Мачеха против Принца, или Свадьба (не) состоится (СИ)

-Мне кажется, ты меня совершенно не слушаешь, Александр, -вздохнула я. -Прости, что отчитываю прямо во время работы, под руку: но во-первых, ты без этого можешь натворить опасных для всех нас ошибок -как мы только что убедились; во-вторых, особо работой и не занят. Обычно я разбираю все недочёты во время небольших собраний перед первой сменой... но, честно говоря, я абсолютно не верю, что ты до него дотянешь. Тебя уже уволить надо. Так может поступишь по-мужски, прекратишь позориться и уйдешь сам?
Принц ожидаемо промолчал вновь, а я развернулась и ушла, потому что именно в этот момент в зале понадобилась моя помощь.
Но я еще слышала, как Олег за моей спиной произнёс:
-Эй, ты как? Если совсем плохо, лучше действительно иди домой. А если нет -давай продолжу учить.
Видимо, Принц выбрал второе. Зря.
Когда ко мне через десять минут меня вызвали к возмущенной Анжеле, стоявшей в коридоре у двери в служебное помещение, я, мягко говоря, удивилась, но вида не подала. Тут же настроилась слушать.
-Вы администратор? -нервно выпалила она, стоило мне подойти.
-Да, чем могу помочь? -дежурно поинтересовалась я. Было видно, что девушку так переполняют эмоции, что она места себе не находит.
-Ваш этот... Бараш... помощник бармена... он.... совсем уже! В женском туалете! -громким шепотом выпалила она и нервно оглянулась по сторонам. К счастью, никого больше поблизости не оказалось. -Почему вы не проверяете персонал?!
-Скажите, пожалуйста, что именно произошло, -попросила я. -Что именно он сделал?
Анжела посмотрела на меня так, будто я ей не верила и спрашивала посторонние вещи.
-Он ввалился в женский туалет! -пискнула она. -И начал раздеваться!
-Так может, он просто перепутал? -предположила я. -Александр работает у нас только третий день.
-Нет, вы не поняли, он стал снимать рубашку! -взвизгнула Анжела. -Почему вы меня не слушаете? Это в вашем клубе так принято, что сотрудники устраивают неожиданный стриптиз?! Он красивый, но я не просила! Я не буду за это платить! Я вообще не такая!
Похоже, она решила, что томные выстрелы глазками попали в цель, Принц собрался приударить за ней прямо сейчас, причем не с помощью бесплатных коктейлей -и не ожидавшая столь бурного эффекта Анжела тут же пошла на попятную.
Но я уже поняла, что произошло.
-Всего один вопрос, -попросила я. -Вы не заметили, рубашка у него была мокрая?
Анжела посмотрела на меня проницательным взглядом аквариумной рыбки, но попыталась вспомнить.
-Кажется да, рукава...
-В таком случае могу предположить, что стажер, который как раз сейчас учится мешать коктейли, банально облился, -как можно спокойнее пояснила я. -А так как он еще не совсем привык к ночным сменам и расположению помещений -то перепутал, куда идти застирывать рубашку. Он ведь не бросался на вас?
Она, конечно, могла наврать, чтобы как-то оправдать свои обвинения... но не стала.
-Нет, -тихо произнесла Анжела. -Он выглядел довольно странно. Я в тот момент мыла руки, но он меня словно совсем не заметил. Или проигнорировал.
Последнее прозвучало с едва заметным разочарованием.
-Я немедленно выясню у него, что произошло, -хотя чего выяснять, и так всё ясно. -Хотите присутствовать? Вы также можете написать заявление, если посчитаете нужным.
-Заявление? -Анжела вскинула голову, не веря своим ушам. -Какое заявление?
-В полицию, -просто пояснила я. -Подобные случаи нельзя оставлять без внимания. Если вы считаете, что он действительно задумал дурное.
-Нет, я... -Анжела замялась, комкая край блузки и краснея. -Он и не пытался приставать, он просто пришел... возможно, я всё неправильно поняла... Мы беседовали до этого, и я подумала, что он... Что я ему... Видимо, произошла ошибка.
Конечно, я осознавала, что ничего она писать не будет. К тому же, максимум, что случится -Принц побудет в роли подозреваемого. Хотела ли я подпортить репутацию заведению? Да, я бы с радостью навредила Стасу, ведь слух, что здесь могут обидеть -не такая уж ложь! Готова ли я была заставить Принца пройти через подобное разбирательство? Гораздо менее уверенно, пытаясь отодвинуть в сторону совесть, я всё же ответила себе -да. Только для того, чтобы он понял, насколько далеко я могу зайти, чтобы отвадить его от нашей семьи. И отступился.
 
Вот только от понимания этого мне становилось очень гадко. Я не хотела так поступать. И я была искренне рада, что не пришлось.
Июнь
Едва я зашла в служебные помещения, ноги у меня подкосились, и я чуть не упала. Привычные каблуки показались ходулями, безумно захотелось скинуть туфли, а лучше лечь на пол, свернуться клубком и зарыдать. Но я не могла себе сейчас такого позволить, я изо всех сил перегоняла отвращение в злость, которая, как известно -лучшее мотивация. И я уговаривала себя, словно маленького ребенка, заставляла небольшими шагами двигаться к кабинету, где лежала в сумке моя флешка.
А когда дело было сделано, я вернулась в зал. Здесь почти ничего не изменилось: тот же разгром, который придется устранять уборщицам, те же разбитые стаканы, о которых будет сокрушаться Олег... Только стол подняли, и Стас теперь развалился на диванчике. Едва заметив меня, он подался вперед.
-Таня, не надо рубить сгоряча, давай поговорим! -странно, но при всей невнятности его речи (кажется, Рома ему и зубы задел), говорил Стас более-менее здраво.
-Протрезвейте сначала, -бросила я, намеренно подчеркивая дистанцию этим «вы». -А потом посмотрим, может я это видео еще по соцсетям распространю, от лица нашего клуба.
Стас недоверчиво округлил глаза. Он думал, я не осмелюсь. Постесняюсь того, что на видео мне задирают юбку, что я чуть не стала жертвой, что меня осудят -как часто бывает в нашем обществе. Но я была готова. Да, как бы странно это не звучало: я волновалась о мнении моих соседей, я терпела его нападки и двусмысленные фразы, но когда дело дошло до откровенной попытки изнасилования -я готова была даже к суду.
Но чем дольше я оставалась в этом зале, тем сильнее меня начинала бить дрожь от пережитого. Сейчас надо было скорее уйти. Я кинула взгляд на Рому, и он понял меня без слов. Подхватил под локоть, помог покинуть клуб -ноги отказывались слушаться -и усадил в машину.
-Тебе надо обработать раны, -начал он каким-то не своим голосом, но я лишь отчаянно замотала головой. Посмотрела на сбитые костяшки его правой руки, лежавшей на руле, и прошептала сдавлено: -То место на мысе... отвези меня туда. Пожалуйста.
Рома спорить не стал. Не говоря ни слова, всё еще нервно сжимая челюсти, доставил меня прямо к скалистому берегу, под которым тихо шумел прибой. Но, когда отстегнулся, я снова попросила:
-Останься здесь.
Кое-как вывалилась из машины, невидящим взглядом уставилась на далекую линию горизонта, набрала в лёгкие побольше воздуха -и заорала. Не думая о том, как это воспримет Рома, не надеясь на то, что мне помогут слёзы, не заботясь о том, что меня услышит случайные прохожие, я через крик вымещала всю свою боль, пока не осипла. Пока совершенно не лишилась сил и не рухнула на колени в жесткую траву, тяжело прислонившись к пыльному бамперу. И сама не заметила, как Рома очутился рядом, обнял и прижал меня к себе. И мы сидели так долго, очень долго, несмотря на быстро разгоравшееся летнее утро, обдававшее землю волнами зноя.
А потом он ушел к машине и вернулся с бутылкой воды и аптечкой. Не упрашивая меня даже подняться, аккуратно снял испачканные чулки, промыл порезанные ладони и колени, а позже я совершенно равнодушно наблюдала за тем, как он замазывает их йодом, делая еще более заметными.
-Ты напугал меня, -хрипло пробормотала я. -Думала, убьешь.
Рома не сразу ответил.
-Я действительно хотел. Впервые в жизни хотел кого-то убить.
-Он того не стоит.
-Ты ведь теперь уволишься?
Я не желала это обсуждать. Боялась, что Рома не поймет и начнет настаивать, а я не принимала подобного выражения заботы и «мужественности», битья кулаком по столу и регулирования чужой жизни. В своё время отца хватило.