Пятая стихия (СИ)
— К дьяволу я надеюсь? — не хотя обернулся Слим, сверкнув чёрными глазами индейца. — Бери что видишь, плати и проваливай!
Лана не торопливо выбрала палатки, рюкзаки, верёвки и прочую необходимую мелочь, но категорически забраковала карабины:
— Вот это не карабины — это китайское дерьмо! Покажи мне стоящее крепление, — возмутилась девушка, на продавца, всё это время хранившего недовольное молчание.
— Это всё, что у меня имеется, — выдавил Слим.
— Да не бреши! Ты бы пошел с такими в горы? Доставай нужную коробку, я знаю старый чёрт ты успел её спрятать!
— Тише, не кипятись, может у него и вправду нет этих железяк, — попытался её урезонить Ной, видя, что Слима уже трясёт от злости. — Ты ведь лично перерыла весь магазин, он позволил тебе выбирать, и раз уж ты на них не наткнулась, вполне возможно, что они закончились. … Посмотри на него, скидки нам похоже не видать.
— Чушь! — не унималась Лана. — Он специально их не выставил! Дай мне другие карабины!
— А то что? — вызывающе вскинулся Слим. — Без разницы какие карабины. Дорога всё равно в один конец.
Лана побледнела, сжав кулаки. В её распахнутых глазах проносилась буря эмоций, и если бы не вовремя сжавший её плечо Ной, которому показалось, что девушка вот-вот броситься выцарапывать глаза продавцу, она бы точно дала волю своему гневу.
— Ладно, кажется, у нас в гараже есть более-менее приличные карабины, — проговорила она, смерив Слима убийственным взглядом. — Посчитай, упакуй и доставь по знаешь какому адресу. И не вам решать, кому жить, а кому умирать!
— Ты так думаешь? Но почему-то именно мы будем решать, прощать тебя или нет, — Слим был явно не из слабонервных, и он совершенно открыто демонстрировал свою неприязнь к девушке. — Шон тебе больше не поможет.
— Терпеть их не могу! — вылетела из магазина Лана. — Долбаные гавнюки за редким исключением!
— Это у вас взаимное, и видимо они единодушны в своей антипатии к тебе. Ты точно хочешь завтра встретиться с ненавидящем тебя племенем?
— Да. Это важно. Завтра моя жизнь изменится, а может быть и вовсе… — Лана осеклась.
— Постой, что?!! — до Ноя наконец дошло и он резко развернул её за плечи к себе лицом. — Я правильно понял — они могут убить тебя, типа казнить?!
— Успокойся Ной, не думаю, что Рэм рискнёт ещё раз потерять брата, ему не нужен враг в лице Шона. Скорее всего, Рэм поступит хитрее, придумает для меня ряд сложных задач, чтоб потом развести руками «мол, это не я, она сама облажалась». Но это будет завтра, а сегодня мы не дадим им испортить наш день. Вперёд, я покажу тебе одно жуткое место.
Миновав последнюю улицу, на которой ещё имелись здания, Лана направилась к лесопосадке по едва заметной тропе.
— Туристов сюда явно не водят, — протянул Ной. — Я уже начинаю подозревать, что Честервиль просто напичкан гиблыми местами. По-другому и быть не может, это же логово кугуару, — Ной сверлил взглядом симпатичный затылок Ланы.
— Отчасти ты прав. Многие случившиеся события напрямую связаны с эри. Так же, как и это, — Лана остановилась на краю поля. — Когда-то здесь пытались открыть парк развлечений.
Ной обвёл взглядом унылую и действительно немного жуткую картину: безглазый, потрескавшийся клоун на входе; заросшие травой и кустарником детские карусели; облезлые, перекошенные, обвитые плющом качели; рухнувшее и вгрузнувшее в землю, скрипящее на ветру колесо обозрения, продолжающее подпирать свою бывшую опору.
— В 1684 году, — заговорила Лана, — на этом самом месте когда-то стояла одна из деревень племени эри. Однажды вечером деревню окружили английские колонисты, чтобы сжечь заживо женщин, детей и стариков. Мужчин они выманили несколькими днями ранее, и те не ожидая угрозы, бились за свои земли выше по течению реки. Когда индейские воины вернулись — то застали здесь лишь дымящееся пепелище. От боли и горя шаманы эри неистово прокляли всех, кто ступит на эту землю. И каждые сто лет в годовщину тех жестоких и трагических событий тут гибли люди. Тридцать лет назад власти Честервиля задумали обустроить здесь парк, чтобы пустующая земля приносила в казну доход. И догадайся на какую дату приурочили открытие?
— Возможно это совпадение, — предположил Ной, видя, что Лана искренне верит в эту историю.
— Хм, ещё один скептик. Никакое это не совпадение. Механизмы проверяли и перепроверяли, но колесо сорвалось и упало, придавив и покалечив сотни людей. В тот день погибло столько же, сколько тогда сгорело в деревне эри.
— Если местные жители так верили в эту легенду, почему же никто не стал добиваться приостановления работ на площадке? — снова с недоверием произнёс Ной.
— Потому что алчные толстосумы их и слушать не хотели, — от раздавшегося позади голоса у Ланы снова перехватило дыхание. — Жажда наживы была сильнее каких-то там глупых индейских суеверий. Правда, когда закапывали обезображенные трупы детей — мнения резко изменились и это место наконец оставили в покое, — Шон усмехнулся, глядя с каким выражением лица обернулись эти двое.
— Что ты здесь делаешь Шон? — взмолилась Лана.
— Воздухом дышу. … Нельзя? … Увидел вас, подумал, Лана же любит гулять втроём. Или я помешал вашему свиданию? — в отличие от шумно дышащей, готовой вот-вот сорваться девушки, Шон выглядел совершенно спокойным, разве что вёл себя слегка заносчиво. Даже улыбался, словно утреннего нападения и не было вовсе.
— Какой же ты непрошибаемый … кретин! — мотнув головой, Лана в отчаянье отвернулась.
— Лана просто показывала мне город, — процедил Ной, не спуская со своего противника настороженного взгляда.
— Расслабься чувак, я не собираюсь сейчас с тобой драться, — небрежно бросил ему Шон. — Смотрю, ты уже очухался.
— А ты я смотрю, ещё нет.
На руках и лице Шона действительно ещё были видны красные пятна.
— Да уж, любимая постаралась. … Ну так что, продолжим экскурсию? В своё время мы излазили этот парк вдоль и поперёк, тут в траве до сих пор валяются окровавленные детские игрушки. Ты помнишь Лана, сколько раз мы взбирались на это колесо?
Набрав побольше воздуха в грудь, Лана снова посмотрела Шону в глаза:
— Почему ты ведешь себя как ни в чём не бывало? Что ты ещё задумал Шон?
Прежде чем что-то ответить, взглядом он сказал ей больше:
— А может, я тоже хочу провести с тобой этот день, перед тем как племя в лице Рэма попытается нас уничтожить! — произнёс Шон, и в его глазах разлилось такое знакомое ей чувство.
— Ты же сказал, что тебе от меня тошнит.
— Я сказал именно так? — бровь Шона изогнулась как всегда в таких случаях, когда она перекручивала его слова. — Лана, ты просто представить себе не можешь, насколько мне хреново и как я зол на тебя, но это не мешает мне … …ты знаешь.
— Даже не думай, что я оставлю тебя с ней наедине, — напомнил о себе Ной.
— А я не оставлю тебя, а она не оставит нас. Не парься, мне не привыкать к треугольникам, — скривившись фыркнул Шон, в очередной раз окинув Ноя недоброжелательным взглядом. — Ну что, вскарабкаемся по этому памятнику смерти?
— Что-то мне не хочется, — пробормотала Лана, почувствовав удушливый спазм. — Лучше уж навестить одуванчиков или твой любимый склеп со шлюхами.
— Отличная идея, — как-то многозначительно хмыкнул Шон, с готовностью зашагав по тропинке.
— И на кого же свалили всю эту трагедию? — решил вмешаться Ной, чтобы хоть как-то отвлечь Лану от её угнетённого состояния.
— Во всём обвинили главного механика, посадили беднягу на электрический стул и дело закрыли, выплатив семьям жлобскую компенсацию, — ответила она, с каждым шагом хмурясь всё больше и больше.
— Хочешь, я проведу тебя домой? Отложим экскурсию до следующего раза, — мягко предложил Ной, видя, что девушке не по себе. Но в ответ она лишь отрицательно затрясла головой, украдкой покосившись на Шона, причину её испортившегося настроения.
— И кто ты у нас такой, что ты за существо? — спросил тем временем Шон, шагая рядом с ним бок о бок.