Попирая волю Небес (СИ)

На следующий день, после окончания занятий в школе Минаширо Соши неожиданно предложил мне посетить могилу Сёко. Я не ожидал от него такого отношения, но, видимо, даже его проняла смерть девушки. Небо было закрыто тучами, и время от времени накрапывал дождик. Мы поднялись по дороге, ведущей к кладбищу, и я увидел, что памятник с именем Сёко испачкан краской, а цветы и венки раскиданы по округе. Рядом с могилой сидел Касугай Коё и пытался привести её в порядок.
— Кто это сделал? — Спросил я, чувствуя, как в моей душе закипает ярость. Независимо от результата, Хадзама Сёко пыталась спасти жителей острова. И подобное отношение к ней я терпеть не собирался.
— Не знаю. — Ответил мне Коё. — Но я слышал разговоры техников о том, что Сёко виновата в уничтожении Фафнера-Шесть. Якобы, если бы не она…
Горло парня свело от обиды, и он молча продолжил пытаться оттереть краску.
— Люди по-разному могут воспринимать одни и те же события. — Решил высказаться Соши. — Чем сильнее мы привязываемся к другим, тем больнее нам терять их.
Он что, привёл меня сюда, чтобы высказать эту банальность? Тем временем Коё встал и повернулся ко мне, сжимая кулаки.
— Ты должен был спасти её! Ты же был в фафнере!!! — Выкрикнул он.
— Тебе легко говорить. — Мрачно усмехнулся я. — Ведь ты просто сидел и ждал, пока кто-то спасёт тебя и весь остров. А она пошла в бой. Почему ты не остановил её? Почему пилотом стала она, а не ты? Почему ты не умер вместо неё? И сейчас ты смеешь обвинять в чём-то меня?
Коё расплакался и упал на колени прямо в грязь.
— Она должна была выжить. Я бы всё отдал, чтобы вернуть её.
— Поздняк метаться. — Ответил я на этот крик души. — В этом мире только сила может повлиять на что-то. Если у тебя нет силы, чтобы изменить мироздание, то остаётся только плакать и стенать. — Я посмотрел на Соши и добавил ответ на его высказывание. — Привязанность — это ответственность за близкого человека. Тот, кто ни к чему не привязан, ни за что не отвечает. Это тоже неплохой вариант, но не стоит путать отсутствие привязанностей с безответственностью.
Я взмахнул рукой и использовал свою силу фестума, чтобы мгновенно очистить памятник от краски и вернуть венки на место. Эта могила была местом памяти, но моя память о Сёко не нуждалась в материальном якоре. А потому, я развернулся и пошёл прочь, раздумывая над тем, чтобы найти и наказать тех, кто позарился на память о девушке, решившей спасти остров, но получившей в награду лишь презрение.
Слова Коё о людях, которые считали Сёко виновной в уничтожении робота, стали отправной точкой в моём расследовании. Используя свою силу, я незаметно нашёл всех причастных к осквернению могилы и… сожрал их души. Попутно я нашёл ещё почти сотню человек, которые считали Сёко чуть ли не предательницей, но поскольку это было лишь их мнение, не повлиявшее на реальные действия, я оставил их в живых. В конце концов, когда это меня беспокоило мнение тупых обывателей?
На следующий день меня обрадовали известием о том, что сегодня будет проведён спарринг между мной и двумя оставшимися пилотами. Естественно, сражаться мы должны были с помощью фафнеров. Кстати, наш командующий после смерти Сёко отказал НООН в поставке робота, аргументируя это тем, что мы потеряли тот экземпляр, который планировали отдать им. А стоило флоту развернуться и свалить ни с чем, как этот упырь вывел из резерва ажно два робота. Они ещё не до конца были готовы, но их состояния хватало, чтобы провести тренировку пилотов в реальном ОБЧР, а не в симуляторе.
Тренировка должна была проходить в режиме страйкбола. Я выступал против Касугай Коё и Канаме Сакуры, столкновение с которыми происходило по нескольким сценариям. Всего было три раунда, каждый из которых закончился полным разгромом моих противников. И это при том, что я не демонстрировал ничего, выходящего за пределы способностей фафнера. Причина такой разницы в уровнях заключалась в том, что я мог воспринимать робота как своё собственное тело, а мои противники чувствовали, что управляют гигантским неповоротливым механизмом. Ну или другими словами, их степень синхронизации с ядром фафнера была близка к нулю.
 
Разгром этой парочки не добавил им хорошего настроения и уверенности в своих силах. Но на мой взгляд это было не так уж и плохо, потому что сил этих двоих явно было недостаточно для нормального столкновения с фестумом. Взаимодействие с ядром фафнера приводило к мутациям в ДНК пилотов. Наш «доктор Менгеле» пыталась уменьшить силу этого взаимодействия, что закономерно привело к неспособности нормально пилотировать робота. Я не стал рассказывать ей об этом, так как она и сама всё понимала. Данные о результатах тренировки я скачал из её компьютера, и не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы прийти к правильному выводу.
Жизнь на острове продолжалась, а у меня продолжались проблемы «с головой». Мне почти удалось справиться с внезапными «переключениями» личности, но зато появилась проблема с незаметной «одержимостью». Если я занимался каким-то делом, то незаметно для себя настолько погружался в него, что терял значительную степень адекватности. Моё мировоззрение начинало необъяснимым образом мутировать, из-за чего я переставал понимать, кто я, где я и зачем я. И только появившаяся привычка чуть что входить в состояние медитации спасала меня. Сосредотачиваясь на своём «Я», я мог отделить наведённые воспоминания от своих собственных.
Через несколько дней наши разведывательные дроны, летающие в стратосфере, передали снимок острова, похожего на наш остров Тацумия. В своё время было создано несколько плавающих островов проекта Алвис, и это был один из них. Наше руководство приняло решение исследовать этот остров. Оперативно была собрана экспедиция, в которую вошли я и Касугай Коё в качестве пилотов.
Перед отправкой меня «обрадовали» наличием ещё одного самолёта, способного перевозить фафнеров. И это творение сумрачного тевтонского гения было ещё более монструозным, чем предыдущее. Эта махина являлась гидросамолётом, потому что взлётно-посадочная полоса для него просто не поместилась бы на острове. Да что там, фюзеляж этого самолёта был в высоту больше десятиэтажного здания. В общем, я смотрел на это чудо техники с отпавшей челюстью, пытаясь понять, как вообще это может летать, и сколько человеко-часов было потрачено на его создание.
Остров встретил нас тишиной и запустением. Признаков наличия живых людей не было. Зато были следы давно отгремевшего боя с фестумами. Уж специфические следы от сфер тьмы сложно было перепутать с чем-то другим. Выбравшись из самолёта на берег, я использовал свои способности, чтобы обнаружить поблизости фестумов. И результат этого сканирования был непонятным. Я точно ощущал присутствие этих тварей поблизости, но в то же время у них не было конкретного расположения. Выглядело это так, будто фестумы превратились в туман и рассеялись по всему острову.
Касугай Коё остался сторожить лагерь на месте высадки, а я решил побродить неподалёку в поисках чего-нибудь интересного. Кария Юкие, руководившая экспедицией, попыталась было заставить меня просто стоять на месте и «дежурить», но я отмазался тем, что с моей скоростью передвижения я могу вернуться в лагерь из любой точки острова менее, чем за пять секунд.
Прошвырнувшись по окрестностям, я начал наблюдать за выгрузкой с самолёта оборудования. Я помнил, каких размеров должны быть стандартные пятидесятитонные контейнеры. Но тут выгружались грузовики, на которых перевозились контейнеры вместимостью в пятьсот, а то и в тысячу тонн. В общем, гигантизм местной техники сильно впечатлял.
Народ погнал технику в местные ангары, собираясь выгрести оттуда всё ценное. Тут тоже имелся свой проект создания ОБЧР, хотя они выглядели не так пафосно, как фафнеры, и больше походили на продукт конвейерной сборки. Зато их было много. Я подключился к камерам на транспорте и на шлемах рабочих и смог оценить интерьер местных «подземелий».
Пару часов работа шла нормально, а потом в одном из коридоров обрушился потолок. В результате пострадал один мега-грузовик и пяток работников. В экспедиции, как ни странно, принимала участие моя одноклассница Тооми Майя. Она была дочерью доктора, и её взяли в качестве практикантки со знанием медицины. Вот тут и нашлось применение её талантам. Её отправили вглубь острова помогать раненым.