируем поведение Марии Егоровой. В исходном 1968 году она была лидером коллектива – комсоргом ВЦ. Попав в 1943-й, она стала командиром расчёта зенитного орудия. В 1993-м фактически возглавила организованную преступную группировку. Поскольку я уже накидал примерные психологические портреты наших подростков, то попробуем представить, что они будут делать в августе 91-го с учётом той обстановки.
– Но здесь надо учитывать, что они будут действовать не поодиночке, а группой, – добавил Николай Петрович.
– Да, конечно же! – согласился Арнольд Оскарович. – Я предполагаю, что они попытаются вмешаться в события самым непосредственным образом, как это делала Мария Егорова. Но, с учётом обстановки в тот момент, последствия могут быть самыми печальными.
– То есть? – переспросил Павел.
– Войска, а скорее всего – КГБ, применят против них оружие. А с учётом серьёзности положения – применят на поражение. Так что итог, увы, может оказаться для них фатальным.
Глава 14. Бессмысленное занятие
– То есть они ничего не смогут изменить? – переспросил Павел.
– Да, – кивнул Арнольд Оскарович. – Их наивная попытка изменить историю – это примерно то же самое, как уперевшись плечом, попытаться изменить траекторию Земли в космическом пространстве.
– И они умрут напрасно? – не унимался Павел.
– Такова се-ля-ви, как выражаются французы, – развёл руками Арнольд Оскарович.
– Но надо же что-то делать! Мы что, будем просто сидеть и смотреть, как они идут на смерть?!
– Что ты предлагаешь? – спросил Николай Петрович. – Может, там от машины времени ничего уже не осталось – столько лет простоять в затопленном помещении. А если и осталось, то всё равно она потребует какого-то ремонта и наладки. Кто будет это делать?
– Почему машину времени нельзя просто уничтожить?! – воскликнул Павел.
– Всё очень просто, – ответил Арнольд Оскарович. – Тогда это было государственное имущество, его положено беречь. А сейчас бункер залит водой, то есть фактически уничтожен. Но ведь никто не мешает сделать машину времени в другом месте.
– Я бы это запретил строжайшим образом! – решительно заявил Павел. – Вот представьте – эти добровольцы из своих лучших побуждений отправились в прошлое и его поменяли. Соответственно, поменялось и настоящее. В том числе и моё настоящее. А я их об этом просил?!
– Тебе не нравится социализм? – поинтересовался Николай Петрович.
– Дело не в этом. Кому-то нравится, кому-то – нет. Но получается, что мнение большинства игнорируется. Несколько энтузиастов будут навязывать всем свою волю.
– Не совсем так, – возразил Арнольд Оскарович. – То есть совсем не так. Далеко не факт, что они смогут что-то изменить. Кроме того, они будут вынуждены действовать в определённых исторических реалиях, то есть наравне с современниками. И, в конце концов, современные политики тоже пытаются навязать всем свою волю.
– И всё же знание будущего даёт определённые преимущества, – высказал своё мнение Николай Петрович. – Взять хотя бы Нечаева. Арнольд Оскарович, да и ваша контора тоже ведь именно этим промышляла.
– Честно говоря, толку от этого было немного, – ответил Арнольд Оскарович.
– Как это? – поразился Николай Петрович.
– А вот так! Вот представь себе, что твой сосед купил машину, ну, скажем, «Мерседес». И ты хочешь такой же. Ты знаешь, где он продаётся. Казалось бы – пошёл да купил. Вот только денег нет! И здесь то же самое. Знали – куда всё пойдёт, знали, в какую сторону техника будет развиваться. А сделать-то не могли! Технологий нет, промышленность надо развивать, людей надо учить. На это ведь тоже время нужно. Вот, к примеру, такая простая штука, как самолёт. Все знают, как он устроен. Да в конце концов купи, разбери и посмотри. А сколько стран в мире могут сделать современный реактивный самолёт? По пальцам пересчитать можно! Зато знают все!
– Зачем же ваша часть была нужна?
– А почему, ты думаешь, это всё забросили?! В ЦК тоже не дураки сидели.
– Ну хорошо, а если речь идёт не о технической, а о социальной информации? Вы же в своё время смогли выяснить, что в 90-е социализм постигнет кризис?
– Ну и что? – сердито спросил Арнольд Оскарович. – Это что-то изменило? Наши твердолобые заявили, что этого не может быть, потому что не может быть никогда. Учение Ленина всесильно, потому что оно верно и тому подобное. В результате всё пришло к тому, к чему пришло. Мария Егорова это поняла, и поэтому не захотела возвращаться. Я ушёл из своего времени в чём-то вынужденно. Это как детектив, конец которого ты уже знаешь. И который пишешь не ты.
– А вот детишки решили переписать историю, – напомнил Николай Петрович.
– Ну что же, как говорится: кто в юности не был революционером – у того нет сердца, кто в старости не стал консерватором – у того нет разума.
– Но вы же сами сказали, что они могут погибнуть! – возмутился Павел.
– И что мы можем сделать? Кто-то прыгает с парашютом, кто-то идёт в горы… Так лучше, чем от водки и от простуд.
– То есть вы считаете, что это всего лишь разновидность экстремальных увлечений молодёжи?
– Да, – кивнул Арнольд Оскарович. – Таков путь развития общества. Когда-то покорение Северного полюса было подвигом, а сейчас платишь деньги – тебя везут туда на атомном ледоколе. То же самое и с космосом. Конечно, не по профсоюзной путёвке, как мечтал Королёв, но в принципе доступно каждому платёжеспособному гражданину.
– До чего мы докатились! – воскликнул Павел.
– Эх, молодой человек! – в ответ вздохнул Арнольд Оскарович. – Тебе ещё рано так говорить!
– И всё же, по вашему мнению, обладая знаниями о прошлом или будущем, можно ли изменить историю? – переспросил Николай Петрович.
Арнольд Оскарович охотно ответил.
– Ну вот смотри – есть Мария Егорова и Андрей Нечаев, я не в счёт. Сильно они что-то изменили? Локально, свою судьбу – да, а в целом? Так что реальные опыты были проделаны, и они дали такой результат – исторически значимых изменений вызвать не удалось. К этому выводу специалисты пришли в 1999-м году, когда говорили со мной. Почему ко мне претензий и не было. По этой части нет претензий ни к Егоровой, ни к Нечаеву. Вот так-то! Так что и у этих ребятишек результат ожидается тот же. Поэтому в целом волноваться не о чем. А что касается самих ребят – то они уже получили неплохой опыт организаторской деятельности, который наверняка пригодится им в дальнейшем. То есть всё это не зря в любом случае.
– Может, это и к лучшему, – неуверенно пробормотал Николай Петрович и стал собираться. – Мы, пожалуй, поедем, чтобы засветло успеть, а то дорога действительно не очень.
Глава 15. Совещание у полковника
В самом конце зимы Павел вновь столкнулся с капитаном Лисицыным. Капитан выглядел похудевшим, уставшим и раздражительным. Поздоровавшись, Павел поинтересовался:
– Ну как там?
– Сам съездить не хочешь? – огрызнулся Лисицын. – Пока я там ерундой занимался, тут такие дела творятся!
– Какие? – насторожился Павел.
– Помнишь этих подростков? Ну которые экстремисты?
– А, это которые на заброшке сексом занимаются? – улыбнулся Павел. Но Лисицын был настроен серьёзно.