Заложница их страстей (СИ)

- И когда это произойдёт? - я заёрзала на месте в нетерпении. – Что для этого надо сделать?
- Ты ничего не сможешь сделать. Ты не властна над ситуацией. Пока что только терпение даст тебе успокоение. К тому же всё, что происходит в той реальности, где твой муж Роберт – это вымысел. Неправда. Плод твоих галлюцинаций.
- Но после таких ночей я еле живая выползаю из постели Роберта или Артура, в зависимости от того, куда попала. Всё тело болит и ломит.
- Это временные неудобства. Последствия бурных ночей исчезают  за час-два, а то и раньше, всё зависит с какой страстью ты предавалась любви, моя красавица.
- Не называй меня так! – взбунтовалась я. – А то звучит, будто ты тоже мой любовник.
- А вот тут ты почти угадала! – рассмеялся он.
Я замерла. Клаус стих. Молчание затягивалось. Я неподвижно сидела на троне, а Клаус у изножья трона, будто бросал свою жизнь мне под ноги.
- Объяснись! – потребовала я, резко вставая. Больше не могла сидеть. Всё моё существо протестовало против происходящего.
- Я говорил тебе, что ты не сможешь сдержать свою тягу ко мне, мужу и его брату. Ну что ж, дорогая, с мужем и братом разобрались. И теперь ты пришла ко мне, чтобы решить ребус до конца, понять какую роль играю я в вашем любвеобильном треугольнике.
Не хотелось признаваться, что он прав, но пришлось. Поэтому кивнула и следом предположила:
- Ты решил тогда подшутить надо мной? Захотел ввести в заблуждение?
Он рассмеялся, откинув голову, а когда успокоился, поднялся и подошёл ко мне так близко, что я ощутила дыхание на своём лице.
- Ты слушаешь меня, но не слышишь. В самом начале разговора я сказал тебе, что ты не такая, как все и я понял это тогда, когда Клаудис увидел тебя впервые.
- Но мы же обсудили эту тему, - не поняла я его настойчивости именно на этом событии.
- Нет, мы обсудили спасение деревни, а вместе с ней и спасение тебя, Артура и детей. Я же говорю о том случае, когда ты впервые появилась в нашем замке и захлопнувшаяся дверь прищемила твою фату. Тогда-то Клаудис впервые увидел тебя и понял, что ты – меняющая реальности. Он тут же пометил тебя, чтобы ты вновь вернулась сюда. Именно это стало причиной твоих возвращений в эту реальность. Поняла? – уточнил он, пристально вглядываясь в моё лицо, и даже повторился, слегка перефразировав: - Это важно: как раз тот случай спровоцировал последующие перемещения и твою привязку к нашей реальности. От Клаудиса уйти невозможно, если он оставил свою метку. Увидев тебя, он хотел овладеть тобой немедленно, чтобы покончить с волчьим проклятьем, но вторжение Артура в спальню помешало ему, и пришлось отослать вас обоих в темницу. С того момента ты была обречена обосноваться в нашей реальности, но тебе удалось ускользнуть из наших рук. Но мы с братом неусыпно искали тебя везде. Когда нашли, даже хотели жениться на тебе, чтобы на законном основании обладать тобой, но влюблённый племянник снова смешал все наши планы и совершил побег, на годы спрятав тебя от нас. Твои путешествия по реальностям оборвались и мы подумали, что именно Артур пригвоздил тебя к нашему миру. Вот уж ни за что не подумал бы, что это сделал его более проворный брат! Но факт остался фактом: ты была в нашем мире. Надо было лишь найти тебя и переспать с тобой, чтобы избавиться от проклятья оборотня. Теперь ты знаешь правду – только секс с тобой сделает из нас с братом нормальных людей.
Глава 49
Я остолбенела. Этого ещё не хватает! Мне опасно находиться рядом с этими полуживотными-полулюдьми! Что им стоит изнасиловать меня?
Видимо, прочитав мою мысль, Клаус рассмеялся и, ухватив меня за подбородок, страстно поцеловал. Я замычала, попытавшись выскользнуть, но разве из рук оборотня вырваться? Ну всё! Кажется, сейчас случится самое страшное! Клаус овладеет мной и освободится от проклятья! Я до такой степени испугалась, что чуть не упала.
Оторвавшись от моих губ, он усмехнулся. Я настолько не ожидала поцелуя, что даже не успела отреагировать: так и осталась стоять возле него, пока он держал моё лицо в своих ладонях.
 
- Теперь понимаешь, дорогуша, что та оргия, которая не давала покоя твоей совести, всего лишь видение? Ведь будь она реальна, то мы с братом уже были бы обычными людьми!
Ого! Вот уж точно исчерпывающий ответ, не оставляющий ни малейших сомнений! Хоть всё было сказано грубо, но я оказалась благодарна Клаусу за его откровение.
Он отпустил меня и сделал шаг назад, продолжая буравить взглядом.
- Понимаю твою панику насчёт оргии, ведь видение было столь реалистичным, что ты ни за что в жизни не смогла бы отличить правду от лжи. Эту злую шутку сыграла с тобой возможность ходить меж реальностями. Так что всё это могло бы случилось в иной реальности и стало бы воспоминанием после того, как ты вернулась в нормальную жизнь. Вроде как всё было, и в то же время ничего не было. Это как сон: как к нему можно относиться всерьёз? Правда, из-за твоей откровенной позы, которую видели Артур и Роберт в спальне Клаудиса, они до скончания жизни будут верить, что ты отдалась в ту ночь ему, хоть это было не так. Ты действительно спала. Крепко и беспробудно. Но упрямых ревнивцев убедить в ином невозможно, сколько не клянись. Они видели то, что видели, и этого хватило, чтобы домыслить всё в самых радужных красках. Поэтому Артур никогда не затрагивает эту тему: ему до боли обидно, что он не смог защитить от насилия свою женщину. Он не может простить себя. А Роберт относится к этому ревностно потому, что до сих пор любит и мечтает обладать тобой.
- Но он обладает! – вскипела я, вспоминая ночь.
- Да, но в другой реальности. Подробности ваших любовных утех остаются за гранью его жизни. Утром всё развеивается как сон. Ты и сама развеиваешься, как утренний туман. Всё это – иллюзия.
- Тогда поясни, что ты хотел сказать фразой: «Ты не сможешь сдержать свою тягу ко мне, мужу и его брату». С двумя разобрались. Но при чём здесь ты? Клянусь, что я ни разу не думала о тебе, как о любовнике, не жаждала соития и не предполагала, что подобное возможно. Я останусь верна Артуру.
Клаус кивнул и заметил:
- Именно поэтому я навсегда останусь оборотнем.
Я затрясла головой в надежде, что хоть какие-то мысли упорядочатся, и я смогу понять наш разговор.
- Разъясни! – приказала я, свирепея.
- Видишь ли, - спокойным тоном продолжил Клаус, - как я уже говорил, только лишь одна женщина на свете может избавить нас с братом от проклятья оборотня. И это ты. Секс с тобой избавит наши души от метаний. Так же как ты мечешься меж реальностями, мы с братом мечемся между образами человека и оборотня. Это нас роднит с тобой и является противоядием. Но я тебе скажу ещё больше: как ты являешься нашим спасением, так и мы являемся твоим.
- Не поняла, - я нахмурилась, не догадываясь, куда клонит собеседник.
- Всё очень просто, - он развёл руками, как бы извиняясь. – Секс с оборотнем делает из него человека, а тебя навеки привязывает к настоящей реальности.
Я сглотнула, глаза забегали. Чтобы прекратить метаться между настоящим и альтернативным миром, я должна переспать с оборотнем? Получается нечто взаимовыручки. Писец! На мой взгляд, это разврат, измена мужу и клеймо на моей репутации! А другой стороны – это спасение двух человек и один-единственный муж на всю оставшуюся жизнь, без Роберта и его пяти детей! Вот так дилемма!
Потянув за ниточку моих рассуждений, Клаус рассмеялся.
- И вот теперь ты поймешь, почему не сможешь не думать обо мне: потому что отныне ты знаешь правду. Знаешь, что может спасти меня и спастись самой. Но я предпочту навечно остаться оборотнем, чем оскверню тело женщины, которую люблю.
 
Люблю? Я не ослышалась? Похоже, нет! Так вот откуда такие томные взгляды и желание оставить меня навсегда в этом замке!
Чтобы не заострять внимание на признании в любви, перекинула разговор на более насущную тему:
- То есть секс со мной лишит тебя возможности блуждать между образами человека и животного, а меня освободит от перемещений в реальностях? – уточнила я и без того понятную ситуацию.