Добровольцы на заклание (СИ)
– На основании оперативных материалов.
– Которые ты получил сомнительным путём. Так ведь?
Павел смущённо замолчал.
– Нам остаётся только наблюдать, – подвёл итог Арнольд Оскарович. – Это как в войну – самолёт выбросил агентов на вражеской территории, а ты сидишь и ждёшь, когда они выйдут на связь.
– Но там вы агентов готовили сами, а здесь эти дети откуда взялись? – в недоумении спросил Павел.
– Откуда? Этот парень – сын Марии Егоровой, первого разведчика во времени. И друзья у него подходящие. А почему они так себя ведут? С одной стороны – они умеют действовать самостоятельно, в отличие от нас. С другой – они считают своим долгом защищать свою страну. В наше время были комсомольцы-добровольцы. Сейчас комсомольцев нет, но добровольцы остались. Так что, друзья мои, ещё не всё потеряно!
– Это не добровольцы, а какие-то кустари-одиночки без мотора! – проворчал Павел.
– А ты, молодой человек, Советский Союз-то застал? – обернулся к нему Арнольд Оскарович.
– Нет, я 92-го года, – признался Павел.
– Оно и видно! Вашему поколению этого не понять!
Глава 6. Политическая позиция
– Ну хорошо, а каковы должны быть наши дальнейшие действия? – озадаченно поинтересовался Николай Петрович.
– А это уже зависит от твоей политической позиции! – усмехнулся Арнольд Оскарович. – Лично я поддерживаю их обеими руками!
– Я, пожалуй, тоже, – согласился Николай Петрович.
– Послушайте, а не попадают ли их действия под статью о свержении конституционного строя? – засомневался Павел. – Ведь если они хотят предотвратить распад Советского Союза, то значит…
– Паша, ты помнишь, что нам полковник сказал? – напомнил Николай Петрович. – Так что твоё служебное рвение здесь неуместно.
– Нет, погоди! – остановил его Арнольд Оскарович. – Ребятишки хотят попасть в 1991-й и там уже предотвращать распад Союза. Действующее на тот момент законодательство не только не запрещает, но даже обязывает это делать. А если ты хочешь распространить действие нынешнего законодательства на те времена, то ты пытаешься придать ему обратную силу. Что незаконно. Так что с законодательной точки зрения к ним не подкопаешься.
– Но машина времени… – попытался возразить Павел.
– А что не так с машиной времени?! Где у нас регулируются действия с машиной времени? В правилах дорожного движения? Или в гражданском кодексе? А всё, что явно не запрещено – разрешено. Так что подозреваю, если ты начнёшь предъявлять им юридические претензии, то их аналитик из Макдональдса положит тебя на обе лопатки.
– Вот ведь ерунда какая! – возмутился Павел.
– Да, похоже, мы имеем дело с волкодавами, – радостно потёр руки Арнольд Оскарович. – Горячность и энтузиазм одних уравновешиваются холодным рассудком и аналитическим складом ума других.
– И что – они вчетвером сделают то, что не смогли КГБ и вся Советская Армия?
– Как когда-то сказал Наполеон – дух побеждает саблю. Так что посмотрим.
Павел хитро прищурился.
– Послушайте, тот раз вы говорили о марксистском толковании роли личности в истории. Я специально почитал об этом в Интернете. Должны быть исторические предпосылки, и только тогда появится личность, которая изменит историю.
– Ну вот – личности появились, – в ответ улыбнулся Арнольд Оскарович.
– Но время-то сейчас другое!
– Когда это писалось – машины времени ещё не было. А марксизм-ленинизм, знаете ли, учение творческое, и имеет особенность развиваться.
– Теперь осталось только, чтобы Нечаев эту девочку не заказал, – мрачно заявил Николай Петрович. – А то никаких личностей не напасёшься.
– Знаете что, ребята, вы бы встретили её в аэропорту, когда она вернётся? В Лондоне вряд ли с ней что-то произойдёт. Так, на всякий случай. Я понимаю, что у вас работа и всё такое. Но я уже на такие дела не способен. Поэтому прошу вас.
Николай Петрович и Павел переглянулись.
– То есть вы хотите, чтобы мы помогали этим ребятишкам?
– Ты же сам сказал, что если готовится преступление, то надо как-то реагировать. Вот и реагируй. В конце концов это твоя работа. Сможешь выяснить, каким рейсом она возвращается?
– Конечно, – кивнул Павел.
Уже на обратном пути он вдруг возмущённо заговорил.
– Это что же получается? Какие-то подростки готовят заговор, а мы им будем помогать?!
– Раз уж сами ничего сделать не можем, то давай хоть помогать будем, – ответил Николай Петрович.
– Вам так жалко Советский Союз? Что было бы хорошего, если бы ГКЧП в 91-м победил? Это же был путч, гос. измена!
– Старик прав – иногда надо думать своей головой, а не ждать приказов начальства.
– Но ведь действовать без приказа – это почти то же самое, что нарушить приказ!
– Поэтому мы с тобой, Паша, связаны уставом по рукам и ногам. А эти подростки свободны. И они сделали свой выбор.
– Чушь! Что они смогут сделать? Так – поиграются до первой сессии в революционеров-заговорщиков и успокоятся.
– Тогда чего ты так волнуешься? – усмехнулся Николай Петрович.
Глава 7. Суд потомков
Спустя неделю Павел снова стучался в кабинет Николая Петровича.
– Разрешите?
– Что у тебя?
– Я по нашему делу, – понизил голос Павел.
– Встретил девчонку в аэропорту?
– Да, всё нормально – посмотрел издали, как её папашка забрал. Я ей удалённо в смартфон подкинул приложение, и теперь через него можно слушать не только её разговоры, но и что говорят вокруг.
– И что они говорят? – Николай Петрович придвинулся ближе. Павел достал свой смартфон и включил воспроизведение.
«Значит, что мы имеем? Оба участника переходов во времени найдены, местоположение машины времени определено, программное обеспечение есть, финансирование на подходе… Теперь настало время всё это оформить юридически»
– Это говорит Алексей, сын Марии Климовой, – остановив запись, прокомментировал Павел.
– Так, а дальше? – задумчиво попросил Николай Петрович.
«– Я что-то пропустил?»
– Это второй парень, любитель пива.
«– Да практически всё. Нечаев обещает деньги на восстановление машины времени.»
– Это Ольга, которая летала в Лондон.
– А старик ещё боялся, что Нечаев её закажет! – хмыкнул Николай Петрович. – А получилось наоборот – он ей ещё и денег пообещал. Интересно, как она это сделала? Что там ещё интересного?
– Они наконец-то выяснили, что мать Алексея – это та самая Мария, разведчик во времени. Потом стали рассуждать про политику. А вот эта часть мне показалась интересной. Это говорит Алексей. Послушайте!
«– Их опыт использовать невозможно! Весь их опыт – это опыт развала великой страны. Кажется, Владимир Войнович сказал про Солженицина – как может человек учить других, как избежать тюрьмы, если он сам сидел? Светик, понимаешь, есть поколение победителей, а есть поколение неудачников. Поколение победителей – это те, кто победил в Великой Отечественной, кто потом восстанавливал страну, строил метро, МГУ, Братскую ГЭС, космические корабли, создавал ракетно-ядерный щит. А поколение неудачников – это те, кто кричал на митингах «Ельцин, Ельцин!», защищал Белый дом, участвовал в приватизации, торговал с лотков в Лужниках. Неудачники не могут создать ничего стоящего, всё, к чему они прикасаются – разваливается. И ты предлагаешь спрашивать у них совета?! Что они могут посоветовать? При всём моём уважении к матери она мыслит как обыватель. Это хорошо, что у Нечаева проснулась ностальгия, и он готов дать денег. Не совесть проснулась, а ностальгия. В какой-то момент надо начать с чистого листа, а не тянуть за собой ошибки и комплексы прошлого. И это сделаем мы!»
– Ого! – дослушав, озадачился Николай Петрович. – Сурово! Но пацан в чём-то прав – перестроечное поколение просрало страну. Да, не всё было идеально, но вот так спустить в унитаз то, что создавали до тебя…А парень настроен решительно!