ГД. Книга четвертая (СИ)

– И все же, – когда уже теплый чай был допит, вернулся к разговору мистер Уоллан, – предположим, вы действительно испугались угрозы. Что бы вы предприняли в этом случае?
Нервно улыбнувшись дворецкому, тихо призналась:
– Говоря откровенно, мистер Уоллан, я действительно испугалась.
– И что произошло далее? – настаивал он.
Вспомнив ту страшную ночь, я сообщила:
– Нас с мистером Илнером запер в своем кабинете лорд Давернетти.
Все посмотрели на мистера Илнера, конюх кивнул и подтвердил:
– Так и было – запер. А так-то мисс Ваерти собиралась ехать домой.
И я, взявшаяся было за писчее перо… обронила ручку. В этот миг я явственно осознала – Зверь добивался того, чтобы я покинула полицейское управление! Он желал именно этого!
– По счастью лорд Гордан настоял, чтобы мисс Ваерти поднялась в кабинет этого прохвоста Довернетти, – добавил к своим словам мистер Илнер.
Действительно по счастью…
Впрочем.
– Полагаю, встреться я со Зверем, сумела бы остановить его на некоторое время, – произнесла я, поразмыслив над возможным развитием событий.
Я ощутила определенное недоверие, повисшее в воздухе, но вслух никто ничего говорить не стал. И все же я сочла своим долгом объяснить:
– Виверна – это смесь крови Ржавых драконов и оборотней. Оказывать влияние и на тех и на других я была в совершенстве обучена профессором Стентоном. А потому, полагаю, я бы что-нибудь придумала.
И помолчав несколько мгновений, задумчиво добавила:
– В любом случае мне придется что-нибудь придумать.
Или провести остаток жизни в замурованном помещении, что едва ли гарантировало сто процентное выживание.
– Мисс Ваерти, – нарушил недолгое молчание мистер Уоллан, – к каким выводам мы можем прийти на данный момент?
– К весьма паршивым, – ответил ему вместо меня мистер Оннер, – в этом проклятом городе находятся два Зверя. И мы не имеем ни малейшего понятия о том, в ком они скрываются и скрываются ли.
– Полностью с вами согласна, – призналась я.
И высказала то, что вызывало некоторое странное и крайне тревожное чувство внутри:
– Лорд Давернетти сообщил, что проверили всех драконов оставленных им в полицейском управлении. Проверил золотом. Мне не хочется думать, что Зверь способен блокировать данный индикатор.
Помолчав, высказалась и миссис Макстон:
– Мне не понятна позиция старой леди Арнел – зная о готовящемся, она фактически отдала на растерзание своих внучек. Неужели жизни детей ее детей так мало значили для драконицы?
Я кивнула, принимая к сведению ее слова, и записала в блокнот новый первый пункт:
«1. Гибель девушек рода Арнел, поиск мотивов старой леди Арнел».
– Мисс Ваерти, а вы это, может поговорите с каргой этой? – вдруг спросила Бетси.
Поговорить…
– Я не думаю, что мне представится такой шанс, – честно сообщила горничной.
– А я бы с этой Лаурой Энсан побеседовал, – мистер Оннер вновь извлек внушительный нож, задумчиво взирая на его лезвие.
Мои пальцы судорожно сжали писчее перо, и я тихо призналась домочадцам:
– А я нет.
И под всеобщими вопросительными взглядами, вынуждена была пояснить:
– Мне сложно представить себе разговор с девушкой, виновной в почти четырех сотнях смертей.
– Ох, моя дорогая, – миссис Макстон успокаивающе погладила меня по руке, – я слышала лишь часть вашего разговора с Эмбер Энсан, но уже могу сделать вывод, что девочке определенно не повезло в этой жизни.
Однако я никак не могла принять это в качестве оправдания ее поступков и сухо заметила:
– Не повезло Эмбер Энсан, но, несмотря на «невезение», она не стала убийцей. Не повезло Ширли Аккинли, но и она не стала никого убивать. Не везет в этой жизни многим, миссис Макстон, но разве это может стать оправданием для той, что отняла более четырехсот жизней?
– Четырехсот? – уточнил мистер Уоллан.
– Более четырехсот, – почти прошептала я. И с горечью добавила: – Вспомните мистера Толлока – архивариуса, вероятнее всего он так же жертва Лауры Энсан. И миссис Томпсон, сваху, что была убита в тюремной камере прямо в полицейском управлении, и…
 
И я хотела сказать «мистера Илиаса Скайверна», полукровку что пытался проникнуть в дом профессора Стентона, точнее уже в мой дом, но в итоге покончил с собой в одной из дешевых ночлежек на окраине города, но…
Но в этот момент я вспомнила смерть именно миссис Томпсон.
И замерла, внезапно осознав, что Зверь действовал, видимо, уже тогда!
– Мисс Ваерти? – встревожено позвала миссис Макстон.
Но я сидела, почти физически ощущая, как бледность покрывает мое лицо, и вспоминая сказанное миссис Томпсон: «Кто-то в полиции в курсе, мисс Ваерти. В ночь, после того как мы виделись, сюда заходил кто-то, лица я не видела, но это был маг. И он вызвал иллюзии, просмотрев, кто ко мне приходил. Когда разглядел ваше лицо – выругался. Но я не поняла, мужчина это был или женщина. Точно не лорд Давернетти, тот раньше посмотрел.»
  
Глава 14
 
– Еще тогда, – прошептала я, – еще в тот день, как я, нарисовав чудовищные брови углем ходила проведать миссис Томпсон представившись именем Бетси, покойная сваха сообщила мне о том, что кто-то приходил к тюремной камере и оказался способен просмотреть иллюзии так, как это делала Давернетти.
Секундное молчание и миссис Макстон предположила:
– Эта паскудная Лаура Энсан? Я отрицательно покачала головой.
– Лаура Энсан не владеет магией иллюзий в достаточной степени.
– Вы уверены? – тихо спросил мистер Уоллан.
– Абсолютно, – я могла поклясться своим именем в этом. – Владей она искусством иллюзий, она не оставила бы следов в доме миссис Томпсон.
– Но миссис Томпсон была убита виверной, – напомнила миссис Макстон. – И убита весьма жестоко.
– Да, ей вырвали горло, – добавил мистер Уоллан.
– Интересно, – задумчиво протянул мистер Илнер, – кто именно из Зверей?
Я промолчала, судорожно думая над этой непростой задачей. Действительно кто? Их двое. И один точно полицейский, но и второй, боюсь, вероятно так же принадлежит к правоохранительной системе.
Мои домочадцы, поняв, что я впала в глубокую задумчивость, решили вернуться к обсуждению уже имеющихся фактов.
– Четыре года, – произнес мистер Уоллан.
– Четыреста смертей, – добавил мистер Оннер.
– Показательных смертей, – заметил мистер Илнер.
И вдруг миссис Макстон сделала невероятный вывод:
– Они запугивали драконов!
И именно ее слова, подтолкнули меня к еще более невероятному выводу:
– Все эти смерти, выбор жертв по месяцу рождения, все это было запугиванием и… запутыванием!
Я откинулась на спинку стула, потрясенно оглядывая моих близких и все яснее понимала – миссис Макстон права, более чем права.
– Чувство ложной защищенности, – я практически беззвучно прошептала это.
– Что? – переспросила миссис Макстон.
Не утруждаясь объяснениями на словах, я стремительно поднялась, подошла к карте города, на которой были отмечены все убийства, подхватила томик «Рецепты яблочного пирога», и вернувшись за стол, высказала свои подозрения, стремительно переворачивая страницы.
– Эмбер Энсан сообщила, что с самого начала в деле была замешана старая леди Арнел. С самого начала.
Мои домочадцы молчали, не желая сбить меня с мысли, в то время как я, судорожно отыскивала имена первых жертв.
– Но какая драконница подвергнет опасности своих дочерей и внучек, – я торопливо нашла имя первой жертвы, указала на карту и пояснила: – Январь.
На меня все взирали в абсолютном непонимании.
– Январь, – повторила я, ткнув пальцем в первый кровавый крест. – Карио солгал старой леди Арнел, сказав, что для ритуала требуется строгая последовательность во времени рождения жертв! И это было ложью. Ложью, целью которой являлось лишь одно – внушить ложную уверенность в том, что леди Арнел сумеет защитить своих дочерей и внучек, подменив их сиротами из приюта святого Мартина! Вот когда об опасности узнала леди Алисент Арнел!